Совиный сказ - Анна Владимировна Завадская

А потом сделал пару шагов вперёд и дотронулся до железных прутьев.

— Во-первых, для того, чтобы пленить чужой дух — нужно не окружить его декорациями, а обездвижить. Связать. Сковать. Понимаешь? Сам дух.

И прутья медленно растаяли, словно их никогда и не было в этой темнице.

— Можно, конечно, и другим способом ограничить. Заключить в лёд, опутать лианами, заставить окаменеть. Или усыпить, на худой конец. Главное, чтобы сам дух не мог больше действовать. А иначе — будет как сейчас.

Сделав ещё пару шагов вперёд, уже по коридору, Тихон развернулся и с улыбкой развёл руки в стороны. Бывший чернявый приказчик, превратившийся в клона Тихона, сделал пару шагов назад, опешив от напора отрока. А Тихон же принялся медленно изменять окружающие декорации.

— Во-вторых, принимать образ тела для того, чтобы начать контролировать его совсем не обязательно. Обязательно — визуализировать связь духа с душой, с энергетическим каркасом тела. Ты вообще в курсе, что каждый сотворенный — это объединение тела, души и духа? Ну и как ты собирался отсечь мой дух от каркаса без визуализации? На что ты рассчитывал? И как собирался управлять своим прежним телом? Выбросишь его, как износившуюся одежду?

Стены подземелья разошлись в стороны, образовав огромный квадратный зал со множеством магических светильников на стенах. И оба Тихона оказались в самом центре этой импровизированной арены. Песок на полу, каменный свод высоко над головой.

— Хотя, на десятилетнего пацана, да ещё и недавно сменившего свой статус, этого могло и хватить, — задумчиво сказал Тихон. — Лишить воли, медленно перехватить контроль над душой, начать отыгрывать его роль в реале. А прежнее тело просто умрёт, оставшись без духа. Типичный сценарий поведения духа-паразита, меняющего тела, как перчатки.

Лже-Тихон отскочил от настоящего ещё дальше, лихорадочно осматриваясь, пытаясь найти выход из зала. Которого не было. Как не было больше в этом зале ни запахов, ни звуков. Были лишь двое одинаково выглядящих отроков, в руках одного из которых оказался меч и кинжал.

— Что, сбежать думал? Чтобы попробовать в другого вселиться? Не выйдет. Я тебя не отпущу, — с нахальной улыбкой сказал вооруженный парень. — Давай, давай, не позорься. Хоть оружие какое-то призови. Мы, конечно, с тобой оба без нормального запаса маны, так что поединок духов будет скучноватым, но я, как бывший боевой маг, просто не могу отпустить тебя без боя.

— Ты… Поплатишься за свою наглость, щенок! — прорычал лже-Тихон и рванул вперёд, вооружившись двумя кинжалами.

* * *

— Ну, как он, доктор? — бросилась к только что вышедшему из комнаты Тихона целителю Василиса Никитишна.

Естественно, она не могла спокойно ожидать вердикта целителя в гостиной, как муж. За то время, которое прошло с момента появления Ивана с бессознательным Тихоном на руках, она уже раз десять успела пожалеть о том, что разрешила отроку отправиться на прогулку по городу после школы. Хорошо ещё, что матушкины наставления и уроки в школе об оказании первой помощи вспомнила, не потеряла время в бесплодных попытках сообразить, что делать надобно.

— Давайте пройдём в гостиную, — сдержанно и тихо ответил ей мужчина с сединой в густой, но аккуратно подстриженной бороде.

— Да, да, прошу, — тут же отступила в сторону женщина, бросив тревожный взгляд на плотно прикрытую дверь.

Вообще, хотелось отругать Ивана и сердобольных купцов за то, что после такого падения не только сдвинули отрока с места, а ещё и в коляске везли через полгорода. По-хорошему, врача надо было бы вызывать прямо к месту происшествия, а самого Тихона и не двигать с места. Ну, максимум — аккуратно и осторожно переместить так, чтобы не захлебнулся жидкостями в случае чего. Опять же, в случае кровотечения или открытого перелома — разговор особый. Там важнее всего остановить кровь. Но везти упавшего с лестницы ребёнка через полгорода в дребезжащей по брусчатке коляске…

— Савелий Петрович, прошу, присаживайтесь, — не скрывая волнения в голосе, сказал Глеб Гориславович, привстав со своего стула. — Что скажете? Как Тихон?

Естественно, Василиса Никитишна сразу отправила Ивана в городскую управу, за Глебом Гориславовичем. И тот, отпросившись с работы, немедленно вернулся домой. Ну а кто бы не отпустил своего подчинённого со службы в такой ситуации? Если только нелюдь, Рода и Творца не боящийся. Не дай Род, сам с такой ситуацией столкнешься. Разве не бросишься спасать своё чадо? Даже и не родное? Разве сможешь нормально работать, зная, что твой ребёнок находится между жизнью и смертью? И кто тебя человеком назовёт, если сможешь?

— Лучше, чем могло быть, — задумчиво сказал целитель, пригладив бороду. — Несколько ушибов, переломов нет, шейный и поясничный отделы тоже в порядке. То есть серьёзных травм отрок избежал. Сами понимаете, я не князь, мне доступна лишь визуальная диагностика, но по всем признакам, внутренних травм у него тоже нет.

Глеб с облегчением выдохнул. Конечно, самыми опасными были именно внутренние травмы, но их внешние проявления были хорошо исследованы докторами-целителями, так что выводам Савелия Петровича можно было доверять.

— Он пришёл в сознание? — с тревогой спросила Василиса Никитишна.

— Пока нет, — слегка неуверенно сказал Савелий Петрович. — Ну, это и неудивительно. Гематома на голове средних размеров, так что сотрясение мозга тоже вероятно. Пока могу сказать, что ему очень повезло.

Глеб смог лишь кивнуть. Хотя, если честно, в везение он не верил. А вот в силу обережной рубахи княгини — верил. Естественно, обычный беленый лён и шёлковые нити цвета индиго не смогут создать полноценный «Покров берегини», способный пулю остановить и клинок задержать, но уменьшить урон от падения такая рубаха может. Немного. Иначе бы гематомой и ушибами Тихон не отделался. Вот только знать о подобном преимуществе Тихона посторонним было не нужно.

Нет, понятно, что доктор увидит рубаху Тихона. Но сможет ли почуять силу дара, пропитавшую ткань? Вряд ли.

— Понятно. Савелий Петрович, благодарю вас от всей души, — сказал Глеб Гориславович, протягивая целителю серебряный рубль.

Доктора — целители без родового дара, которые отвечали за излечение обычных болезней и лёгких травм, вроде переломов и ушибов. Они снимали с князей-целителей львиную долю нагрузки, позволяя тем не тратить силу Рода на избавление людей от обычной чахотки. Конечно, в обмен на звонкую монету. Это же не бабки-повитухи и деревенские знахари, которые могут принять в качестве оплаты за свои труды заготовку дров или починку прохудившийся крыши.

— Ну что вы, это моя обязанность, — пряча монету в кошель на поясе, с улыбкой сказал доктор. — Да, хотел предупредить, что отрок может проспать и до