О чем говорят и молчат почвы - Анатолий Никифорович Тюрюканов

Изучение зольного состава древесных пород проводилось давно, но особенный импульс этим работам дали исследования профессора Московского университета Н. П. Ремезова, который в 40‑х — 50‑х годах со своими сотрудниками провел монографическое изучение баланса зольных элементов и азота в системе “почва — растение”. Не очень точно он называл это биологическим круговоротом веществ. Работы профессора Н. П. Ремезова и его школы — замечательный вклад университетского почвоведения в познание биогеохимии элементов в почвах и биосфере.

Глава пятая. “Откуда есть пошла русская земля…”

Царь: А ты, мой сын, чем занят? Это что?

Феодор: Чертеж земли московской, наше царство, Из края в край. Вот видишь: тут Москва, Тут Новгород, тут Астрахань. Вот море. Вот пермские дремучие леса, А вот Сибирь.

Царь: А это что такое Узором здесь виется?

Феодор: Это Волга.

Царь: Как хорошо! Вот сладкий плод ученья! Как с облаков ты можешь обозреть Все царство вдруг: границы, грады, реки. Учись, мой сын: наука сокращает Нам опыты быстротекущей жизни.

А. С. Пушкин. “Борис Годунов”

Счастливые мы с вами люди — нет у нас на Русской равнине ни землетрясений, ни цунами, ни горных обвалов — живем в геологическом смысле спокойно. И обязаны этим гранитной платформе, которая давно успокоилась в своих движениях и в разных местах лежит на разных глубинах. В Москве, например, до гранита более полутора километров (1600 метров), а южнее Воронежа, на Дону, у городов Павловск и Богучар, граниты выходят на поверхность. То же самое можно наблюдать и на Украине в Запорожской области (Каменные могилы и днепровские пороги), южнее Киева и, конечно, в Карелии. Между двумя крайними выходами гранитов в Карелии и на Дону, в прогибе гранитного фундамента, расположились большие толщи осадочных пород, как правило, морского происхождения (известняки, глины). Соответственно в Москве толща осадочных пород составляет около полутора километров. Тем самым осадочные породы сровняли неровности гранитного рельефа, образовав великую Восточно–Европейскую равнину.

И гранитная платформа, и видимая нами волнистая равнина от Балтики до Запорожья названы Русскими. На Русской платформе и Русской равнине в течение сотен миллионов лет сменялись разные геологические условия — то плескались холодные соленые моря, сменявшиеся теплыми солеными водами, то наступали континентальные сухопутные условия, и предпоследней страничкой этой интереснейшей геологической летописи был ледниковый период, окончательно сформировавший основные черты современного рельефа Русской равнины. Те черты, которые мы с вами застали и которые, к сожалению, стремимся менять по всяким “проектам” вроде переброски рек.

Хотя среди ученых нет единого мнения о числе оледенений на Русской равнине, определяющую роль в формировании многих ландшафтов сыграло самое большое по площади Днепровское оледенение, включавшее Московскую стадию. Последнее — Валдайское — оледенение в основном сформировало ландшафты севера России, образовав преимущественно различные формы холмисто–моренных ландшафтов.

Так вот. Днепровское оледенение, дойдя до северных оконечностей Среднерусской возвышенности, встретило сопротивление твердых известковых пород и обошло эту возвышенность с востока и запада двумя языками — донским и днепровским, — достигнув широты Киева.

Ледник покинул Центральную Россию тридцать–сорок тысячелетий тому назад в южных широтах, а в северных широтах совсем недавно: три–четыре тысячи лет назад.

Послеледниковая история Русской равнины необычайно интересна как со стороны естественной истории, так и со стороны расселения и влияния человека на природу. Каждый из основных ландшафтов Русской равнины достоин отдельной книги.

Для правильного понимания истории Русской равнины и истории ее освоения необходимо знать, как шли процессы формирования Русской равнины, как готовилась основа, как создавались материнские породы наших почв, как возникали современные долины и другие ландшафты, как и почему отлагались глины, пески и суглинки. Наконец, важно знать, как расселялась жизнь на послеледниковой равнине, как менялась гидрология территории и как начиналось современное почвообразование.

Природоведческий подход с ландшафтно–почвенных и биосферных позиций много может дать для трактовки “сухого” археологического материала и для планирования современной деятельности людей. И опять нам нужно вспомнить В. В. Докучаева, впервые применившего историко–природоведческий анализ к расшифровке истории степей, их почв и вод, растений и животных. Сделал он это в ставшей классической монографии “Наши степи прежде и теперь”.

Несмотря на общий спокойный характер Русской платформы, различные тектонические структуры ее не находятся в вечном покое, а медленно смещаются относительно друг друга со скоростями 1—3 миллиметра в год. Имеются участки опусканий, например, в районе Запорожья, скорость движения которых достигает почти 10 миллиметров в год. Но все же важно, что речь идет о классическом платформенном массиве. Роль швов между соседними тектоническими структурами занимают долины рек, заложенные в основном еще в доюрское время (примерно 60 миллионов лет назад).

Значение тектонического фактора в орографии и гидрографии Русской равнины и в особенности в строении ее речных долин капитально разработал львовский профессор К. И. Геренчук.

Наиболее типичными ландшафтами, сформировавшимися на Русской равнине в послеледниковую эпоху, можно считать гряды и равнины, ландшафты песчаных полесий, суглинистых ополий, долин рек. Особо следует выделить останцовые, то есть не покрывавшиеся ледником высокие участки Среднерусской возвышенности. К типичным ландшафтам конечно–моренных гряд и равнин могут быть отнесены ландшафты Смоленско–Московской возвышенности, включающие Клинско–Дмитровскую гряду.

С отступлением ледника с Русской равнины начинается новая биогеоценотическая эпоха в жизни этого региона биосферы, связанная с процессом аридизации суши.

Сделаем попытку в общей форме проследить явление аридизации в послеледниковое время на Русской равнине. Существо такого рассмотрения изложено достаточно подробно в упомянутой работе В. В. Докучаева “Наши степи прежде и теперь”. В этой работе естественноисторический анализ причин засух в наших степях в конце прошлого века дан с наибольшей полнотой и глубиной. Выводы Докучаева относятся не только к конкретному району или области (например, к Полтавщине), а имеют значение для больших регионов и к планете в целом. В работе “Ополья Центральной России и их почвы” полностью подтверждаются выводы замечательного ученого применительно к нашим дням.

Общеизвестно, что Русская равнина неоднократно подвергалась великому материковому оледенению, центр которого располагался в северных широтах. Общий вектор стока был направлен на юг в сторону гигантских предгорных впадин молодой альпийской складчатости. Не вдаваясь в подробности многочисленных гипотез о причинах материковых оледенений, можно лишь предположить, что их окончание связано с выходом им в тыл теплого течения Гольфстрим.

Важнейшая особенность Русской равнины состоит в том, что