Танец на огне - Андрей Сантана

— Все серьезно, молодой человек, — свел я брови. — Этот враг немного на ином уровне, чем любой демон Бездны. — Я украдкой взглянул на рисунок. — Не знаю, владеет ли розововолосая той силой, что была у неё раньше, — выдох, — но даже без нее она умна и подстроит под себя все что угодно. — Пора поговорить начистоту. — Думаю… все переварили… — оглядываю присутствующих.

— Что есть другие миры, кроме нашего? — спокойно уточнила Кат.

— И то, что… — скрестил на груди руки Апро, — ты тоже странник?

Да, перед боем с оккультистами я открыл всю правду Дому Тени. И больше эта тема не поднималась. Но вот нас загоняют в угол, припирают к стенке, и нужно закрыть любую брешь в их броне. Все, на что может надавить мой старый враг.

— Так и не услышал вашего мнения, — с интересом наклонил я голову.

— Э-это… — приподняла руку Бутан. — Это не имеет значения… — Искренность. — Т-ты наш друг, наш лидер.

— Согласен, — передал каменный трубку любимой. — Теперь все встает на свои места.

Катарина кивнула, Апро за ней. Жозефина молчала, держала за ручку Пеле.

— Кхм, командор, — свела она брови. — У меня много вопросов. — Уверенный взгляд. — Но я не сомневаюсь, что вы наш союзник.

— Значит, ты тоже демон? — без страха спросила Пеле.

— Да, милая. — Поклон. — Не такой, как ваши, но… неоспоримый факт.

— Госпожа, — тихо обратилась Ильзи к Мире. — Вы знали?

— С нашей первой встречи, — кивнула принцесса.

— Черт, я как чувствовала, что с тобой что-то не так, — улыбнулась Фини. — Теперь мне интересно побольше узнать… как там её? О Черной Земле.

— С удовольствием опишу все в деталях… В более мирное время. — Я поправил воротник. — Но пока надо сконцентрироваться на насущном.

— Хе, — щелкнул пальцами Соль. — Только вдуматься, все это время нами руководил демон. Похоже, Благодать действительно уже давно отвернулась от нас. — Почему-то эта мысль успокаивала сына Горгоны, как будто так и должно быть. — Ну, — скрестил он руки на груди, — выкладывай.

Я прочистил глотку.

— Краткий экскурс в мою историю, и почему я все еще в шоке от неожиданной гостьи. — Движением пальцев я накрыл иллюзией главный холл поместья. Картинки, миражи… — Давайте представим, что наша жизнь — это книга… много книг. — Раскрылись страницы. Из них возникали образы. — В моем мире появился странник между мирами, его звали Клиф. Как ни прискорбно, именно он был главным героем этой истории, — оживали мои воспоминания. — Этот мужчина, оборотень, сплотил вокруг себя целую группу юных ведьм.

— Кошки… — сама себе сказала Бутан.

— Да, — кивнул я. — Юные ведьмочки Аннет, Мур, Рифа, Мелони, Айвори. — Непроизвольная улыбка украсила мои губы. — Большая часть этих дивных созданий стала моими ученицами… кхм… поневоле. И эта маленькая семья проходила через препятствия, а я как мог помогал им. — «Ты ублюдок!» — прозвучал в голове голос одной из ведьм как итоговая оценка моей помощи. — В конечном итоге они столкнулись с розовой стервой. И, как я уже сказал, её эго замахнулось на что-то столь большое, что волосы встают дыбом.

— Большое? — внимательно слушала Синяя.

— Ага, — прицокнул я языком. — Она пробудила древнего волчьего бога. — Фигуры Бис и божка увеличились в размерах. — И вместе они хотели… ну… уничтожить весь мир.

— Оу…

— Клиф сразился с богом, а я и моя лучшая ученица Аннет дали бой Беатриси. — Я щелкнул пальцами. — Счастливый конец. Недобожок низвергнут, розовая убита. Я дарю Черной Земле второй шанс на спокойную жизнь и тоже покидаю дивный мир. — Иллюзия исчезла от взмаха моей руки. — И вот я здесь. Искал, чем себя занять, и нашел вас.

— Сначала для тебя это действительно была игра? — стоически произнес Апро.

— Скрывать не буду, — посмотрел я ему в глаза. — Да. Но! — приподнял я палец. — Сейчас мне нужно это говорить?.. — Выдох. — Ладно. Все вы, каждый из вас, симпатичны мне, вы именно то, ради чего я хочу остаться на Солнечной как можно дольше.

— П-приятно, — улыбнулась Бутан, потупив взгляд.

— Ну все, не разводите сопли, — закатил я глаза. — Как и почему кроме меня сюда попало это чудовище — еще одна тайна. — Я вышел вперед. — Но, похоже, наш бой продолжится здесь. Это неизбежно, как дождь в сезон дождей.

