Основание Силы - LeadVonE

Гарри сделал паузу, а затем, осознав это, фыркнул, испытывая отвращение к самому себе.

— Чистящие чары.

— Да. Твой след — это отсутствие следа. И начинай двигаться. Раз замок на карантине, то нам нужно из него выбираться.

Гарри кивнул. Конечно же, Тайная комната.

Волдеморт толкнул Трейси, и она, спотыкаясь, двинулась вперед.

Гарри начал медленно отступать, стараясь не сокращать дистанцию и держа палочку нацеленной на фальшивый Камень.

— И это всё? — спросил Гарри. Заставь его говорить. Отвлекай его. — Ты знал, что в школе есть кто-то умеющий говорить на партселтанге, и поэтому решил, что это я? Это кажется довольно притянутым за уши.

Волдеморт почти прорычал:

— Конечно, было и ещё что-то, дурак. Дамблдор практически сказал мне, что ты особенный — тупой старый козёл, вот он кто.

— Дамблдор не знает, что я Лорд Слизерин.

— Нет, не знает, — признался Волдеморт. — Очень забавно было смотреть, как он вконец запутался. Мне даже пришлось прямо сказать ему, что Лорд Слизерин охотится за камнем, можешь себе представить?

— Как ни странно, могу.

* * *

Дафна пролетела на предельной скорости над ещё одной шотландской горной вершиной; согревающие чары делали всё возможное, чтобы противостоять ледяному ветру, дующему на такой высоте. Они летели, казалось, целую вечность.

— Не могу выразить, как я теперь рада, что у меня были уроки пилотирования, — крикнула Гермиона с расстояния нескольких метров.

Дафна кивнула в ответ и устремила взгляд вперёд. Хранилище Гарри на острове должно быть уже недалеко.

* * *

Гарри остановился в конце туннеля. Позади него в полу зияла огромная дыра.

— В первый раз, когда я пришёл сюда, — сказал Волдеморт, возвращаясь к своему обычному тону, — я не знал, как летать. Но ведь в этом-то всё и дело, не так ли? Вход разрешен только тем, кто владеет слизеринской магией, поэтому только тем, кто умеет летать, должен быть предоставлен лёгкий проход.

Гарри поднялся в воздух.

Волдеморт повторил его движение, крепко прижимая к груди перепуганную Трейси.

Вместе они спускались в трубу, всё ниже и ниже, пока не вылетели из неё и не оказались в пространстве, содержащем выходы более чем полудюжины таких труб.

— Вы должны чувствовать себя польщенной, мисс Дэвис, — сказал Волдеморт. — Очень немногие имеют возможность увидеть это место. Вы знаете, где мы находимся?

Трейси отчаянно замотала головой.

— Это Тайная комната.

Трейси снова тихонько всхлипнула.

Они втроём плыли над грудой костей, пока не достигли входа в саму комнату.

Волдеморт махнул рукой с волшебной палочкой.

— Ну, как действующий Лорд Слизерин, может быть, вы удостоите нас этой чести, Поттер?

Гарри слегка повернулся к порталу, стараясь держать Риддла в поле зрения, и прошипел:

— Откройся.

Каменные змеи заскользили друг по другу, отпирая дверь, и врата со скрипом открылись.

— У тебя есть еще какие-нибудь вопросы, Поттер?

Гарри нахмурился. У него были вопросы.

— Ты знал? Или ты сперва заподозрил? Ты заподозрил, поэтому начал расследование и только тогда узнал?

Губы Волдеморта дёрнулись вверх.

— Очень близко, Поттер, в прямом и переносном смысле.

— Прямом... Гарри огляделся. Весь зал вокруг него был заполнен резными изображениями змей.

— Змеи.

368/430

— Продолжай.

— Партсельмагия? На змеином языке? Магия, которая воздействует на змей или на вещи, похожие на змей, делает змею разумной, чтобы она могла лучше служить хозяину.

Волдеморт одобрительно поднял бровь.

Гарри продолжал размышлять вслух.

— Ты знаешь, что я знаю о тебе, или, скорее, ты подозреваешь, что я знаю. Из-за... из-за того, как я вёл себя в классе?

— Постоянно сидеть перед одними и теми же девушками, одна из которых помолвлена с Лордом Слизерином, а другая — вассал Слизерина, постоянно указывая палочкой на меня под столом, — это не самый тонкий набор действий, которые ты мог бы предпринять, Поттер.

— Змеи становятся разумными только после того, как их коснулась партселмагия.

— Да.

— Значит, прежде, чем на них подействует парселмагия, они могут... — тут Гарри осенило. — Они могут находиться в пределах слышимости хранителя Фиделиуса, говорящего тайну, и не напороться на сигнализацию вызова этих чар.

— Отличная работа, Поттер. Если бы я не держал свою палочку у горла твоей маленькой подружки, я бы захлопал в ладоши.

Гарри нахмурился.

— Это была не та слабость, которой ты воспользовался.

Риддл посмотрел на него с глубоким презрением.

— Очевидно, что как только я заподозрил, что есть кто-то, кто обладает всеми моими знаниями, я начал разрабатывать новые методы. Какой дурак будет пытаться использовать только уловки, которые враг уже знает? — он указал на Трейси. — Какой дурак будет вести себя так, как, по его мнению, будет вести себя враг? Ты что, полагал, что я нападу только на Грейнджер или Гринграсс?

— Так как же ты меня идентифицировал?

Риддл усмехнулся.

— Нет, не так. О, я действительно слышал разговор между тобой и мисс Грейнджер, когда она называла тебя "мой Лорд", но это был единственный раз, и к тому времени это было просто ещё одним подтверждением того, что я уже знал. Держать кучу змей невидимыми и под Конфундусом по всей школе в надежде, что они могут случайно услышать что-то, на самом деле довольно глупая техника. Удивительно, что я услышал даже это.

— Ну так как же?

Риддл раздраженно фыркнул.

— Поттер! Неужели ты не понимаешь? Неужели ты ещё не достаточно наслушался? Не было никакой дымящейся палочки! Не было никакого момента "ага". Не было какой-то конкретной вещи, которая заставила бы меня сделать вывод, что ты — Лорд Слизерин и ребенок, которого я пытался и не смог убить одновременно. Мне стало подозрительно, что тебя отдалили от родителей, отослали к маглам, и всё же ты пришел в Хогвартс с большими знаниями о волшебном мире. Ты демонстрируешь все признаки обученного окклюмента, но твои окклюменционные щиты заставляют меня поверить, что их даже не существует, чего может достичь только моя окклюменция. Твой ум притворяется невинным, в то время как твоим действиям присущи хитрость и безжалостность, что является отличительной чертой Слизерина. Ты яростно бросаешься на защиту тех, кто связан с Лордом Слизерином, находясь рядом со мной и только со мной. Все три моих крестража, которые не слишком-то доступны постороннему, исчезли. В