Сон в Нефритовом павильоне - Автор Неизвестен

– Ты сначала приведи мне нужного человека, а потом и расспрашивай, – поморщилась девушка.

Няня пошла к двери, а барышня следом, упрашивая ее поспешить. Та кивнула и засеменила куда-то. Очень скоро она вернулась, и не одна, вошла в покои барышни Инь и молвит:

– Мужчину я подходящего не нашла, привела к тебе женщину. Она ныряльщица, промышляет ловлей жемчуга. Может проплыть под водой пятьдесят – шестьдесят ли, за что и прозвали ее Водяным Дьяволом – Сунь Сань.

Барышня Инь подивилась, позвала ныряльщицу и попросила ее подойти поближе. Это была женщина восьми чи[5] ростом, у нее были рыжие волосы и темное лицо. Когда она приблизилась, барышне пришлось зажать нос – очень уж дурно пахло от необычной гостьи. Барышня с недоверием спрашивает:

– Любезная Сунь Сань, верно ли, что ты можешь проплыть под водой несколько ли?

– Судите сами, благородная барышня, – отвечает Сунь Сань, – недавно, добывая жемчуг в устье реки Чжэцзян, я наткнулась на громадную змею. Мы схватились и пропыли под водой больше тридцати ли, но я ее все-таки одолела, взвалила на плечи и оттащила домой. А вечером, когда был прилив, проплавала еще несколько десятков ли. В одиночку пятьдесят, даже шестьдесят ли для меня пустяк. С грузом выдержу поменьше – десяток-другой всего.

– Мне очень нужна твоя помощь! – воскликнула девушка.

– С радостью для вас постараюсь.

Барышня Инь протянула ныряльщице двадцать лянов серебра и говорит:

– Это только задаток. Если сделаешь то, что нужно, получишь еще денег.

Сунь Сань была довольна и спросила, что прикажет госпожа. Та удалила из комнаты всех слуг и говорит:

– Сегодня на реке Цяньтан правители Ханчжоу и Сучжоу устраивают праздник на воде, и одна гетера собирается броситься в реку, чтобы покончить с собой. Притаись где-нибудь и спаси ее. Утащи под воду и доставь на берег, а потом спрячь в укромном месте, только не попадайтесь на глаза жителям Ханчжоу – будет беда. Сделай все, что в твоих силах. Если удастся ее спасти, я тебя щедро отблагодарю.

Ныряльщица отнесла домой полученные деньги и пошла на берег реки. Уселась и принялась наблюдать за кораблями и лодками гуляющих. Все было спокойно до того часа, как солнце скрылось за горами на западе. И тут Сунь Сань увидела, как красивую гетеру увлекают в маленькую лодку. «Это неспроста! – решила она, нырнула в воду, доплыла незамеченной до этой лодки и притаилась под ее днищем. В лодке заиграла музыка, потом кто-то пробежал на нос и бросился в воду. Сунь Сань увидела в воде красавицу, подплыла к ней, схватила и потащила за собой. Только проплыв не то шестьдесят, не то семьдесят ли, она перевела дух. Гетера не подавала признаков жизни. Пора было выбираться на берег. Сунь Сань знала, что людей в этом месте не должно быть, поэтому очень удивилась, заметив невдалеке рыбацкую лодчонку, а в ней двух мужчин, державших остроги и распевавших песни. Сунь Сань окликнула их:

– Помогите, добрые люди!

Оборвав песню, рыбаки налегли на весла и подплыли к ныряльщице. Сунь Сань взобралась в лодку и вытащила из воды бездыханную Хун – волосы растрепаны, лицо бледное. Уложив поудобнее гетеру и отжав на ней одежду, ныряльщица уселась и стала ждать, когда спасенная очнется.

Рыбаки спрашивают:

– Что это за красавица и какая беда с нею приключилась?

– Не знаю, – отвечает Сунь Сань. – Я ныряла за жемчугом и вдруг увидела, как девушка тонет, вот и спасла ее. А вы куда путь держите?

– Мы рыбаки, все наши пути по воде идут. Много мы видели утопленников, но чтобы в таком безлюдном месте – это в первый раз. Поблизости здесь даже жилья никакого нет, что с этой красоткой делать-то?

– Подождем, пока не очнется, – отвечает Сунь Сань, – а там решим.

Она принялась с силой растирать руки и ноги гетеры в надежде привести ее в чувство. Через некоторое время Хун открыла глаза и слабым голосом спрашивает:

– Кто вы, моя спасительница?

– Не говорите лишнего, – шепчет ей на ухо Сунь Сань, – сначала придите в себя.

И ныряльщица обратилась к рыбакам:

– Добрые рыбаки, солнце уже закатилось, жилья не видно. Девушка очень слаба, ей что до жизни, что до смерти одинаково. Уж коли приходится заночевать в лодке, не дадите ли чего, чтобы укрыть красавицу от ветра и росы?

Рыбаки дали женщинам камышовую циновку и бросили якорь. Наступила ночь. Когда рыбаки, по видимости, уснули, Сунь Сань придвинулась к Хун и тихонько спрашивает ее:

– Вы знаете дочь правителя Ханчжоу, барышню Инь?

От удивления Хун даже приподнялась. А после того как Сунь Сань поведала о поручении, которое дала ей дочь правителя, гетера глубоко вздохнула, и слезы ручьем полились по ее щекам.

– Меня зовут Хун, – вымолвила она и подробно рассказала своей спасительнице, как и почему решила распроститься с жизнью. Сунь Сань глаза вытаращила.

– Так вы знаменитая Хун из зеленого терема?

– А что вы про меня знаете? – удивилась в свою очередь Хун.

– У вас есть служанка по имени Лянь Юй? – улыбнулась Сунь Сань.

– Да! – еще больше поразилась Хун.

Сунь Сань взяла Хун за руку и говорит:

– Я приемная мать Лянь Юй. Много слышала от нее про вас, а вот вижу впервые. Никогда не смела я зайти в ваш терем, больно уж облик мой безобразен, но почитаю вас за доброе сердце. Видно, Небу было угодно, чтобы только в беде вашей я вас встретила и разглядела!

Хун прониклась благодарностью к Сунь Сань, женщины поутешали друг друга и начали засыпать. А была уже глубокая ночь, и луна скрылась. Вдруг ныряльщица услышала разговор рыбаков. Один шепчет другому:

– Не пойму, что это за женщины, надо их поостеречься.

Второй отвечает первому:

– На днях я ходил в Ханчжоу торговать рыбу, и в одном зеленом тереме видел девицу, ну точь-в-точь наша молодица. А сейчас, подслушав их беседы, не сомневаюсь, что она знаменитая гетера по имени Хун.

Первый рыбак говорит:

– Не помню уж, сколько лет я разбойничаю в этих краях. Так и прожил жизнь бобылем. А эта гетера и вправду красотка что надо. Нельзя упустить случай. Если мы прикончим старую, то вторая, слабосильная девчонка, достанется нам без труда.

Ужаснувшись, Сунь Сань прошептала на ухо Хун:

– Попались мы – из огня да в полымя, как говорят! Но кто мог знать, что эти рыбаки – убийцы?

Хун в ответ:

– Небо отвернулось от меня, нет смысла противиться его воле. Но может, ты придумаешь, как нам спастись?

Сунь