Крепость в Лихолесье - Ангина

Он дождался, пока эльфы проскользнут мимо и скроются под пологом ночи, потом бесшумно расправил крылья и вдоль опушки леса полетел прочь — на юг, в сторону Дол Гулдура.

***

— Я с ним только что говорил, — пробормотал Гэндальф. — Буквально пару минут назад.

— И что он тебе сказал? — с раздражением поинтересовался Келеборн. — Наверно, то, как напал на меня исподтишка и огрел деревянным кубком по голове?

Радагаст не принимал участия в разговоре — неприкаянно бродил по двору, спотыкаясь о крутившегося под ногами енота, мыкаясь туда и сюда, словно в поисках потерянных где-то спокойствия, тишины и устойчивости мира. Гэндальф стоял возле крыльца, перекатывая в ладони маленький камешек, опустив глаза, как будто избегая встречаться взглядом с рассерженным эльфом. Волшебнику явно было не по себе.

— Честно тебе скажу, Келеборн: я видел, что с ним творится что-то неладное, но списывал это на усталость, волнение и пережитые страхи… Я и подумать не мог, что он решится на что-то подобное…

Келеборн невольно тронул наливающуюся на бледном лбу лиловую шишку. Он уже даже не особенно гневался — скорее досадовал на собственную неосмотрительность.

— Ну, разумеется, а чего ещё можно было ждать от орка? Честности? Смирения? Понимания? Что ж, и я, признаться, тоже знатно сглупил. Я до сих пор полагал его обычной очередной причудой Сарумана, недалеким беззубым щенком, пытающимся в слепом безумии ухватить собственный хвост, но, как и следовало ожидать, дело оказалось намного хуже. Видимо, он уже давно замыслил проникнуть в наш лагерь и похитить «эстель»…

— Мы оба знаем, зачем он это сделал, Келеборн.

— Пусть так. По-твоему, это может служить ему оправданием?

Подбежал встревоженный Эллоир.

— Он ушел, Владыка. В лес. Нас слишком мало, чтобы мы могли его перехватить.

Келеборн нервно передернул плечами.

— Ну, что ты на это скажешь, Гэндальф? Прочесывать эти заросли ночью бессмысленно, надо ждать утра… А ведь мальчишка наверняка задумал вернуться в Замок!

— Если так, он пойдет по гати, — сказал волшебник глухо, точно обращаясь к камешку на ладони и надеясь, что никто другой его не услышит. — Ему неведомы другие пути.

Келеборн обернулся к Эллоиру.

— Отправьте гонца к Линдолу, чтобы задержали на заставе орка, если он там появится. Немедленно!

— Да, Владыка, — Эллоир коротко поклонился.

— Нам придется сняться с лагеря и отойти чуть дальше в лес, — со вздохом заметил Келеборн, — а также удвоить бдительность и осторожность. Этому орку, увы, теперь слишком многое известно…

50. Трясина

Прежде, чем выйти из леса, Гэдж достал баночку со шмыровой мазью и тщательно растер остатки снадобья по одежде.

В висках его тяжело стучала кровь. Но иных звуков слышно не было, как Гэдж ни напрягал слух — погоня то ли отстала, то ли эльфы намеренно прекратили её, зная, что в ночном лесу им орка не обнаружить. Перед Гэджем лежала лесная дорога, освещенная лунным светом, и некоторое время орк рысцой бежал вдоль неё, держась в тени деревьев, потом, когда впереди обозначился просвет — болота были близко, — вышел на дорожную насыпь и потрусил по краю, каждую секунду ожидая получить стрелу меж лопаток…

Стрела действительно прилетела и вонзилась — но не в спину Гэджа, а в полотно дороги прямо у его ног. Орк тотчас остановился — он этого ждал. Эльфийские стражи зорко следили за подходами к гати… Знают ли они о том, что случилось в лагере?

Смутная фигура с луком в руках скрывалась в тени ближайшего дерева. Это был, кажется, Леарнас.

— Это ты, орк? Что ты здесь делаешь?

— Мне нужно вернуться в Замок, — хрипло сказал Гэдж. — Как можно быстрее, до рассвета.

Эльф подошел ближе, по-прежнему держа Гэджа на прицеле. Он, конечно, был тут не один, но его товарищи предпочитали скрываться за кулисами.

— Чье это решение?

— Митрандира. И… и Владыки. У меня есть кое-какое задание… в Замке. Но мне необходимо оказаться там прежде, чем меня хватятся.

Леарнас смотрел с сомнением. Гэджу казалось, что он с трудом удерживается от того, чтобы не поморщиться — очень уж убийственно от Гэджа разило ядреным шмыровым снадобьем.

— Мы ничего об этом не знаем. Почему тебе не дали сопровождающего?

— Зато дали пропуск, — Гэдж вынул из-за пазухи бумагу, которую там, в шатре, вручил ему Келеборн, протянул её Леарнасу. Тот негромко свистнул — тотчас из темноты выскочил другой эльф с фонарем в руке, чуть приоткрыл металлическую створку, чтобы свет узким лучом падал на документ.

Стражи внимательно осмотрели бумагу, прочитали, ощупали, чуть ли не обнюхали, потом о чем-то негромко посовещались на своем языке. Леарнас скатал пропуск в тонкий свиточек и спрятал его в сумку, висевшую у пояса.

— Владыка приказывает не чинить тебе препятствий и не задерживать на рубеже, — бесстрастно сообщил он Гэджу. — Это его печать, и почерк — тоже. Что ж… коли так, мы ставить тебе препоны, конечно, не будем. — Он по-прежнему смотрел на орка с неясным подозрением. — Но как ты собираешься идти через болота, они же кишмя кишат этими тварями…

— Митрандир об этом позаботился, — торопливо пояснил Гэдж. — У меня есть средство против гуулов.

— Да уж, вижу, — Леарнас все-таки не удержался и сморщил нос. — Ладно, иди. Удачи. — Он посторонился, пропуская Гэджа вперед, и орк не стал расшаркиваться на прощание, припустил по дороге с утроенной прытью. Лес распахнулся перед ним, разбежался далеко в обе стороны — и впереди открылись Болота: безмолвные, бескрайние, затянутые серой колышущейся мглой. Туман был осязаемо плотный, густой и липкий, как взбитый желток, и, пронизанный лунным светом, слабо опалесцировал, наполняясь белесоватыми прожилками, точно проросший плесенью несвежий сыр; слоился над серотравьем, медленно кружился, перемешивая себя самоё, тянул, тянул к лесу сизые лапы, захлестывал петлями стволы деревьев, словно пытаясь закрепиться над новыми территориями — и бессильно откатывался, не в силах преодолеть невидимую черту, расползался клочьями, клубился и завивался, принимая самые причудливые очертания, рождая, как сон воспаленного разума, самых невообразимых чудовищ…

Гать уходила вперед, в темноту, широкая и прямая, точно оглобля.

Медлить было некогда; Гэдж промчался вперед — мимо кустов ракитника, торчащих на обочине, мимо тинистых луж и выглядывающего из трясины лысого черепа, — нырнул в стелющуюся над настилом мерцающую пелену. Слуха его коснулся донесшийся сзади невнятный шум — топот копыт, бряцанье сбруи, чьи-то взволнованные голоса. Келеборн, конечно, не мог не отправить на заставу посланника с приказом перехватить беглого орка, но, на счастье Гэджа, гонец запоздал — всего на пару минут. Орк мысленно усмехнулся: рыбке удалось извернуться и выскользнуть