Куриный бульон для души. Приготовь свое счастье. 101 история о том, как добавить красок в свою жизнь - Эми Ньюмарк

проекте «Любовь Божья, которую мы доставляем» участвуют более восьми тысяч волонтеров. Они обеспечивают едой людей, которые не могут сами ходить по магазинам из-за СПИДа и других тяжелых заболеваний. За последние двадцать восемь лет в этой организации и в Нью-Йорке произошло множество изменений, но одно остается неизменным: у сообщества God’s Love очень доброе сердце. Быть частью этого сообщества – большая честь и привилегия, и я знаю, что получаю от волонтерства больше, чем когда-либо смогу отдать.

Джеймс Стрикленд

Сила уязвимости

Ничто не обладает такой силой, как нежность, ничто не обладает такой нежностью, как настоящая сила.

Святой Франциск Сальский

Раньше мне и в голову бы не пришло использовать слова «сила» и «уязвимость» вместе. Ведь сила это огромная мощь, а уязвимость – это открытость, незащищенность. Разве могут эти два слова сочетаться? Однако недавно мне представился отличный случай ощутить всю невероятную силу уязвимости.

В субботу накануне Дня благодарения мы должны были собраться на ужин всей семьей. В тот день я работала до 19:00, поэтому планировалось, что мама и муж приготовят ужин к 19:30. В торговом центре было тихо, так что я смогла закрыть магазин вовремя. Я собрала мусор – все мои мысли уже были заняты предстоящими семейными посиделками.

На полпути к парковке меня остановил молодой человек: он опоздал на автобус и теперь просил подвезти его, потому что если он будет ждать следующего, то не успеет к началу комендантского часа в казарме «Армии спасения». Тогда ему придется спать на улице.

Здравый смысл подсказывал мне, что подвозить незнакомого парня вечером в субботу – это плохая идея. Меня ждала семья, в телефоне оставалось два процента зарядки, этот человек мог ограбить или изнасиловать меня, и все в таком духе. Я задала парню несколько вопросов и в какой-то момент даже пожалела, что у меня нет с собой денег, чтобы отправить его на такси, ведь тогда эта проблема решилась бы сама собой.

Но потом я посмотрела ему в глаза. И увидела в них отчаяние. Я увидела человека, стоящего передо мной. Тоненький голосок внутри меня тихо напомнил: «Он чей-то сын». Я поняла, что должна его подвезти. Меня не смущало даже то, что я понятия не имела, где находится казарма «Армии спасения».

Он пообещал показать дорогу и предложил взять пакет с мусором, который я все еще держала в руках, а я позвонила домой и сказала, что буду через час. Всю дорогу до центра города мы болтали. Этого парня выгнали из дома, и теперь он пытался заново начать свою жизнь. Я посоветовала ему вернуться в школу – не знаю, какой еще материнский совет я могла бы ему дать.

Потом пришла моя очередь рассказывать. Узнав, что я пропустила ужин в День благодарения, чтобы отвезти его, он начал плакать. Возможно, в тот момент его вера в человечество была восстановлена, я не знаю. Все, что я смогла сказать, это: «Не плачьте из-за меня, я поужинаю, когда вернусь домой. Гораздо важнее, чтобы вы легли спать. Если бы я была на вашем месте, то я бы хотела, чтобы кто-нибудь мне помог». Почему-то я знала, что мы легко могли бы поменяться ролями.

Его звали Джеймс. Мы вовремя добрались до казармы «Армии спасения», и в эту ночь ему было где переночевать. Я почувствовала себя живой, а наш семейный ужин стал еще прекраснее, когда я поделилась этой историей.

Я не говорю, что мы все непременно должны подвозить незнакомцев. Однако в тот день, найдя в себе силы быть немного уязвимой, я приобрела важный опыт. Я установила связь, которой ни за что не могло бы случиться, если бы здравый смысл возобладал над любовью.

Мэри Энн Молкан

Это пустяки

Отдавать и не жалеть, что отдал, – лучший из всех путей дарения.

Макс Бирбом

Пока мы рассаживаемся за столом, я слышу, как Мэг, которая восстанавливается после операции, разговаривает с Джудит, менеджером нашего проекта.

– Большое спасибо, что отвезли моих дочерей на все уроки танцев и музыки на прошлой неделе, – говорит она. – Передать не могу, как много это для меня значит.

Джудит в этот момент проверяет записи в своем ежедневнике.

– Не переживайте, – отвечает она. – Это пустяки.

Я слушаю этот диалог с благоговением, потому что знаю, насколько плотный график у Джудит: работа, встречи, дети, стареющие родители. Возить чьих-то дочерей на уроки кажется мне поступком невероятно щедрым, почти ангельским.

Встреча уже началась, когда в комнату вбегает Донна.

– Извините за опоздание, – просит она, выдвигая стул. – Я устраивала обед для своих подруг, которым за семьдесят. Некоторые дамы сильно задержались.

Я представляю себе Донну в окружении седовласых дам – с прическами и в драгоценностях.

– Сколько человек пришли на обед? – спрашиваю я.

– Восемь. У нас в доме много пожилых людей, они редко выходят из дома, поэтому раз в полгода я устраиваю для них роскошный обед. Они рассказывают невероятные истории.

Я думаю о своем районе и понимаю, что некоторые из моих соседей тоже нечасто выходят на улицу. Мне никогда не приходило в голову пригласить их на обед.

– Это так мило с вашей стороны, – замечаю я.

Насколько я знаю, Донна терпеть не может готовить и убирать.

– Да что вы, это пустяки, – отмахивается она.

Через некоторое время я переезжаю в новый дом. Теперь моя жизнь проходит между работой и распаковыванием коробок. Я чувствую себя измотанной и раздраженной. Однако усталость как рукой снимает, когда однажды, вернувшись домой, я обнаруживаю на крыльце два кустика роз и записку от Ника. «Я знаю, ты любишь розы, – читаю я. – Но не переживай, даже если погубишь их. У меня есть еще». Я улыбаюсь. Розы – мои любимые цветы, и вполне возможно, что бедняжки не выживут под моим неумелым присмотром. Записка Ника заранее смягчает мое чувство вины. Сумерки уже сгущаются, но я все же пересаживаю кусты и звоню Нику, чтобы выразить благодарность.

– Да ладно, это пустяки, – откликается он, однако в его голосе звучит удовлетворение. Ему нравится привозить мне цветы из своего великолепного сада.

Я начинаю всерьез задумываться над тем, что люди склонны называть «пустяками» и что, по сути, является каким-то удивительным, безмятежным образом жизни. Мои мысли прерывает телефонный звонок: моей подруге Терри предстоит произнести важную речь, и она очень нервничает.

– Можно я потренируюсь при тебе? – спрашивает она.

– Конечно, – соглашаюсь я.

В воскресенье днем Терри уже