Каникулы бога Рандома - Дмитрий Дубов

— Уже предчувствую, что вы станете моим любимым пациентом, — проговорил на это врач. — Только наркоту не просите, пожалуйста, — сказал он с совершенно серьёзным видом, с которым чуть позже и добавил. — Самому мало.

Я содрогнулся от того, как в сознании захохотал Туманов, и сам не смог сдержаться.

Так, кажется, я постепенно начинаю понимать, что из себя представляют русские. Если хотя бы часть из них такова, как этот врач, то я удачно попал.

— Ну что, — обратился он ко мне с сочувствующим видом, — лечить будем, или жить хотите?

— Хотелось бы ещё немного, — честно признался я, чем вызвал очередную добрую улыбку врача. — Но желательно без лишних дырок в организме.

— Тут не могу с вами не согласиться, — ответил он, затем глянул на часы. — В таком случае готовьтесь к операции. Будет больно, но зато процесс заживления пойдёт гораздо быстрее.

— Это хорошо, — ответил я, приглядываясь к врачу. — Не то, что больно будет, конечно. А вы прям резать будете и сшивать?

— Ну вообще-то, — начал он довольно бойко, но сразу замялся, и посмотрел по сторонам, прежде чем продолжить, — вообще-то у меня есть дар целительства, причём, достаточно сильный. Но я никак не могу пройти аттестацию из-за постоянных изменений в законодательстве. Поэтому…

— Нет, — прервал его я, понимая, что не очень хочу дополнительный металл в организме Туманова. — Давайте так, лечите меня своим даром. Авось это будет действенней?

— Авось? — покосился на меня он.

— Вы не верите в авось? — нахмурился я, пытаясь понять, в чём подвох.

— Только не в этом вопросе, — покачал он головой. — В плане лечения я не могу положиться на авось.

— Ну тогда давайте поверим в великую силу Рандома, — ответил я и подмигнул. — Ведь что это как не рандом, если мне повезло оказаться продырявленным в вашу смену и иметь возможность лечения с помощью дара, а не иглы и нити?

— Хм, а ведь вы правы… Случайно даже спирт из бутыля не испаряется, а тут такое совпадение. Ну, пусть будет по-вашему! Рандом, так рандом.

Шкала благодати зачесалась и плавно увеличилась на полпроцента. Да уж, странное отношение к Рандому у русских. Его нужно срочно менять.

* * *

Операцией происходящее можно было назвать с большой натяжкой. Скорее было похоже на то, что врач немного поколдовал над раной и достал пулю.

Выстрел, судя по всему, производился с весьма большого расстояния, и поэтому свинец не пробил тело насквозь, а увяз в мышцах.

Когда я залечивал себе рану, пуля вышла ближе к входному отверстию, поэтому извлечь её не составляло большой проблемы.

— Ничего себе, — приговаривал врач, орудуя пинцетом и целебной силой, которую я практически видел вокруг него, это действительно был сильный лекарь, хоть и работающий в достаточно грубой манере. — Первый раз такое вижу. У вас, уважаемый, всё тело из свинца?

— С чего вы так решили? — я вскинул бровь. Слишком уж проницателен был этот врач, но очень хорош. — Вроде бы из обычного мяса.

— Из мяса, дорогой мой, котлеты делают, — сказал на это врач, и подмигнул мне. — А у нас с вами — ткани. Так вот, ткани эти у вас чрезвычайно эластичные. При попадании пули они почти не пострадали. Да что там говорить? Я извлёк инородное тело, а крови почти нет. И не из-за того, что сильная свёртываемость, а потому что ничего почти не повреждено. Но поражающие элементы, словно ничего не порвали, и просто увязли в тканях. Феноменально.

— Должно было быть иначе? — поинтересовался я, решая, как лучше отвести от себя подозрения. — Или такое встречается?

— Если бы ваше тело было из жвачки, или того же свинца, то норм, а так, — он покачал головой. — Впрочем, если это ваша личная магия, то тоже нормально.

— Моя. Личная. Магия, — кивая в такт слогам, проговорил я.

— Ну вот и отлично, — проговорил врач и снова подмигнул мне. — Теперь мы оба знаем тайны друг друга, потому и не сдадим. Не хочу лишиться лицензии.

— Много платят? — поинтересовался я и услышал смех Туманова в сознании, но на этот раз он был отнюдь не весёлым, а тяжёлым и надсадным. — Или что?

— Да у меня как-то и выбора особо нет, — ответил врач, немного погрустнев, но тут же снова его лицо озарила улыбка до ушей. — Род у меня обедневший, я младший ребёнок, так что всё сам и всё потихоньку.

— Во славу великого Рандома, — подсказал я, глядя ему прямо в глаза.

— Во славу великого Рандома, — повторил за мной тот.

Предплечье со шкалой благодати снова зачесалось, но я смотрел не туда. Я знал, что сегодня паренёк, наконец, получит свою аттестацию. Надо поощрять тех, кто сам стремится к покорению вершин.

* * *

Закончив с моей раной, врач, которого звали Антон Павлович Жданов, отвёз меня в палату. Под тем предлогом, что мне нужно отдохнуть от случившегося и набраться сил. А в плане безопасности, больница ничем не хуже любого другого места.

Как оказалось, он всё-таки немного заблуждался.

Не прошло и получаса, как ко мне в палату, в которой буквально всё кричало о казёнщине и крохоборстве, вошёл неказистый мужчина. Одет он был в костюмчик, который категорически отказывался на нём сидеть, в очочки, не подходящие его лицу, и с портфельчиком, видавшим виды.

Однако, по его мнению, всё это должно было произвести впечатление на собеседника. Возможно, на кого-то другого, но не на меня.

— Игорь Туманов? — поинтересовался он таким тоном, словно пришёл выселять меня из собственного дома.

Я лежал, не реагируя на его слова, и разглядывал сетку трещин на потолке, которая мне напоминала некий рисунок, но я никак не мог понять, какой именно.

— Игорь Туманов, — ещё более пренебрежительным тоном проговорил посетитель. Судя по всему, он привык к тому, что перед ним заискивали и пресмыкались. — Не в ваших интересах отмалчиваться, — он без приглашения присел возле кровати и положил на колени портфель. — Будет лучше, если вы поговорите со мной.

Я лениво настолько, насколько это