Розовый мед – 5 - Владимир Атомный

— … но есть нюансы.

— Пусть их будет три, Мастер.

— Почему это? — пересчитал я всех девушек, что не дают покоя.

— Это раз, — показала она правой ручкой себе в открытый рот, потом посмотрела вниз и добавила: — а там два и три.

На этом моменте головка оказалась заключена в горячий плен первого нюанса и я перестал думать. Да и зачем, когда младшая кошка доделывает то, что не случилось со старшей?..

Уже за столом я увидел на чёрной маечке характерную каплю. Может если не знать чем мы занимались, то и пофиг, но точно не мне. Я склонился и шепнул об этом на ушко.

— Она уже впиталась, — пришёл тихий ответ.

— Ну всё равно, надо вытереть.

— Не надо. Мама даже не заметит.

Я сунул в рот очередную порцию бесподобного омлета и всё же хмыкнул.

— Ну мало ли.

— Её это только умилит.

— Две развратные кошки.

Говорим тихо, но заметив как периодически склоняем к уху друг друга, тёть Маша отвлеклась от смартфона и говорит:

— Шепчитесь! Такие хорошенькие у меня.

Неколина просто улыбнулась, привычно купаясь в лучах материнской любви. И потом снова мне:

— Это сказано с осуждением или как повод грязно надругаться?

— Пхах! — не удержался я. — Это как вообще?

— Мне рисуется такой образ, Мастер, — горячо зашептала она, — вы очень хотите овладеть мной или мамой, но что-то не позволяет это сделать. А вот если назвать нас шлюшками, развратными кошками или как-то ещё — словно бы можно. М?

— Фига себе сложные техники, — задумался я. — Короче, попадалась мне история про какую-то там принцессу реально существовавшую, которая не брезговала приходить в солдатский лазарет и ухаживать за ранеными. Ну типа. Понятно, что может это просто легенда, но вот я хочу сказать, что когда ты опускаешься вниз, пачкаешься себя, ты скорее даришь. Делаешь королевский жест.

— Хих! — прыснула Неколина и мы снова получили взгляд полный любви от тёть Маши. — Мастер, спасибо, но это ошибка. Я не такая. Наверное, влияние Кристины сказывается, да? Я даже запах её парфюма чувствовала.

— Да ну? Это когда?

Во взгляде пробудился фанатичный огонь, что виден даже без красных линз.

— Я уже говорила вам, что мне очень нравится образ проклятого духа, чёрной души, чьё искреннее желание это добраться до самой чистенькой, самой невинной и трепетной плоти, а затем очернить, испортить, опорочить. Сейчас у меня самое золотое время, Хозяин. Ведь этот мой дух заключён в прекраснейшее тело. Вам же нравится оно? Маленькость, моё миленькое лицо, тоненькие запястья? С одной стороны я так люблю себя… ни кусочка не отдам.

Я натужно сглотнул и опасливо покосился на старшую кошку. Тёть Маше увлечённо смотрит ролик и даже улыбается, кстати, очень красиво.

— Когда мы ездим по разным местам. Даже если вдвоём с Неткой, я очень редко ловлю взгляды от извращенцев. Вживую они себя не проявляют почти, но вот в Сети… знаете, мне приятно возвышаться над ними… издеваться и унижать. Но потом я бросаю себя с этой высоты. Не жалею. Под ноги к вам, Мастер, но не только потому, что хочу порадовать. Ради себя тоже. Это такое особое чувство — истинное блаженство. Голая, распятая, в сперме и слюнях.

Я с удивлением обнаружил в себе отклик. Отбитая извращенка, что подбирает весьма спорные образы надавила, в итоге, на нужные клавиши моего существа. Но это и не чудо, ведь я давно хочу Чёрную кошку, может и не образ в сперме и слюнях возбуждает, а наоборот уже не воспринимаю что она там томно нашёптывает из-за сильного желания…

— Капец! Только же у нас было, а я опять…

— Всё-всё, умолкаю, — хихикнула она.

Странный сегодня день: с утра — разговор с Маргаритой, днём — особый гость в доме Коновых. Где-то там Сонетта с Кристиной. И я, вроде как, предоставлен сам себе. Всего чуть-чуть прошло времени с начала каникул, а уже привык, ввязался в их цветочное общество. Сегодня, вот, ухаживаю за большим и малым пионом. Если у тёть Маши жар в кузне пока приутих, то про мелкую бесовскую егозу не уверен. Точнее, чувствую джентльменский долг спросить:

— Хорошо фотошопишь, кстати. Тебе спину погладить?

Глава 20

Что если сосед — озабоченный маньяк⁈

— Почему вы спрашиваете, Мастер?

— Я подумал, что ты осталась без, эм-м-м… внимания.

Мои руки на её хрупких плечах. Неколина тапнула «сохранить» и после откинула голову, упёршись мне в живот.

— Вы наоборот очень внимательны. Можно и меньше. Не надо слишком баловать меня. Это может сыграть плохую партию в будущем. Будьте жестоки. Держите меня в ежовых рукавицах, но крепко.

— Плохой из меня Мастер…

— Вы должны помнить, что от этого зависит крепость моего ошейника, — она поднесла ручку к оголённой шее и не сильно сдавила. На ней всё та же чёрная майка на лямках, отчего вид только сильнее заводит. Крупные соски небольшой груди магически приковывают внимание, тем более Кошка выгнулась. — Если он ослабнет — я вырвусь и натворю дел. Мне всё равно, но вот вам… кто-нибудь пострадает, возможно, Сонетта.

— Ого, блин! Ну тогда да, надо держать получше, — я символически сомкнул пальцы на тонкой шейке.

Неколина блаженно зажмурилась, погладив сверху правой рукой.

— Не стоит беспокоиться о моём удовлетворении. Когда сильно хочется я делаю это где угодно и довольно быстро. Ну вы знаете, — даже чуть смутилась она. — Может вы сами уже хотите повторить.

Я нахмурился, продолжая гладить и сжимать её шею. Правой рукой ожидаемо спустился ниже, сразу же забравшись под маечку и накрыв грудку. Сосок упруго упёрся в середину ладони.

— Нет. Я думаю надо дособрать алтарь в моей комнате. Для богини. Поможешь мне?

Неколина тут же оживилась, но пока мы в прежнем положении.

— Пока что она безымянная. Это своевольная аниме богиня, она подсылает мне все эти ситуации. Потому что иначе объяснить их невозможно.

— Я видела у вас полку под потолком похожую на камидана. Это для него?

— Угу. У меня уже куплен домик миягата, осталось священное зеркальце и амулет офуда. Я думал, раз ты шаришь за весь анимешный мерч и заказываешь что-то с Японии, то поможешь выбрать?

Теперь уже Чёрная кошка встрепенулась и после того, как толкнула головой в живот, резко развернулась на кресле. Ножками стукнулась о