Кодекс Охотника. Книга ХХ - Юрий Винокуров

То ли мои мысли или слова донеслись до него, но он бросился на меня, пытаясь задушить голыми руками. Мог бы я его убить? Мог бы. В принципе, я понял, что он из себя представляет. Душа его каким-то образом пропиталась Хаосом. Где он его нашёл, хрен его знает, но тот ему давал силу и абсолютную защиту. Магия его не брала, оружие тоже было практически бесполезно.

Я бы мог убить его другим способом. Но если бы так сделал, то мой бюджет ещё слегка уменьшился. Поэтому я просто максимально напитал тело и вступил с ним в боксёрский поединок.

— Да! — заорал он с восхищением. — Эта битва будет легендарной.

— Хер там! — высказался сам себе, не собираясь с ним сражаться. Несмотря на свою массу, он был очень быстр, а его попадания просаживали мой доспех конкретно. Глупо биться с идиотом на его территории, поэтому я поступил мудрее, делая вид, что начал отступать. Да, я начал, собственно, отступать.

Когда в очередной раз он ринулся на меня… а этот идиот всё время пытался схватить меня в захват — подозреваю, что именно так он убивал всех остальных — хватал и выжимал из них все силы и саму жизнь. Что ж, дальше получилось легко и красиво, о чём тут говорить. Мой пинок был действительно легендарным! Туша залетела в свободную камеру, а я просто закрыл за ним дверь.

— Пять лет, говоришь, понадобилось? Ну, вот тебе ещё пять лет. Только на этот раз за тобой будут присматривать.

— Выпусти меня, трус… и дерись! Выпусти!

— Ага, сейчас! — сказал я. — Разбежался.

Я пошёл, включил тревогу и проследовал к лифту.

Восьмой уровень встретил меня мощными закрытыми дверями и двумя Разломами внутри камер. Но твари двери пробить не смогли. Голубой и Черный Разломы. Судя по тому, что я видел, внутри камер бесновались сильные твари, которых обязательно нужно вычистить. Но это потом… Опасности они не представляют, наружу не вырвутся. Пока же — еще несколько капель крови, и снова «аварийный» режим позволил мне спуститься на этаж ниже.

Вот он, девятый уровень, который мне нужен. Снова открытие двери, и снова я готов ко всему. Но ни жирдяев, ни кидающих в меня молниями летучих мышей, ни мерзких гусениц не было.

Пустой коридор с закрытыми дверьми. Скорее всего, то же самое, что произошло с четвертым. Угроза появилась выше этажом, и система просто сделала «буфер». Что ж, я пошёл вперёд, заметив, что если на верхних этажах антимагические свойства поддерживались только в камерах, то здесь это уже давило и в самом коридоре. Что ж там будет внизу на минус двенадцатом уровне?

Судя по всему, там вообще никакие способности применить не получится. Но с этим будем разбираться дальше. Потом я нашёл нужную камеру. Первым делом, открыл окошко и осторожно заглянул сквозь решётку. Внутри царила чистота и порядок. Да, по тому, что показывал Шнырька на верхних этажах, в сохранившихся камерах, судя по всему, у пленников были некоторые привилегии. Если у кого-то был настоящий тренажёрный зал, то у этого пожилого человека, что сидел на кровати в позе медитации, вся стена была забита рукописными книгами. На столе лежала чистая бумага и набор для письма.

Я хмыкнул, поняв, что тупо забыл доложиться Болконскому, а следовательно — получить данные на этого человека. Затем потянулся к узнику, прощупывая его силу. Конечно, это не осталось без внимания. Человек открыл глаза и широко улыбнулся. Я почувствовал ответное сканирование. Угрозы оно не несло — выглядело это… как услуга за услугу. Опасности он внешне не представлял, поэтому я позволил обменяться, так сказать, любезностями. Передо мной сидел однозначно Маг Вне Категории. Вот только с его Даром я определиться пока не мог.

— Давненько не было видно славных представителей Рода Галактионовых, — улыбнулся старик.

— А вы кто? — я открыл дверь и зашёл внутрь, готовый к бою, но забирать его все равно надо, так чего медлить.

— Я Марк Аврелий. Неужели уважаемый тюремщик не знает своих подопечных? Что случилось с традициями? Почему я вижу перед собой молодого человека, юношу, вместо заслуженного Галактионова, который служит здесь?

— Потому что я последний Галактионов, — зачем-то решил дать заключенному такую информацию.

— Вот как. И что же случилось с Родом Галактионовых?

— Он погиб…

У старика возникло непонимание на лице.

— Как погиб?

— Предательство? — коротко бросил я. — Но вы пока не ответили на мой вопрос. Кто вы такой?

— Я тот, который тоже попал сюда из-за предательства.

— Да-да, я часто это слышал, — улыбнулся я. — А всё-таки?

— Я — Марк Аврелий, последний истинный Император священной Римской Империи!

Твою мать, опять меня подписали на какие-то политические игры!

Глава 8

Я понял всё… Это точно была идея Годарта. Никто другой не смог до такого додуматься. Только мой отец, и точка.

С малых лет он грузил меня великой историей Пруссии, рассказывая, какой великой она когда-то была, и что наш Род сделает такой её вновь. Но помимо его мечтаний и рассказов, там были истории и о других странах. Заслужила свое место Российская Империя, которая несколько раз побеждала Пруссию, отбрасывая ее на долгие годы назад. Местами это было заслужено, а местами не очень, но факт остается фактом. Победителей не судят, как правило.

Рядом с Империей находилось Северное Королевство. Вот там было всё проще. Он отзывался о них, как о крайне безумных людях, которые скрываются за своей показной жестокостью и тупостью. А на самом деле, невероятно умные и смелые. Если северянину поступит приказ, то он выполнил его или умрет. Впрочем, и в Прусской армии такую модель поведения он прививал долгие годы, и у него это получилось.

Наконец, была ещё Священная Римская Империя. Римляне не раз сталкивались с Пруссией. В голосе железного Годарта слышался трепет, когда он рассказывал о прежних битвах. Это была схватка двух равных по уму и военному мастерству противников. Каждая битва записывалась в учебники военного искусства, и позже преподавалась в военных институтах и школах.

Равные среди равных… Но добавлял, что это было очень давно. Теперь это страна, которая потеряла сначала свою территорию, а