Сборник рассказов - Ирина В. Иванченко

Какие желания? – Гена опустил вилку, сглотнул и вопрошающе уставился на меня.

А я – то тут причем?!

– Вестимо какие, – рокотнул Дед. – Новогодние! Уж полночь скоро. Поторопитесь-

ка! Чай, вы не одни у меня на сегодня.

– А-а-а…– Генка весь просиял, как будто понял в чем дело. – Да вы проходите к

столу! Присаживайтесь! Я сейчас, за тарелочкой… – он вытеснил меня в коридор. – Что

это за чучело? – спросил грозным шепотом.

– Дед Мороз, что не видишь, что ли? – вяло огрызнулся я

– Ты обещал нам своего знакомого!…

45

– Ну, значит, в службе перепутали… Сейчас знаешь, сколько заказов, самый

пик…Да ладно тебе, не парься… Не порть Новый Год…

– Значит так, детишки! – пророкотал Дед, опрокинув стопку и закусив грибами. –

Времени у нас мало. Начнем, пожалуй! Какие стишки вы дедушке приготовили?

– Давайте-ка лучше без этого, – иронически улыбнулся Геннадий, – вы, наверное, все-таки квартиру перепутали. Детвора живет этажом выше. А мы заказывали Алексея…

– Славина, – подсказал я.

– Да, вот именно.

– Ничего я не перепутал, – хитро улыбнулся Дед – Геннадий Литовченко, Максим

Лобов и Семен Стаценко. Вот, вы у меня в списке, соколики. Ну что, будем желание

загадывать?

– Откуда вы нас знаете? – ледяным тоном осведомился Гена.

– А как иначе? Я все ж Дед Мороз, должон все знать.

– Хватит нам голову морочить! – повысил голос Гена. Мы с Семой сидели тихо,

только взгляд переводили с одного на другого. – Шутка затянулась! Кто вам дал наш

адрес?

– Никаких шуток, – пожал плечами сказочный персонаж. – Сами же и заказали, по

телефону. А теперь, чегой-то кочевряжитесь. Давайте лучше по-быстрому. Ну, кто

первый? Мальчик Семочка, начнем, пожалуй, с тебя…

Сема хохотнул из-под бинтов. Ситуация похоже его забавляла.

– О кеюшки, дедушка! – Он щелкнул пальцами здоровой руки и распорядился. –

Ген, заткни телеящик, Макс, тащи гитару! Подыграешь мне?

– Да не вопрос… – я постарался не встречаться взглядами с Генкой, потянулся за

инструментом.

– На какое желание поем, дед? – спросил Сема у Мороза.

– Да на какое хошь.

Сема ненадолго задумался.

– О! У меня под всем этим барахлом так зудит и чешется! Прямо сил нет! Можно

сделать, чтоб не чесалось? – Сема выразительно поскреб скорлупу гипса на левом колене.

– Отчего же нельзя, можно! – Дед Мороз слегка пристукнул посохом. – Песенку

спой!

Сема не стал заморачиваться и залихватски исполнил «Дискотеку Аварию» хит про

Новый Год под мой не слишком виртуозный аккомпанемент и стук собственной

загипсованной ноги.

– Вот, молодец, – одобрил Дед. – Хорошо поешь, душевно. Ну а ты, мальчик

Геночка, чем порадуешь?

– Что за ерунда? – отмахнулся Генка, но Сема не дал ему шанса отвертеться.

– Гена, тебе что спеть в ломы?

– А-а, ладно! – похоже, наш умник не чаял отвязаться от назойливого внимания.

– Ты желание-то загадай, – подбодрил Дед.

– Следующий Новый год хочу встретить нормально, в кругу семьи…– буркнул он.

– Хорошо, – Дед опять стукнул посохом.

Генка спел «В лесу родилась елочка» с вариациями на тему армейской жизни.

Раньше эта песенка пользовалась бешеной популярностью. Подозреваю, что лишь ее он и

знал наизусть.

Наконец, очередь дошла и до меня. Почему-то под пронзительным взглядом Деда

Мороза было очень неуютно.

