Быть Лианной Старк - Илья К

Закончив экзекуцию и раздав указания сопровождающим, Роберт подошел ко мне.

— Прошу прощения, моя королева, но они…они…

— Вывели Вас из себя, мой король? — нашла я за него слова.

— Да! — согласился Роберт.

— А давайте вы лично займетесь проверкой флота, чтобы я Вас не смущала? Только познакомьте меня с Вашими братьями, возможно кого-то из них заинтересует перспектива породниться с вассалами Старков…

— Да… Наверно это лучшее решение, — ответил мне Роберт.

В каноне при смерти Роберта оба брата заявили права на трон. Понятно — власть, большие деньги, слабое положение детей якобы Роберта… Однако, возможно, эту ситуацию можно предотвратить. Найти Станнису хорошую жену, которая родит ему десять детей, и Станнис будет думать только о том, где найти приданное. Восстать против короля? Нет, тогда жена из Карстарков давать перестанет.

Ренли? Найду ему очень плохую жену. Будет её со своим любовником с двух сторон трахать. Он в рот, любовник в задницу. Потом поменяются. Ренли гей? Ну так пусть завяжет себе глаза и отгадывает, кто ему отсасывает — любовник или жена. Пусть творит что хочет, пока на трон не претендует.

Роберт мне сказал, что Станнис готовит флот и лично поведет его захватывать Драконий Камень. Я его спрашивала про Ренли, но получала неопределенные — он там же.

Мы дошли до каюты. Нам открыли дверь.

Внутри было два человека. Один смутно напоминал Роберта, только был во всём хуже: ниже, худее, с залысинами, хотя явно моложе. Лицо серьезное-серьезное, я бы такого сразу назначила главным в комитет по решению серьезных дел. Этот человек склонился над огромной, во весь стол, картой Вестеросса и сопредельных морей, двигая фигурки кораблей.

Рядом с ним был нарядно одетый мальчик лет примерно восьми, мне по ребро, он держал какой-то свиток и навесу записывал, что ему говорили. Слуга, паж, юнга, наверное, не знаю.

— Станнис! — проорал Роберт. — Даже не вышел встречать брата, ах ты засранец! Дай я тебя обниму!

Роберт подошел к брату и обнял его.

— У тебя не офицеры, а мудачьё, не знают как палубу лопатить! Но я им покажу… Ах, Вас же надо познакомить! Вот этот самый неулыбчивый человек в Вестероссе — мой средний брат, Станнис Баратеон! Это Лианна Старк, моя невеста, считай жена и королева Вестеросса!

— Очень приятно, — сказала я, делая реверанс по правилам этикета, как умела Лианна.

Тут много нюансов, я всерьез допускала, что местные хотят добиться абсолютной власти ради ослаблений требований к этикету. Тут были приветствия равного-равному, слабого-сильному, сильному слабому и сто оттенков везде, лишь король мог творить что угодно, ограниченный лишь цареубийством. Мой реверанс в сторону Станниса однозначно расценивался как приветствие вышестоящему. Роберт ничего не понял, а вот Станнис глазами удивился.

— А вот этот пацан, — Роберт потрепал ребенка по голове, зарывшись пальцами в волосы, — мой младший брат, Ренли Баратеон! Я думал что за два года осады ты разучился одеваться как девчонка! Помниться, ты с детства играл с яркими цветами и тканями и со смехом носиться по залам Штормового Предела, притворяясь рыцарем, королем, или богом моря!

Я вновь на автопилоте поклонилась Ренли, так же как Станнису. Аааа! Это же совсем ребенок?! Я его женить собиралась!

— Да что ты раскланялась, Лианна, забудь вообще как это делается! Короче, слушайте меня, Баратеоны: Станнис, если вернешься без голов Таргариенов, Штормовой предел всё равно твой. Ренли, если хочешь Штормовой предел, принесешь мне головы выживших Таргариенов.

— Г…гг… Головы? — с ужасом спросил мальчик.

— Ага! — Роберт хлопнул пацана по плечу и тот упал.

— Короче, вы с моей королевой обсудите перспективы брака с кем-нибудь, а я инспектировать флот!

Роберт пошел к выходу, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

В комнате, помимо двух Баратеонов, остались мои служанки и несколько охранников Старка. Я осела на стул.

Станис поднял Ренли с пола, усадил его на стул и налил ему воды. Роберт, ты вообще дурак? Как это можно делать?

В обход линии наследования давать Штормовой Предел Ренли? Это же… Естественно, Станнис обиделся, а у Ренли снесло крышу от успеха, когда столько крепостных на голову просто так сыпиться!

— Служанки, охрана — всё о чем мы будем говорить сейчас большая тайна, — начала говорить я вслух, — Не говорить никому, кроме Короля и Лорда Старка! Если кто проговорится, я попрошу брата вырвать язык. Поняли? — сказала я.

Те закивали. По идее проблем быть не должно — мужчины и так служат Старку, а девчонок Старк подобрал считай на улице. Так, надо с чего-то начинать. Встаем, улыбаемся.

— Для меня большая честь познакомиться с Вами, я правда почему-то думала, что Ренли несколько старше… Сильно старше…

Эх… И вот этому пацану я собиралась искать жену, согласную на групповуху? Интересно, он вырос геем потому что это у него такие вкусы или взрослые провалили его воспитание? Вообще, чем больше я здесь нахожусь, тем сильнее мне кажется, что значительная часть сексуальных девиаций местных следствие договорных браков. Типа папа меня женит на старом хрене, которого я не разу не видела? Пересплю с братом родителям назло!

Воцарилась неловкая пауза.

— Ренли, а ты всегда заикаешься? — спросила я.

— Тт…только когда очень волнуюсь… — ответили мне.

Ну да. С такими братьями…

— А кто занимается твоим воспитанием? — спросила я.

— Я, — ответил Станнис. — После смерти его родителей.

Ну тогда удивительно, что он вообще разговаривает.

— Лорд Станнис, мне удалось отговорить Роберта от идеи передать Штормовой Предел Ренли в обход закона о наследстве, если Вам не удастся убить последних Таргариенов.

В тишине раздался облегченный вздох Ренли.

— Я спрашивала своего брата и короля. В малом Совете есть вакансии. Прошу Вас занять две должности — мастер над кораблями и мастер над законом.

Я думала раньше была тишина? Нет, вот сейчас тишина. Звенящая тишина.

— Такие решения должен принимать король, — сообщил мне Станнис.

— Мы с ним всё обсудили. Вчера, — честно призналась я.

— Я немедленно отправлюсь к королю и всё узнаю. Побудьте здесь, — попросил меня Станнис и вышел.

Надеюсь, Роберт не забыл. Вчера, в перерывах между метанием молота и пока он выгнал охрану, я его спросила, кого он видит в Малом Совете на пустых местах. Он сказал, что ему «похуй». Потом, правда, извинился.