Альманах «СовременникЪ» №2 (29), 2022 (посвященный 130-летию Марины Цветаевой) - Альманах Российский колокол

– Что ты, что ты? Успокойся! Я с тобой. Ты так кричала, – спросонья взволнованно теребит меня за плечо, пытаясь привести в чувство, бойфренд. – Что настолько ужасное тебе приснилось?

– Ма-ма мы-ла ра-му…

– Что-о-о?

– Фраза из «Букваря». Спи.

На следующее утро, пытаясь утихомирить гвоздём торчащую в голове боль, я попробовала сесть с большой чашкой крепкого кофе и попытаться понять, как мне жить дальше. Итак, описанное выше событие случилось со мной в возрасте, когда я уже успела отучиться в институте, получить кучу всяких дипломов, стать сотрудником одной научно-исследовательской конторы, защитить кандидатскую диссертацию, вступить в какую-то женскую партию, а также примкнуть к волонтёрскому движению помощи бездомным животным. Всё складывалось как нельзя лучше и в семейной жизни: у меня был парень, который хотел стать моим мужем, и я, хоть и не была в него влюблена по уши, но связать себя узами брака с ним считала правильным, укладывающимся в матрицу тогдашних представлений о хорошей жизни. Жила я с родителями, младшим братом и бабушкой, которая переехала к нам жить из другого города, когда стала нуждаться в уходе.

Остро развившись, осознание нелюбви к человеку, давшему мне жизнь и ничего плохого не сделавшему, коробило и сбивало с толку, рождая тягомотное чувство вины. Интуитивно захотелось поделиться с кем-то.

– Привет, как дела? – звоню подруге и говорю нарочито бодро.

– Всё хорошо, а что с твоим голосом? – отвечает, насторожившись, та, которую так просто не проведёшь.

– Всё нормально… нет, как раз ненормально. Скажи, ты любишь свою маму?

– Почему ты спрашиваешь? Конечно! Да я за свою мамочку глотку кому хочешь перегрызу, если кто её обидит, – не очень, на мой взгляд, в тему отвечает подруга.

– Я имею в виду: как ты её любишь, какие чувства испытываешь к ней? – пытаюсь пояснить свой вопрос.

– Молю Бога, чтобы он дал ей не только долгие годы, но и дополнительные дни жизни, потому что у меня с ней связь как через пуповину. Я не знаю, как мне без неё жить, понимаешь?

– То-то и оно, что не понимаю.

– Ну, этого не может быть, ты на себя… наговариваешь…

Ну почему мои подруги готовы за своих мам убить обидчика, молят о каждом лишнем дне жизни для них? А некоторые до сих пор ощущают незримую пуповину, которая так и не разорвалась ни в роддоме, ни в семь, ни в двенадцать лет, ни позже… Другие просто живут своей взрослой жизнью и не думают о любви к родительнице, имея или не имя её как данность, принимают мать такой, какая она есть, и не испытывают ни вины, ни раскаяния. В общем, с подругами об этом чувственном артефакте поговорить не получилось.

Первой оценочной мыслью стала: я заболела, у меня психическое заболевание, возможно, так оно манифестирует.

Срочно надо пойти к врачу.

– На что жалуетесь? – спросила милая доктор-психотерапевт, которую мне порекомендовали коллеги по работе.

– Я не знаю, как называется этот симптом…

– Не надо про симптомы, расскажите, что вы чувствуете, просто опишите то, что вас тревожит. Забудьте, что вы – врач, здесь вы – пациент.

– Меня тревожит то, что я не люблю свою маму.

– Мама родная?

– Да, это женщина, которая меня родила. Биологическая мать.

– У вас не складываются отношения? Между вами бывают конфликты?

– У нас нормальные отношения, никаких конфликтов.

– Вы живёте вместе, она вас раздражает?

– Да, живём вместе, она меня не раздражает.

– Простите, тогда я не понимаю, что вас волнует.

– То, что я её не люблю.

– А как вы это ощущаете, что к ней испытываете?

– Очень просто: я её не люблю и не испытываю к ней никаких чувств. Хочу узнать, это симптом какого-то психического заболевания?

– У вас в роду были психически больные?

– Нет, кажется. Я про таких не знаю, во всяком случае.

– А к другим людям вы испытываете чувства? Любите мужа, детей, родственников, друзей?

– Я испытываю чувство любви и нежности к отцу, к близким родственникам, к бойфренду, ко всем детям, собакам, домашним животным, птицам и даже земноводным. Я люблю своих друзей, у меня очень тёплые и доверительные отношения с подругами. Я хочу сказать, что в принципе умею и любить, и дружить.

– Думаю, вы драматизируете ситуацию. Вы любите маму, но вам кажется, что должны ей давать больше. На подсознательном уровне корите себя за то, что мало оказываете ей внимания.

– Стоит пойти к психиатру?

– Нет, не думаю, что вы в этом нуждаетесь. Просто отдохните, побудьте с мамой побольше.

Инсайтным решением оказалось обращение к Богу. Пошла в храм, но сразу не решилась попросить батюшку выслушать меня. Потом отважилась и рассказала на исповеди свою боль.

– Батюшка, каюсь, грешна. Я не испытываю никакой любви к своей здравствующей матери.

– Молишься за мать свою?

– Она некрещёная, к сожалению. Ведь я не могу за неё молиться?

– Не можешь ставить свечи, писать записки, но можешь просить Господа, чтобы он помог осознать ей необходимость принятия крещения.

– Много лет прошу об этом, батюшка.

– Продолжай, Господь милостив.

– Да, батюшка, мне страшно думать, что не смогу после её смерти заказать панихиду, даже свечку за упокой души поставить…

– Почитаешь ли, дочь моя, ты свою родительницу?

– Почитаю, батюшка. Но не люблю, грешна.

– Почитание взращивается воспитанием, любовь даётся или нет, но и её можно взрастить. Ты должна усердно возносить молитвы покаяния и прощения, чаще в церковь ходить, присутствовать на богослужениях, и купи себе иконку Богородицы «Умягчение злых сердец». Покайся, дочь моя: «Кается раба Божья…»

Ну и батюшка, как водится, отпустил сей грех раскаявшейся грешнице. И вообще, кроме общих слов о дочерней любви и почитании родителя в рамках формулировок пятой заповеди, других он для утоления моей душевной язвы не нашёл. Уже тот факт, что это чудовищное, на мой взгляд, явление его никак не впечатлило и он не побежал изгонять из меня дьявола, родил два вывода: хоть это и грех, который я признаю как данность, но я его не совершала! Притом я его осознаю и хочу от него избавиться, только не знаю как. Иконки «Умягчение злых сердец» и «Семистрельную» купила, милостыню щедро раздала и пошла домой с пониманием того, что, видимо, придётся искать как объяснение природы сего явления, так и руководство к действию в другом месте.

Жизнь текла своим чередом: я вышла замуж, родилась дочь. Мама стала помогать с ребёнком, за что я была ей несказанно благодарна. Но, как ни старалась заставить себя почувствовать любовь к этому родному мне человеку, я так и не смогла. Мысль жила во мне, медленно пожирая изнутри. Замаячили