Власть и война. Принципы управления государством - Арман Жан дю Плесси, герцог де Ришелье

Поскольку наши отцы прекрасно обходились беррийским сукном, то и мы можем сейчас удовольствоваться тем сукном, которое в настоящее время изготовляется во Франции, не прибегая к иностранному, употребление коего тем самым будет сведено на нет, подобно тому как гладкие саржи из Шалона и Шартра вытеснили из обихода употребление миланской.

В самом деле, наше сукно пользуется таким спросом в Леванте, что после венецианского, сделанного из испанской шерсти, турки предпочитают его всем прочим, и города Марсель и Лион до сего дня неизменно торговали им в весьма больших количествах.

Франция достаточно искусна, чтобы обойтись, если пожелает, без лучших изделий с мануфактур своих соседей. В Туре делают такие прекрасные панбархаты, что их поставляют в Италию, Испанию и другие зарубежные страны.

Гладкие тафты, которые там же производят, так хорошо расходятся по всей Франции, что нет необходимости искать их где-либо еще. Бархаты красные, фиолетовые и коричневые сейчас делают в Туре лучше, чем в Генуе. Тур – это еще и почти единственный город, где изготовляют шелковые саржи. Тамошний муар так же красив, как английский, а лучшая золотая парча оттуда превосходит по красоте итальянскую, но дешевле нее.

Таким образом, нам будет очень легко отказаться от ввоза этих товаров, каковой только поощряет нашу леность и питает нашу страсть к роскоши, и серьезно заняться торговлей ими, что может приумножить наше изобилие и дать работу нашим морякам, с тем чтобы соседи не пользовались нашими же работниками себе на пользу, а нам в ущерб.

Помимо названных выше товаров, которые лучшие на Океане, можно торговать и многими другими.

Поставляемая из Канады пушнина весьма выгодна для торговли, поскольку за нее не надо расплачиваться деньгами, а можно произвести взаимообмен теми предметами, изготовление коих зависит лишь от искусства ремесленников, как-то: футлярами для ножниц, ножами большими и перочинными, иглами, булавками, серпами, топорами, часами, шляпными шнурами, шнуровальными иглами и всякими другими галантерейными изделиями.

Торговля на Гвинейском побережье в Африке, где португальцы долго владели крепостью под названием Каштелу-де-Мина, которую голландцы из Вест-Индской компании отняли у них два-три года назад, того же рода, поскольку туда направляют только скобяные изделия, холсты и дрянные ткани, а оттуда привозят золотой песок, на который негры выменивают товары.

Руанские купцы раньше торговали полотном и сукном в Королевстве Феса и Марокко, благодаря чему приобреталось много золота.

Если бы подданные Короля были как следует обеспечены кораблями, они могли бы вести торговлю по всему Северу, где фламандцы и голландцы заняли прочные позиции, ибо поскольку все северные страны сильно нуждаются в вине, уксусе, водке, каштанах, черносливе и орехах – словом, во всех продуктах, которые в изобилии имеются во французском королевстве и не могут быть потреблены на месте, – то не составляет труда с большой выгодой продавать их, тем более что можно привозить оттуда древесину, медь, смолу, деготь, то есть вещи не только нужные нам для собственного употребления, но и необходимые нашим соседям, которые не могут их получить без наших товаров, если не захотят попусту водить туда свои корабли.

Не вхожу в подробности торговли, которую можно вести в Ост-Индии и Персии, потому что нрав французов настолько порывист, что они хотят достичь желаемых целей сразу же после того, как их поставили, и поэтому плохо переносят длительные путешествия, мало свойственные их натуре.

Однако же поскольку из Персии поступает большое количество шелка и ковров, из Китая – множество диковинных вещей, а из различных важных для нас мест той части света – разнообразные пряности, то торговлю с этими странами не следует упускать из виду.

Чтобы положить ей хорошее начало, надобно отрядить на Восток два-три судна под началом людей, занимающих высокое положение, осторожных и мудрых, снабдив их необходимыми грамотами и полномочиями для ведения переговоров со всеми правителями и заключения союзов со всеми народами во всех краях, как это сделали португальцы, англичане и фламандцы.

Подобный план наверняка удастся, поскольку тех, кто обосновался в этих странах, там теперь сильнейшим образом ненавидят из-за того, что они или обманули местное население, или насильно поработили его.

О том, что последней составляющей могущества должно быть для государей владычество над сердцами своих подданных

После того как финансы будут приведены в порядок в соответствии с изложенными выше предложениями, народ получит всемерное облегчение, а король увеличит свое могущество, взяв власть над сердцами подданных, которые, приняв во внимание его попечение об их благосостоянии, будут склонны любить его из собственных интересов.

Короли древности столь ценили любовь к ним подданных, что некоторые из них полагали исходя из этого, что лучше быть королем французов, нежели королем Франции. И действительно, некогда считалось, что наша нация проявляет такую сильную самоотверженность по отношению к своим государям, что находятся авторы, которые превозносят ее постоянную готовность проливать кровь и отдавать имущество для службы государству и во имя его славы.

При королях первой, второй и третьей династий, до Филиппа Красивого, сердца, как сокровища, были единственным общественным достоянием, сохранявшимся в королевстве.

Я прекрасно знаю, что прошлое не сравнимо и не сопоставимо с настоящим и что было хорошо в одном веке, не часто уместно в другом.

И хотя сокровищ, заключенных в сердцах, ныне, разумеется, недостаточно, однако так же очевидно, что и накопленное золото и серебро почти бесполезно без первых – те и другие необходимы, и тот, у кого есть только одно, будет испытывать нужду, даже живя в достатке.

Раздел IV

О войне

О том, что война иногда бывает необходима

По мнению самых здравомыслящих людей, иногда война – это неизбежное зло, а в других случаях – и совершенно необходимое, причем такое, которое может принести добро.

Время от времени государства испытывают в ней нужду, чтобы очистить себя от опасных внутренних брожений; отвоевать нечто им принадлежавшее; отомстить за нанесенное оскорбление, которое, оставшись безнаказанным, может повлечь за собой новое; защитить от притеснения своих союзников; остановить продвижение завоевателя и сбить с него спесь; предотвратить явные угрозы, от коих нельзя избавиться иным образом; либо, наконец, по разным другим причинам.

Я заявляю, и это истинная правда, что война несправедливая не может быть удачной, ибо если она несправедлива, то, даже если в мире признают ее