Мир Данте. Том второй (малые произведения) - Алигьери Данте

больше не «поэт справедливости», написавший немало моральных поучений в стихах, а певец земной страсти. Он позволяет себе образы и слова, вряд ли соответствующие высокому строю канцоны: «Зачем она не воет, / Как я из-за нее в моем аду»; «Играть я буду, как медведь, ликуя». Схема канцоны: ABbC, AbbC : C, Dd, EE. В первой части две «стопы», во второй — «сирма». «Стопы» заключают четыре стиха; «сирма» отличается краткостью. Рифма связи — C. В конце — парные рифмы (EE). Первая часть длиннее второй (8+5). Этот строй сообщает энергическую подвижность всей системе стихов.

1232

...И как цветок венчает... — Частое в стихах Данте сравнение-параллель.

1233

Как в штиль ладью... — Соединение в одном явлении двух, казалось бы, несхожих — излюбленный прием поэтов барокко, встречающийся в позднелатинской поэзии и в стихах XII—XIII вв. Штиль на море — утихшая на поверхности, бушующая в глубине скорбная страсть; ладья, не боящаяся бури, — дама, жестокая, уверенная в себе.

1234

Напильнику скорбей я предаю / Всю жизнь... — Метафора «напильник» была распространена уже в позднеримской поэзии. Ср. выражение lima ultima — последняя отделка.

Стихи Арнаута Даниеля: «Е seran verai е cert Quan n'aurait passat la lima» («Они [слова] станут точными и верными, когда я пройдусь по ним напильником»; ed. Canello, р. 108) — восходят к латинской метафоре. Однако в поэзии поздних трубадуров XIII в. «напильник» связывается с представлением о любовной муке, которая точит сердце.

1235

...Не назван все же исполнитель казни. — Т. е. Амор.

1236

Амор заносит меч, им поразил / Он некогда несчастную Дидону... — Царица Карфагена, вдова Сихея Дидона, покинутая Энеем, покончила с собой («Энеида» I, IV). См.: «Ад» (V, 61): «Вот нежной страсти горестная жрица, / Которой прах Сихея оскорблен». Данте защищает поступок Энея, которым руководила воля провидения, так как он должен был, прибыв в Италию, стать родоначальником римского народа — «...вступив на путь честной, похвальной и плодотворной жизни...» («Пир» IV, 24).

1237

Занес десницу надо мной злодей... — Образ Амора-победителя, не знающего милости, так ярок, что персонификация становится психологической реальностью. Такое преображение — одна из особенностей Данте. В наши дни почти все аллегории некогда знаменитого «Романа о Розе» возбуждают лишь археологический интерес. Аллегорические образы Данте, таящие в себе глубоко пережитые чувства, по сей день пленяют наше воображение.

1238

...И утренней, и поздней мессы звон! — Этому стиху подражали многие итальянские поэты начиная от Петрарки (CIX, 6).

1239

Прямым путем иди, канцона, к даме. — Схема посылки: ABbCC.

1240

...Глас Пиэрид... — Пиэриды — музы; глас Пиэрид — здесь в переносном смысле: произведения Данте.

1241

Жизненной ветвью... — Реминисценция из VI книги «Энеиды» (ст. 136): без «золотой ветви» Эней не может проникнуть в Аид.

1242

Лета — река забвения в земном раю (см.: «Чистилище» XXVIII, 127—128).

1243

Надфебово царство — такого названия Рая у Данте нет. По первым стихам видно, что Джованни дель Вирджилио знаком не только с «Адом» и «Чистилищем», но и со значительной частью «Рая»; см. эклогу II, где Данте говорит иносказательно, что ему осталось дописать десять песней «Рая» («Десять крынок... надоить...»

1244

...Бледным... — Т. е. ученым. Такое именование ученых восходит к Ювеналу (VII, 96—97): «...в те времена [при Меценате] по таланту была и награда; для многих / Выгодно было бледнеть...»

1245

...Расшевелит кривого дельфина / Дав... — Имеется в виду стих 194 комедии Теренция «Андрианка», где раб Дав говорит, что он не мастер разгадывать загадки: «Только Дав я, не Эдип»; кривого дельфина — т. е. дельфина, который, по греческой легенде, спас Ариона, очарованный его пением.

1246

...Флакка со свету сжил бы. — Флакк — Квинт Гораций Флакк. См. его «Сатиры» 1, 9, 29—34.

1247

...Светским стихом! (Carmine... laico) — Т. е. итальянским, а не латинским, или «грамматическим», как называется латинский язык в сочинении Данте «О народном красноречии». Презрение к не посвященным в тайны поэзии свойственно не только Горацию и другим латинским поэтам, но также авторам XII—XIII вв. Готье де Шатильон называет профанов «скотскими душами» и говорит о «стаде лаиков» (мирян, светских людей — в значении «не посвященные в тайны поэзии») или о «простаках, которых можно назвать овцами».

1248

...Пусть это общий язык... — Ср. «О народном красноречии» (I, 10): «Поэтому, если бы мы захотели подсчитать основные, второстепенные и третьестепенные различия между наречиями Италии, то и в этом крошечном закоулке мира пришлось бы дойти не то что до тысячи, но и до еще большего множества различий».

1249

...Шестой... — Это сам Данте. См. «Ад» (IV, 101—102): «Когда я приобщен был к их собору / И стал шестым средь столького ума». Пять древних поэтов — это Гомер, Вергилий, Гораций, Овидий и Лукан.

1250

...Да и твой вождь в небесах... — Стаций, известный латинский поэт I в. н. э., автор «Фиваиды», один из любимых поэтов Данте. Стаций стал водителем Данте в чистилище, когда Вергилий его покинул (см.: «Чистилище» XXI—XXIII).

1251

...Поэтов судья беспристрастный... — Очевидно, имеется в виду трактат Данте «О народном красноречии».

1252

И тем и другим одаренный. — В оригинале: «sorti communis utrique». Это выражение толкуется комментаторами по-разному. Вероятнее всего, что Джованни дель Вирджилио говорит о способности Данте писать и по-латыни, и по-итальянски.

1253

...К звездам каким полетел Юпитеров оруженосец... — В античной мифологии Зевса-Юпитера сопровождал орел, несущий молнии, — его оруженосец. В переносном значении в Средние века орел Юпитера мог означать императора, а данном контексте — императора Генриха VII. Джованни дель Вирджилио не знал в это