Хроника - Салимбене де Адам

От тебя же мы имеем

Только резь и только муки».

И нога: «К чему трудиться

И усталостью томиться?

Побреду ли, побегу ли —

Надо мною /f. 394d/ та же тяжесть,

И чем больше пухнет пузо,

Тем на ноги больше груза».

«Таково-то наше решение:

Отвергаем наше служение,

Отдыхаем от работы!

Прочь, труды недолжные, праздные,

Грянь конец бесплодной смоковнице:

Да погибнет горькой смертью!»

Так-то по сговору

Свергнувши должное

Всяк свое дело,

Пищей гнушаются,

Силы лишаются

Все части тела:

Глохнут уши чуткие,

Очи – как в тумане,

Слабнут пальцы цепкие,

Волочатся ноги,

Язык бессилен вымолвить

Даже простую жалобу

На общую невзгоду.

И всем приходит в голову

К Уму идти с поклонами

И спрашивать совета.

Тогда-то Ум всезнающий

Им открывает истину,

Бранит и глаз, корит и слух,

И вразумляет страждущих,

Сколь глупо их надмение,

Сколь безрассуден заговор.

«Что, – молвит, – вы наделали,

Отвергнув власть, которую

Желудок блюл на благо вам,

На пользу вашу общую,

Чтоб крепли силы каждого?

Желудок всеприемлющий

Не на себя работает:

Его забота нужная —

Поправка тела целого,

Неповредимость каждого.

Вернитесь же к служению

Для вашего служителя,

Всем честно воздающего.

А если обездолите

Желудок пищей должною,

То сами ослабеете.

Против себя бунтуете!

Себе чините бедствие

На пагубу великую!»

И все вернулись к должному,

Ищут необходимого,

Питают тело, крепнут вновь:

Очам вернулось зрение,

И членам воротилося

Их прежнее здоровие.

Сие иносказание

Гласит, как Церковь Божия

Жива единым Господом:

Ее многоразличные

Деяния поистине

Необходимы каждому.

Она и глаз, она и слух,

Она – язык, рука, нога,

Она – носитель бремени,

Служащего для всякого, —

Желудка есть подобие.

Сильна такою благостью,

Что служит всем, как верный раб,

Блюдя единство целого, /f. 395a /

Коль члены ей несут свой долг.

Так государство рушится,

Когда казны лишается,

И так без службы каждого

Единства нет вселенского.

О короле Конраде, сыне бывшего императора Фридриха

Теперь перейдем к Конраду, сыну бывшего императора Фридриха. В лето Господне 1250[2096] король Конрад, сын Фридриха, чьей матерью была дочь короля Иоанна[2097], прибыл через море в Апулию, чтобы принять после смерти отца королевство Сицилии. И, захватив Неаполь, он до основания разрушил стены этого города. Но когда на следующий год его правления в Апулии он начал слабеть здоровьем, то с помощью клистира, который ему ставили по предписанию врачей для исцеления, ему был введен яд, который навлек на него смерть. И когда его перевозили в Палермо для погребения, ибо там находится усыпальница королей, и прибыли в город Мессину, то граждане Мессины рассеяли его кости в море[2098] в знак ненависти и для отмщения его отцу, который некогда уничтожил и убил огромное количество старейшин и лучших граждан этого города. Да и сам Конрад оскорблял их, и поэтому они в конце концов отомстили ему.

О короле Дании, который был утоплен своим братом в море

В том же году в Дании Генрих, знаменитый король датчан[2099], был утоплен в море своим младшим братом Абелем, который хотел править вместо него. Но мало чести и выгод добился он этим. Ведь на следующий год своего правления, когда он хотел подчинить себе фризов[2100], он был ими убит.

О том, как собрались во Франции толпы пастухов, желая переправиться через море, чтобы отомстить за короля Франции

В лето Господне 1251 собрались во Франции несметные полчища пастухов, и говорили они, что надо им переправиться через море, дабы истребить сарацин и отомстить за короля Франции[2101]. И множество людей из разных городов Франции следовало за ними, и никто не осмеливался им противиться, но давали им съестные припасы и все, чего они желали. Поэтому пастухи и бросали свои стада и приходили к ним. /f. 395b/ Ибо говорил их предводитель, что было ему откровение от Бога: море должно расступиться, а сам он должен вести эти полчища, чтобы отомстить за короля Франции. И, слыша это, я говорил: «Горе пастырям, которые оставляют паству свою[2102]! Где король Франции с вооруженным воинством французским не преуспел, эти ли преуспеют?» Поверило им простонародье Франции, и ужасающе восставало оно против монахов, и особенно против братьев-проповедников и миноритов за то, что те когда-то проповедовали крестовый поход и возлагали крест[2103] на людей, переправлявшихся через море с королем, которого одолели сарацины. Поэтому остававшиеся во Франции до того злобствовали в это время против Христа, что дерзали поносить имя Христово, благословенное превыше всех имен. Ибо, если в те дни братья-минориты и проповедники просили у французов милостыню ради Христа, те скрежетали на них зубами[2104] и при виде их подзывали какого-нибудь другого нищего, давали ему деньги и говорили: «Прими ради Магомета, который могущественнее Христа». Так исполнялось на них то, что сказал Господь, Лк. 8, 13: «Временем веруют, а во время искушения отпадают». Одним словом, горе горькое! В то время как король Франции не злобствовал, а терпел, они неистовствовали ужасно. И эти полчища пастухов даже разрушили в одном городе[2105] обитель братьев-проповедников, так что камня на камне[2106] не осталось. И только потому, что те осмелились сказать что-то против них. Но исполнилось на них то, что сказал в Деяниях Апостолов мудрец Гамалиил, учитель Павла: «Если это предприятие и это дело – от человеков, то оно» стоять не сможет, но рассыплется (Деян 5, 38). Истинно он сказал, ибо в том же году дошли они до ничтожества, и /f. 395c / все это сборище было уничтожено до основания.

В том же году, в мае месяце, был захвачен изгнанниками замок Кастелларано. А находится Кастелларано на реке Секкья в епископстве Реджо-Эмилия. Также в том же году господин Уберто Висконте Паллавичини пришел в Пьяченцу и добился заключения соглашения с населением Пьяченцы и Кремоны. И в мае