Альманах «Российский колокол». Спецвыпуск «По следам „Книжной Сибири“» - Альманах Российский колокол

Тропинкой золотою!

Во мне восторга чувств

Поток неудержимый,

От этих красок буйств

Я стал легкоранимый!

А розовый закат

Деревьев красит пряди,

Осенний аромат —

Нет лучше благодати!

В мерцании огней

Спустился тихо вечер.

Я попрощался с ней

До следующей встречи!

Октябрь 2021 г.

Когда-нибудь

Романс

Когда-нибудь, когда-нибудь

Я вас увижу непременно,

И что волнует мою грудь,

Я вам скажу все откровенно.

Без вас во мне тоска и грусть,

Подобно призрачной вуали,

Я встречи нашей так боюсь,

Мы столько времени молчали.

Вас удержать тогда не смог,

Сказать хочу: я был беспечен.

Сейчас вы самый главный бог,

За вас молюсь и ставлю свечи!

Любви той самой аромат

Вдохнуть мечтаю еще с вами.

Нет! Пусть останется все так…

Всех чувств не выразить словами.

Еще скажу, мне хватит сил:

Мы в этом оба виноваты.

Я вас простил, я вас простил,

И все обиды с сердца сняты.

Я до сих пор у вас в плену

И вами полон, как и прежде,

Но иногда себя кляну

За те мечты, что будем вместе.

Мы с вами знаем хорошо:

Зеркал разбитых нам не склеить,

И я почти опустошен

И буду лучше вами бредить!

Разлуки боль, печаль, тоску

Носить устал, скрывать не буду.

Признаюсь вам, я вас люблю

И никогда не позабуду!

Январь 2022 г.

Шторм на Байкале

Пахнула холодом сарма[2],

Щетиной вдруг покрылось море,

Свинцом налились облака —

По всем приметам грянет буря.

Спустилась мгла, и скрылась даль,

Бегут на берег волн когорты

И разбиваются в хрусталь

Под звуки слаженных аккордов.

От черных туч уж полумрак,

И вот сверкнул, как из разлома,

Слепящий молнии зигзаг,

За ним раздался выстрел грома.

И хлынул с вихрем дождь косой

С дрожащей дробью камертона,

И замираешь ты порой

От яростных ударов шторма.

Срывает ветер кудри с волн,

Их в пыль кроши́т и прочь уносит,

Стучит прибой, он гнева полн,

И рев его далёко сносит.

А там, где лес береговой,

Порывы гнут деревьев кроны,

Идут из леса чередой

Неутихающие стоны.

На море шторм, за валом вал…

Но не сержусь я на погоду.

Ах, как могуч, красив Байкал

И в штиль, и даже в непогоду!

Ноябрь 2021 г.

Родительский дом

Незаметно придет золотистая осень,

И тогда загрустишь по ушедшим годам.

Сердце так защемит и вернуться попросит

К тем местам, где ты рос, к тем родным берегам.

Вспомнишь милый свой дом, молодые березы,

Вспомнишь, как за тебя беспокоилась мать,

Вспомнишь всех, с кем делил свои радости, слезы,

И далекие страны, в которых мечтал побывать!

Припев:

Нет дороже мне места на свете,

Где встречали меня мать с отцом.

Уголок тот один на планете,

Это место – родительский дом!

Я покинул свой край и был рад поначалу.

Как же быстро сошла с моих глаз пелена!

Я с повинной вернулся к родному причалу,

Мне и даром чужая земля не нужна.

Вы спросите меня, ни на что невзирая:

«Ну так что ты ценил в этом мире большом?!»

Откровенно скажу, ничего не скрывая:

«Возвращайтесь, друзья, в свой родительский дом!»

Припев:

Август 2021 г.

Перевал

отрывок из книги «А вот была история!..»

Наш геологический съемочный отряд стоял в верховье реки Красная Нерха в горах Восточного Саяна. В один из дней в середине сентября я наметил пройти маршрутом по склону горы, подняться на вершину высотой около двух тысяч метров и спуститься в долину ручья, где временно стоял наш шлиховой отряд. У них планировал переночевать, а на следующий день вернуться на базу партии. Маршрутным рабочим была студентка из Свердловска. Девушка невысокая, стройная, в общем, хрупкая, звали ее Катя.

Погода стояла солнечная, было необычно тепло. После завтрака, обращаясь к Кате, сказал:

– Возьми теплую одежду. Пойдем через перевал, там будет прохладно, да и погода что-то мне не нравится. Солнце сильно печет, явно к вечеру испортится.

– Хорошо, возьму.

Вышли мы в десятом часу, после сеанса связи с экспедицией и отрядами партии. Идти было нетяжело, мы прошли границу леса и кустарника, и начались каменистые осыпи. До вершины оставалось немного, предстояло преодолеть самый крутой участок склона и затем выйти на плосковерхую вершину, найти небольшой топографический знак (с отметкой высоты около двух тысяч метров) и от него по компасу спуститься в распадок, где стоял наш отряд геологов. В начале лета я уже был на этой вершине и думал, что найти топознак особого труда не составит.

Вечерело. Вдруг резко подул прохладный, пронизывающий ветер, небо быстро начало затягиваться серыми свинцовыми тучами. Упали первые капли дождя. Я достал свитер и надел поверх рубахи, а затем и энцефалитку (куртку с капюшоном против клещей).

– А ты почему не надеваешь теплую одежду? – спросил Катю.

Она молча смотрела на меня.

– Одевайся, холодно.

– Я забыла, но я пока не замерзла, правда.

Я смотрел на нее. На ней была хлопчатобумажная куртка, а под ней проглядывала легкая свободная кофточка. Подумал: «Черт, не проверил рюкзак перед выходом, простынет. Сам виноват. Надо быстрей, времени мало» – и приказал:

– Все, укладывай радиометр, маршрут окончен.

Мы быстро уложили все в рюкзаки, оставив только сумку с картой, и двинулись к вершине. Дождь усиливался. Катя шла опустив плечи, пряча руки в карманы куртки, лицо было мокрым от дождя, волосы свисали сосульками.

«Замерзнет», – мелькнула мысль.

– Снимай рюкзак и куртку, быстро.

Снял с