– Ну, мальчик Максимка, твоя очередь…

Дед Мороз улыбался в шикарную бороду. Стрелки часов неуклонно двигались к 12.

Генка тренькал на гитаре, Семкин сумасшедший левый глаз светился радостью. Он

искренне веселился. Ну и в самом деле: лучшие друзья рядом, елочка, Дед Мороз… Да

46

такого Нового Года у нас не было с детства… Что и говорить, расслабься и почувствуй

себя ребенком!

– Хочу встретить свою единственную любовь! – театрально прижал я руки к

сердцу. Приятели довольно заржали. Так уж получилось, что «любовей» у меня очень

много и отношения со всеми довольно запутанные.

– Очень хорошее желание! – Дед Мороз серьезно стукнул посохом в пол. – Будет

тебе любовь!

– Спой! Спой Вадьку Семенова «Новый Год» в Грозном! – взмолился Сема.

Я не стал кочевряжиться.

Отзвенели последние аккорды. Дед Мороз тяпнул на посошок и заявил.

– Засиделся я у вас, пора и честь знать. Новый Год встречайте – меня не

забывайте…– Мы с Генкой сообща проводили его из квартиры. От денег за визит он

категорически отказался.

Затем мы выпили шампанского вместе со страной и Президентом, постреляли с

балкона фейерверком и еще немного побренчали на гитаре. Словом, Новый Год выдался

непривычно тихим и очень душевным…

Возвращался я от Семы утром, непривычно свежий и трезвый. Шел пешком.

Неожиданно сыпал пушистый крупный снег. Город словно вымер. Ни единой живой

души. Живу я, в общем-то, недалеко от Семы. Пройтись в охотку – сплошное

удовольствие. Да и когда я в последний раз шел куда-нибудь пешком? Вспомнить

страшно! В этом белом и тихом мире было так хорошо, как в сказке… Снежинки садились

на куртку и не таяли. И никогошеньки не было вокруг, словно я остался один во всей

вселенной. Хотелось идти себе, идти, без цели и смысла… Вот уже и наш двор. И скверик

напротив. Я перешел пустую улицу. Дико было осознавать, что вся страна отсыпается

после встречи… Не вся. Возле толстого клена стояла девушка в пушистой шубке и

жалобно звала

– Рэмик, Рэмик! Ну, иди же сюда!

Что-то знакомое… Ба! Да это же из соседнего подъезда. Когда я в армию уходил, она еще в школе училась. Смешная малявка с тонкими косичками. Рэмик, это, наверное, кот.

– Что случилось, красавица?

Она поначалу шарахнулась от меня. Затем робко улыбнулась, узнала.

– Да вот, Рэмка за кошкой погнался…

Рэмка оказался терьером, сидящим на дереве в развилке ветвей. Я всмотрелся в

лицо его хозяйки, в голубые глаза, опушенные искрящимися снежинками ресниц и понял: А ВЕДЬ ЭТО ОНА!

47

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ НА КЛАДБИЩЕ НОЧЬЮ…

Или рассказ о том, как Михалыч пить бросил

Луна, неправдоподобно огромная, розоватая, величаво всплыла над

островерхими крышами и лохматыми макушками елей. Призрачный ее свет скорее

скрывал, чем подчеркивал три размытые тени, оживленно совещающиеся напротив

покосившегося от времени и непогоды православного креста.

– Давайте здесь! – полузадушенно хрюкала в нос приземистая плотная тень,

прижимающая к груди вопящий и отчаянно вырывающийся сверток.

– Здесь неинтересно, – увещевала ее другая тень, высокая, худая, вооруженная

лопатой. – Пойдемте лучше на армянскую сторону. Там удобно – там памятники!

– Давайте быстрей! – басила третья тень, самая крупная и широкоплечая,

увенчанная неестественно маленькой головой. – Магистр с нас три шкуры сдерет, если мы к двенадцати не поспеем!

– Я уже не могу его держать! – жалобно хрюкал низенький толстяк. – Он