Не слушай море - Саша Мельцер

«Сегодня в пять на набережной, подойдет?» – написала Алиса.

Впрочем, итальянские пейзажи и теплое одеяло могли подождать. До пяти оставалось всего два часа.

* * *

В пять часов вечера на морельской набережной было удивительно пусто. Обычно через нее пролегал путь многих с работы – она располагалась параллельно центральному проспекту, и люди по ней обходили толпы. К вечеру забивались сразу две улицы: и набережная, и центральный проспект. Я стоял у ларька с кофе и хот-догами, держа в руках два стаканчика с латте из автомата. Алиса ни разу не говорила, какой кофе любит, поэтому я взял обычный с корицей и одним пакетиком сахара, как пил сам.

Она опаздывала: на этом ларьке, прямо на козырьке были электронные часы, показывавшие уже пятнадцать минут шестого. Я переминался с ноги на ногу, неловко оглядываясь по сторонам. Кофе медленно остывал. Зачем я только взял его заранее?

Мысли в голове лихорадочно неслись одна за одной, но главной стала «Алиса не придет». Это было очевидно – по ее слишком быстрому согласию, по сухому сообщению, по ее взгляду у костюмерной. Только я не знал причины. Возможных было всего две. Первая, о которой я предпочитал не думать, – то, что я совершенно ей не симпатичен. В консерватории было полно тех, кто обаятельнее меня. Вторая – ее не пустил Мишель.

Вторая причина пусть и казалась странной, но все равно грела душу. Я сделал очередной глоток латте. Решив скоротать ожидание, начал придумывать, как вызволить принцессу из башни и победить дракона в лице Мишеля голыми руками. Из вариантов было разве что оглушить его смачным пением, но и оно не канало. Мишель куда голосистее.

– Я опоздала, – внезапно раздалось рядом со мной, и я пролил кофе себе на пальцы оттого, что сильно стиснул картонную емкость.

– Привет. – Я протянул ей нетронутый стаканчик. – Это тебе.

Алиса дружелюбно улыбнулась.

– Спасибо. – Она взяла кофе и, попробовав его, одобрительно кивнула. – Все, как я люблю.

Гордо вскинув голову, я неловко улыбнулся и, незаметно перехватив кофе другой рукой, вытер пальцы о брюки.

– Рад, что угодил, – кивнул я, а потом сделал к ней медленный и робкий шаг. – Прогуляемся? Погода вроде ничего, радует. Даже ветра особо нет.

– Прогуляемся, – согласилась Алиса и осторожно взяла меня под локоть, который я тут же галантно согнул.

Я не сомневался: мы здорово смотрелись вместе. С Алискиным высоким ростом она доставала мне почти до середины головы, а мои темные волосы контрастировали с ее светлыми, как у альбиноса, прядями. Ее бледная ладошка лежала на моем черном пуховике. Мне показалось, что Алиса совсем замерзла, но кожа при прикосновении оказалась совсем теплой.

Она молча пила кофе. Я не знал, что сказать, и мы брели в молчании. Совесть мгновенно меня уколола: я должен был подготовить темы для разговора и придумать, чем ее развлечь. А пока наше свидание напоминало детскую игру в молчанку. На месте Алисы я бы уже сбежал от такого кавалера, но она словно наслаждалась тишиной, нарушаемой только шумом волн.

– Вы давно здесь живете? Ну, в Морельске? – негромко спросил я.

– Я – всю жизнь. – Алиса сделала еще глоток. – А Мишель всего несколько лет, он переехал из Санкт-Петербурга. Внебрачный сын отца.

– То есть вы не родные?..

– Только по отцу, – кивнула она. – Мамы у нас разные. Моя умерла, когда я была маленькой. А мама Мишеля живет по-прежнему в Питере, насколько я знаю. Он редко с ней общается.

Если сначала мы шли прямо, то теперь Алиса медленно начинала тянуть меня в сторону пляжа. Дорога вела к Жемчужной бухте, и я удивился выбору места для свидания: слишком много плохого связано с этим местечком. Но Алису туда словно тащило рыболовной сетью.

– А отец ваш?.. Что с ним случилось? Ты говорила, он умер…

– Он утонул полгода назад. – Она подавила всхлип. – В Жемчужной бухте.

Я не переставал идти, но внутри появилось ощущение, будто мои ноги сразу ослабли. Жемчужная бухта уже столько раз была на слуху, столько раз мелькала в новостях и забрала столько жизней, что я вновь удивился: почему ее до сих пор не закрыли? Мне казалось, такие места нужно оцеплять колючей проволокой и никого туда не пускать.

Но сейчас бухта становилась все ближе.

– Зачем мы туда идем? – прямо поинтересовался я, остановившись.

Алиса тоже замерла, смяв в руке стаканчик.

– Ты сознательно идешь в то место, которое причиняет тебе боль? – настаивал я, пока она молча смотрела по сторонам. – Мы можем пройтись в сторону тех гор, можем – в любую другую бухту. Но тебя как манит туда!

Она шмыгнула носом.

– Это место заколдовано, – промямлила она. – Туда тянет многих, но мало кто может объяснить зачем.

– И Тасю тянуло так же?

– Наверное, – шепнула Алиса. – Я не знаю. Никто не знает, почему там столько смертей. Но вот сейчас ты спросил, зачем мы туда идем, а я и сама не поняла, как захотела именно к воде.

Настороженным взглядом я оглядел Алису с ног до головы, а потом обернулся на бухту. Кристина тоже ходила туда ночью. И только меня не тянуло совершенно – разве что для того, чтобы разгадать причину странных смертей, к которым теперь прибавилась еще одна. Смерть отца Алисы и Мишеля.

– Пойдем в другую сторону, – решилась Алиса наконец и резко развернулась.

Я за ней еле успел. Если с одной стороны дорога упиралась в лестницу, ведущую к Жемчужной бухте, то с другой возвышалась небольшая скала. Оттуда прыгали клифф-дайверы и просто любители острых ощущений. Я откровенно побаивался высоты, поэтому обходил ее стороной. Прыгунов не смущал даже холод – они натягивали гидрокостюмы и продолжали бесстрашно сигать в воду.

Даже сейчас я увидел несколько фигурок на скале, которые одна за одной улетали в воду, становясь еле видимыми с такого расстояния кругами на воде.

– А твой папа сам утонул… или, ну…

Я не знал, зачем спросил. Во мне опять проснулся сыщик: я хотел сопоставить смерти студентов и Алисиного отца, связать это воедино. Но мне не хватало фактов. Все говорили: несчастный случай. Проклятая бухта. Но как просто вода, прозванная проклятой, может унести столько жизней?

Объяснение оставалось одно. Сирены.

– Сам, – вздохнула Алиса. – Говорят, утопился. Сначала бизнес с жемчугом