Significant Digits - Значащие цифры - Alexander D

– Мы ударим, – сказал он. – Массированно. Враг собрался в кучу и не боится. А стоило бы.

– Мы умрем, – ответил Рэдж Хиг. Это было не возражение, а констатация факта.

– Возможно. Но мы уже мертвы. А так у нас будет шанс…

Нет, не так. Это… слабость. Отчаяние и глупость… Последние шансы никого никогда не убеждали. Будь ты проклят, Драко, сосредоточься на их слабости, а не на нашей. Где ты? Ты – нож. Так режь.

– Послушайте меня, все вы, – сказал Драко, наполнив свой голос сталью. – Я не буду притворяться, что верю во всё, что верит Тауэр. Я не буду рассказывать вам красивые истории о том, каким может быть мир. Но я скажу, что мы должны действовать прямо сейчас, чтобы защитить мир, каким мы его знаем. Я скажу, что магия существует, она бесценна, и мы должны её защитить.

– Я не из тех, кого называют хорошим человеком, – продолжил Драко, и теперь сталь появилась сама собой. Он выпрямился ещё сильнее, и услышал в своём голосе голос отца. – Я из тех, кто добивается результатов. Вопреки всему. Я выступил против всей страны, против всего мира, и добился результатов. Потому что есть кое-что важнее, чем вы и я, и даже чем эта чёртова школа. Важнее, чем наша кровь и наша эпоха. В каждой палочке и в каждой душе в нашем мире есть магия, и они уничтожат её, если мы позволим.

Он поднял палочку вверх, и она засияла огнём, который, как он знал, горел в его собственных глазах.

– Когда я говорю, что время пришло, и спрашиваю, пойдете ли вы за мной, знайте – это наша единственная надежда, и будьте уверены – мы победим. Ибо есть вещи более важные, чем добро, более важные, чем эта битва, и это – мы!

Ну и чушь, думал лорд Малфой, произнося эту сладкую ложь.

В ответ вверх взметнулась сотня палочек.

Вдруг откуда-то сверху послышался новый звук. Крик, состоящий из множества отдельных птичьих голосов.

≡≡≡Ω≡≡≡

– Кто вы? – спросил Гарри, опуская пузырефон. Он оставил его открытым, Луна слушала на другом конце.

– Мерлин, – просто ответил мужчина. Он смотрел на Гарри, держа руки свободно.

Несмотря ни на что, это имя заставило Гарри вздрогнуть. Он знал, что это вполне могла быть ложь – на месте этого человека он именно так бы и сказал, – но это могла быть и правда. Если руководствоваться законом экономии, это был самый вероятный вариант: Мерлин, который тайно корректирует историю, чтобы предотвратить предсказанную им катастрофу… Что ж, это не нарушает правил путешествия во времени и не требует введения дополнительных сущностей.

Конечно, Гарри рассматривал и другие возможности. Это мог быть Альбус Дамблдор, которого ловушка вне времени отправила в какую-то древнюю эпоху до создания Зеркала. Или Гаррик Олливандер, род которого до подозрительного неизменно присутствовал в истории Британии почти с самого начала. Или сам Гарри из будущего, в котором они овладели всеми знаниями, действующий, чтобы обеспечить реализацию этого будущего. Или какой-то случайный безымянный человек, полностью скрытый от глаз на протяжении всех времен и не попавший ни в одну легенду.

Но в конечном счёте, кто может подойти лучше, чем человек, который, как всем известно, изначально пытался ограничить магию и спасти тем самым мир?

– Вы здесь, чтобы уничтожить меня и спасти будущее мира, – сказал Гарри. Он старался говорить строго официально. – И за это, сэр, я вас уважаю. Возможно даже, что… – его голос дрогнул, когда он вспомнил окровавленное тело Джэй Си Крейм, смерть Гермионы и Гранвиля, вспомнил о сотнях тысяч погибших сегодня… Но он нашёл в себе силы продолжить. – Возможно даже, вы поступили правильно.

Мерлин торжественно кивнул, улыбка исчезла с его лица.

– Значит, ты понимаешь.

– Понимаю, – сказал Гарри. На мгновение он ощутил всю абсурдность происходящего. Это был момент, который определял, будет ли их мир миром магии и прогресса, миром, где смерть может быть побеждена и Дамблдор может быть возвращён, или… или другим миром. Более мрачной веткой реальности. И всё зависело от этого простого, неуклюжего разговора.

Мерлин поднял руку.

– Но, – продолжил Гарри, – ваша карта неверна.

Мерлин не опустил руку, а лишь слегка наклонил голову. Приглашение.

– Вы наверняка знаете об Альбусе Дамблдоре, возможно, вы даже были с ним знакомы, – сказал Гарри. – Иногда я задаюсь вопросом, был ли он самым мудрым человеком из всех, кого я знал, или просто самым храбрым. Он досконально изучил Зал пророчеств и использовал свои знания о будущем, чтобы определять его форму. Думаю, он не верил, что пророчества можно по-настоящему предотвратить, и, возможно, он был прав. В ретроспективе это кажется очевидным, но люди вроде Тома Риддла годами пытаются избежать того или иного пророчества, и всегда терпят неудачу. – Гарри пожал плечами. – Я никогда не слышал о пророчестве, которое было бы просто неверным. И если я правильно понимаю, вы с ним согласны. – Гарри сделал паузу, но не дождавшись ответа продолжил: – Значит, вам известно, что я, Гарри Поттер-Эванс-Веррес, разорву звезды на части.

Мерлин медленно кивнул. Его глаза были веселыми и любопытными, но в них была какая-то фундаментальная пустота. Гарри не мог понять, что это было – утомление от столь долгой жизни, готовность игнорировать любые доводы или что-то за пределами его понимания, – но времени беспокоиться об этом не было. Он чувствовал, как мысли в его голове начинают проноситься со скоростью света.

Жил-был одинокий маленький мальчик, который попал в странную школу. Он проповедовал новые идеи и по-новому смотрел на вещи – был остриём копья, летящего из одной цивилизации в другую, сила накопленных тысячелетиями знаний концентрировалась в нём в точку, твёрдую из-за травмы как алмаз. Однако в конечном итоге всё это не имело ни малейшего значения. Так мало его способностей было использовано. Следовать убеждениям было сложно, и даже новаторы порой используют простые решения.

Лишь в конце мальчик осознал истинный смысл своих убеждений и достиг просветления. Рациональность побеждала.

Разум Гарри пылал лесным пожаром. Он поднял сжатую в кулак руку.

– Во-первых, – он разогнул большой палец, – Лишь два человека за всё время смогли подчинить себе мир ведьм и волшебников. Оба, полагаю, сделали это ради благой цели. Но учтите, что при всех ваших силе и опыту я сделал то же самое… причём без применения силы, а наоборот, даруя силу и жизнь, и сделал это всего за семь лет. В этом отношении я вам ровня, и если