Из истории русской иерархии XVI века - архимандрит Макарий (Веретенников)

место своего пострижения – в Пафнутиево-Боровский монастырь, о чем написал царю. «И писмо то ко государю посла старцем Афонасием з духовником»[395]. Перед своей кончиной Митрополит послал «по духовника государева», который, придя, уже не застал в живых Святителя. «Старец Афонасий прииде после преставления и пойде о том сказывати боговенчанному царю… И повеле (царь. – Архим. М.) старцу Афонасию и козначею Корнилию погребалная готовити, яко же подобаше и прочим святителем»[396].

Избранию иеромонаха Афанасия в Митрополиты предшествовал Московский Собор 1564 года. В Соборной грамоте отмечается вдовство Русской Митрополии: «И понеже убо случися в наши лета сице, во еже Первопрестолнику святейшиа Митрополии Русскиа отцу нашему и богомолцу Макарию Митрополиту всея Русии общедателный долг всех общему Владыце Царю Христу отдавше и от земля ненакончаемый он век прешедше…». На этом Соборе Всероссийскому Митрополиту было усвоено право носить белый клобук и скреплять грамоты печатями красного воска[397]. Собор, созванный во время вдовства митрополичьего престола, как думается, дает основание для некоторых соображений. Но прежде необходимо коснуться предшествовавших церковно-исторических событий. При Митрополите Макарии Русское государство в лице своего государя возросло в ранге: Великий князь был венчан в 1547 году царским венцом. В предшествующее время коронование, имевшее место только в Риме и в Царьграде, совершали, соответственно, Римский Папа и Константинопольский Патриарх. Таким образом, на Руси наблюдается в это время некоторая дисгармония «души и тела», как понималось соотношение духовной и светской власти. Постановке вопроса о Патриаршестве на Руси могла способствовать и так называемая идея «Москва – Третий Рим». Все это позволяет нам думать, что Собор, предшествовавший выбору преемника почившему святителю Макарию, был созван в связи со стремлением возвысить Предстоятеля Русской Церкви. Решения Собора 1564 года о белом клобуке можно рассматривать как отголосок устремлений на Руси к Патриаршеству.

Собор, согласно летописи, заседал 9 февраля, а позднее, 24 февраля, «царь и Великий князь Иван Васильевичь всеа Русин и сын его царевичь Иван с своими богомолцы с архиепископы и епископы и со всем освященным Собором избрал в дом Пречистые Богородицы и к великим чюдотворцем к Петру и Ионе в Митрополиты от Архистратига Михайлова Чюда старца Афонасиа, прежебывшего Благовещенскаго протопопа и духовника царя и Великаго князя, и возведоша его на митрополичь двор. А марта в 5 день, в третье воскресенье Великаго поста, повелением благочестиваго царя… поставлен бысть на Митрополию старець Афонасий, прежебывший протопоп Благовещеньский, русскими архиепископы и епископы… всем освященным Собором. А Казаньскаго архиепископа Гуриа в то время в животе не стало; а Акакий епископ Тферский и Кашиньский в велицей болезни у себя, а прислал о том грамоту, что он с архиепископы и епископы и со всем освященным собором на митрополиче поставление единомышлен»[398]. В свете решений предшествовавшего Собора Чин поставления Митрополита уже имел важное дополнение. «По совершении же Божественный литоргии и по снятии с Митрополита служебный одежды положили на него архиепископы и епископы икону золоту воротную и монатию со источники и клобук белой…» Историк митрополит Макарий (Булгаков) предполагает, что на избрание протопопа Андрея в Митрополиты повлияло его духовничество в прошлом и избиравшие «могли надеяться, что новый Первосвятитель более других в состоянии будет действовать на Иоанна и пользоваться его расположением»[399].

1 марта 1564 года, за несколько дней до интронизации Митрополита Афанасия, когда он уже был нареченным, диакон Иоанн Федоров и Петр Мстиславец напечатали Богослужебный Апостол. М. Тихомиров говорит: «Первопечатный “Апостол” был подарком новому Митрополиту»[400]. Как указывает А. С. Зернова, при Митрополите Афанасии в сентябре-октябре 1565 года выходят два издания Часослова[401]. В послесловии отмечается, что их печатание было благословлено Митрополитом Макарием, но осуществлялось уже при его преемнике: «По благословению Преосвященнаго Макария Митрополита всея Русии… во второй год святительства Афанасия Митрополита всея Русии…»[402].

Став Митрополитом, бывший царский духовник продолжает свое попечение о государевой семье. В конце апреля им была пострижена в Новодевичьем монастыре «Великаго князя брата княже Юриева Васильевича княгини Улиана… а наречена бысть во иноцех Александра»[403]. Новый Митрополит по обычаю обращался к царю о помиловании тех, на кого пала государева немилость. Однако, как отмечает П. Янковский, Митрополит Афанасий «был несчастливее святителя Макария», то есть его печалование было менее успешным, чем у его предшественника[404]. Нечто аналогичное можно сказать и в отношении дипломатической деятельности, в которой принимал активное участие святитель Макарий[405]. Но это было исключительное явление в русской практике, и после его кончины «восстанавливается старый статус неучастия Митрополитов в дипломатических переговорах»[406]. Поэтому когда в 1565 году в Москву прибыл литовский гонец и выразил желание увидеть Митрополита Афанасия, то ему сказали, что тот «строит вещи церковные, а в те ни в которые ся дела не вступает»[407].

За время своего Первосвятительства Митрополит Афанасий освящал храмы, о чем повествует нам летопись[408]. Более подробное описание освящения Митрополитом соборного храма в Никитском монастыре в 1564 году имеется в Житии преподобного Никиты Переяславского. Вместе с царской свитой Митрополит Афанасий прибыл в Переславль – место своих священнических трудов. Здесь в Никитском монастыре «освящена бысть церковь Христова мученика Никиты новосвятейшим архиепископом Афанасием Митрополитом всеа Русии, месяца майя в 14 день, на память святаго мученика Исидора и другаго Сидора, Христа ради уродиваго, Ростовскаго чюдотворца. И быша же на освящении тоя церкви со святейшим Афонасием Митрополитом: Никандр, архиепископ Ростовский… мнози игумени и священницы, соборне служиша со архиепископом святейшим Афанасием Митрополитом всеа Русии, по всем престолом тоя обители, хвалу воздающе Богови и угодником его, великому Христову мученику Никите и преподобному мученику Никите Переаславскому чюдотворцу»[409]. Далее в Житии говорится, что Митрополит Афанасий служил затем в Троицком монастыре, основанном его духовным отцом – преподобным Даниилом Переяславским. Возвращаясь в Москву, он посетил Троицкий монастырь преподобного Сергия Радонежского.

Данная повесть в Житии преподобного Никиты Переяславского, как отметил В. О. Ключевский, была написана Никитским игуменом Вассианом[410]. Автор наряду с прославленными Московскими святителями называет и «новейшаго Макария Митрополита». Из Переславля царь направился под Можайск, что было вызвано активизацией военных действий. Вернулся он из похода «в преименитый град свой зовомую Москву на свой царьский стол и вниде во храм Пречистые Богородицы честнаго Ея Успения и благословение восприим от отца своего святейшаго Афонасия Митрополита всеа Русин, и у образов честных прикладашеся, и у великих чюдотворцов Петра, Алексия, Ионы и у новопреставльшагося архиепископа Макария Митрополита и у честных их гробов