— Беатриси тоже владеет гипнозом? — включился стратегический расчет у воительницы.

— О да, — ткнул я пальцем в нарисованный глаз, окрашенный в розовый мелком. — По-иному, но Бис проникает в твое сознание. К счастью, побочный эффект виден сразу. Радужка заколдованного окрашивается в цвет её волос. — Я фыркнул. — Только проблема в том, что порой одурманенный может ходить целые сутки и даже не знать, что он больше не он.

— Как защититься? — новый вопрос.

Я перевел указательный на рисунок татуировки.

— Эту татуировку изобрела Мелони. — Такой кошки у меня еще не было, но в перспективе… — Сила рисунков по коже реальна, ведь это не просто красивая картинка, но руны.

Фиона приложила руку к плечу.

Я выдержал паузу.

— Я сказал Рокду, что необходимо нанести эти чернила на каждого Рыцаря. Масштаб большой, но необходимый. — Улыбка. — И вам, мои дорогие, она тоже нужна.

— М-мы… — сглотнула слюну Бутан.

— А-а-га, — указал я в сторону малой гостиной. — Лично набью вам маленький рисунок. — И подмигнул. — Кто первый?

— И даже госпожа Пеле? — забеспокоилась Ильзи.

— Особенно Пеле, — подтвердил я, глядя на кроху.

— Это больно? — сжала она медведя.

— Ощущения неприятные, врать не буду.

Я видел: Пеле, несмотря на робость, куда сильнее, чем кажется.

— Е-если это необходимо, — выпрямила она спину, — то я готова! — чуть повысила девочка голос.

— Давайте я первая, — шмыгнула носом Фини.

Реверансом я пригласил рыжую проследовать за мной.

Долгая очередь встала на поток. И да, я умею бить татуировки. Чего удивляться?

Стол, усеянный инструментами и чернилами, постепенно пустел. Кто как реагировал на болезненные ощущения. Особо заботливо выглядел Апро, державший Катарину за руку. А слезинки и шмыганье носом у Пеле по-своему рвали душу.

— Ох, видела бы меня матушка! Ф-ф, — терпела Ильзи. Рисунок постепенно выводился на ее плече. Придерживая одной рукой спущенное платье на груди, полувеликанша задумалась.

— Почему я помог тебе тогда? — поправил я монокль, угадав её незаданный вопрос.

— Я ведь… никто, — тихонько кивнула она.

Окунаю иглу в чернила.

— Ты была первой, с кем я смог нормально пообщаться, — вернулся я к работе. — Каким бы ты ни был могучим существом, все это теряет смысл, — улыбка, — когда не с кем поговорить.

— Вам было… ф! — прикусила она губу, — одиноко?

На мгновение я остановился.

— Кто знает. — Без комментариев. — И, — улыбаюсь ярче, — брось, разве мог я оставить такую прелесть в беде?

Щеки великанши покраснели.

Под закат, последней, ко мне на прием пришла Мира. Пальцы, как и спина, ныли, но дело должно было быть закончено.

— Прошу, — пригласил я ее на диван.

Принцесса прошла, присела. На несколько секунд я отвернулся за новыми инструментами. Слышалось шуршание одежды.

— Госпожа, где бы вы хотели… — повернулся я. Застыл, монокль упал вниз. —…рисуночек?

— Здесь, — прислонила Мира ладонь к центру груди. А форма, как и белье, отсутствовала. Обнаженная девушка чуть смущалась, еле слышно дышала.

— Ну и как, — подошел я к ней, — мне работать?

Сколько бы раз я ни наслаждался пышностью её форм, смертному все мало.

— Вы же профессионал, — подначивала Мира, хитро улыбаясь.

— Хм.

По нраву мне эта забава.

Последняя татуировка прошла в особой напряженности, и под «напряженностью» я имею в виду все виды напряженности, какие можно вложить в это слово. Боль от иглы перемешивалась с нежным прикосновением моих рук. Еще один вид извращенного удовольствия. Но, вместе с тем, Мира так и не поинтересовалась… почему в моем теле копится сила. Огромный поток силы переполнял меня до краев. И в любой момент был готов вырваться наружу. Она не спросила.

Потому что все поняла.

Это моя забота о подопечных. Если Беатриси разгадала, как работают татуировки, то есть вероятность, что она сможет их обойти. Значит, Дом Тени должен быть готов к ментальной атаке. Он должен научиться бороться с этим, преодолеть это.

Когда я закончил работу, Мира грустно улыбнулась и, прежде чем подняться на второй этаж…

— Я всегда буду любить тебя.

Делаю вдох. Выдох.

Через оборот часов я вышел наружу, встал прямо перед