Дружба начинается не со знакомства - Таня Белозерцева

— Мастиф?

— Фила бразилейро?

— Нет, они желтые и палево-рыжие.

— Кане-корсо?

— Уши у Клыка есть?

— Да, есть, большие такие, лопухами.

— Это не кане-корсо, у них уши купируют.

Победила Гермиона, она угадала породу Клыка — мастино неаполитано, на следующий день она сходила к брату, и Гидеон подтвердил, да, мастино.

Тринадцатая глава. Молекулы углерода

Учеба далась Гарри очень тяжело. Ведь мало было произнести заклинания правильно, надо ещё и четко выполнять движения волшебной палочкой, а с этим у Гарри были проблемы.

На трансфигурации было более-менее терпимо, там результаты зависели больше от воображения, чем от точности взмаха палочкой, ткнул в предмет, представил себе нужную форму и… Так-то оно так, но здесь тоже нужны были силы и воля. Превращение спички в стальную иголку — та ещё морока. Пока получалось только заострить несчастную спичку и слегка посеребрить, и всё. Полноценная стальная иголочка получалась пока только у Гермионы, надо ли говорить, что девочка возгордилась и задрала свой симпатичный курносый носик? Окрыленная успехом, воодушевленная малявка тут же кинулась поучать и поправлять других. Гарри ничего против не имел, он с благодарностью принимал помощь Гермионы, внимательно слушал её наставления и старательно повторял за ней.

Гермиона, сосредоточенно пыхтя, внушала Гарри:

— Ну представь себе молекулы стали, они выглядят как решетка с капельками зерен на углах, я точно знаю, не спорь, я видела под микроскопом. Так вот, слушай и запоминай. Зерна надо преобразовать…

— Но спичка деревянная! — перебил её Гарри.

— Зато в спичке присутствует сера и углерод. Ты учебник химии открывал? Вот и вспомни строение атомов углерода, они на что похожи?

— На цепочку из букв «С».

— Верно, а всё вместе?

— Пчелиные соты.

— Ну вот! Напрягись, удали деревянную часть и замени целлюлозу углеродом.

Гарри, не очень хорошо представляя задачу, попытался сделать так, как сказала Гермиона, нацелил кончик еловой палочки на спичку, произнес формулу трансфигурации и вообразил, как капельки-зерна с углов решетки стекают и заполняют полости, оставшиеся на месте дерева — целлюлозы. И вдруг, о чудо! Деревянная спичка истончилась, стала пористой, словно губка, а потом она вытянулась и превратилась в стальную палочку, не в иголку, а в палочку, по форме похожую на ту же спичку. Стальная спичка! А дальше дело техники, Гермиона велела включить воображение и представить, что перед ним лежит не спичка, а иголочка. Гарри послушался и наконец-то добился результатов, плохо веря своим глазам, дрожащими пальцами взял прекрасную швейную иглу. Длинная, остренькая, с аккуратным узеньким ушком. И непонятно, кто был больше рад, сам Гарри-ученик или маленькая учительница Гермиона.

Заклинание же левитации, напротив, требовало точных и выверенных движений палочкой и кистью руки, причем именно так, как говорил профессор Флитвик:

— Не забудьте те движения кистью, которые мы с вами отрабатывали. Кисть вращается легко, и резко, и со свистом.

Ну да, легко сказать «легко», когда у него не то что кисть не вращается «легко, резко и со свистом», но и руки, целиком от плеч, не всегда-то и слушаются. Не говоря уж об остальных конечностях. И заклинание левитации удалось пока что той же Гермионе, ей одной получилось поднять в воздух лебединое перо. Потом, правда, это удалось Драко Малфою и Падме и Парвати Патил. У Гарри пока не получалось, и у Рона тоже почему-то. Непонятно, Рон-то нормальный, здоровый пацан, у него-то почему не получается? Это заставляло Гарри нервничать и думать, что, наверное, заклинание зависит от силы воли. И он невольно прислушался к тому, как Гермиона поучает рыжего:

— Ты неправильно произносишь заклинание. Надо произносить так: Вин-гар-диум Леви-о-са, в слоге «гар» должна быть длинная «а».

В ответ Рон взбешенно замахал палочкой и свирепо прорычал:

— Винга-а-р-р-рдиум Левиоса…

— Рон!

— Отстань, дура, надоела!

Гарри аж вздрогнул, столько ненависти было в голосе Рона. А когда Гермиона убежала, чуть не забыв свою сумку, Гарри с укором сказал Рону:

— Ну что же ты, она же помочь хотела.

— Да надоела она мне, Гарри! Заучка лохматая, только и знает, что всех поучать.

— Ну ладно, согласен, но обзываться-то зачем?

— Я не обзывал её, я говорю правду. Она лохматая заучка, неудивительно, что с ней никто не желает дружить, если честно она — настоящий кошмар.

Тем же вечером, когда все уроки подошли к концу, вся школа собралась в Большом зале по случаю праздника Хэллоуина. Зал был богато украшен множеством тыковок и псевдонастоящими летучими мышами, которые хаотично летали меж тыкв и свечей и висели на стенах и потолке. Пробираясь сквозь толпу к своему месту, Гарри краем уха услышал, как Парвати рассказывает своей подружке Лаванде о Гермионе, которая заперлась в женском туалете, плачет и никак не может успокоиться. Судя по виду, Рон тоже услышал и ему явно стало не по себе. Гарри хотел было развернуться и пойти искать Гермиону, но плотная толпа просто снесла его, и Гарри ничего не осталось, как влиться и поплыть по течению, а сев на место, он вдруг подумал, что если человек плачет, то у него обычно плохое настроение и совсем нет аппетита. Ладно, успокоится и придет — философски решил Гарри и принялся накладывать себе в тарелку печеную картошку.

Праздник был в самом разгаре, когда в зал вбежал профессор Квиррелл. У него был дикий вид, тюрбан сбился на бок, глаза выпучены от страха. Подбежав к столу преподавателей, он остановился, оперся о столешницу и почти без запинки простонал:

— Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить…

И рухнул в обморок, не забыв схватиться за грудь и закатить глазки.

В зале поднялась суматоха. Понадобилось заклинание Соноруса, чтобы по залу над головами перепуганных студентов прокатился трубный глас профессора Дамблдора:

— Старосты! Немедленно уводите свои факультеты в спальни!

Перси тут же вскочил со своего места и принялся было собирать своих, но поднявшийся гул был перекрыт грозным рыком профессора Снейпа:

— Пуффендуй и Слизерин! Стоять! Директор, вы решили избавиться от половины школы? Или вы просто забыли, где находятся их спальни?

— Упс! Северус, дорогой, прости старика. Верно-верно, как-то из головы вылетело… но что же делать?

— Все останутся здесь! — глухо рявкнул Северус. — Двери мы заблокируем. Помона Стебль, Септима Вектор, Чэрити Бербидж и Филиус Флитвик с директором Дамблдором останутся с детьми. Я, Минерва МакГонагалл, Сильванус Кеттлберн, а также старосты школы Микаэла Куинн и Гидеон Грейнджер отправимся на поиски и поимку тролля.

В общей суматохе как-то никто не обратил внимания на то, что Гарри сначала безуспешно попытался докричаться до Северуса и Гидеона, а когда не смог, то