Поцелуй со вкусом граната - Лика Вермут

Я сразу же скинула маску и ахнула от того, что увидела. Меня поселили в просторный шикарный номер с огромной кроватью и панорамным окном с видом на поблескивающее море. Я выскочила на широкую террасу, чтобы насладиться видом и цветочным ароматом, плавающим в воздухе острова.

Где же я? Италия, Испания, Португалия, Франция? Где находится вся эта красота?

Запарившись в комбинезоне, я вернулась в номер и осмотрелась еще раз. На кровати лежал большой конверт, который я тут же вскрыла. Внутри оказалась записка, выведенная аккуратным острым почерком: «Прими ванну и выспись. В 15:00 тебя сопроводят на обед. Наслаждайся отдыхом, русалка».

Наслаждайся отдыхом, русалка? Я усмехнулась, глядя на свой чемоданчик у двери. В нем лежат кроссовки, свитшот, джинсы и сменное белье. Для местного климата подойдет, разве что, только белье.

Я отбросила конверт и решила последовать указу в записке — принять ванну. Уборная оказалась еще круче, чем номер. Длинная широкая ванна, просторная душевая кабина, унитаз для самых искушенных попок — и все в белой переливчатой плитке с вкраплениями желтоватого и голубого.

Скинув комбинезон, я набрала ванну и потерялась в ней, наверное, на целый час. Не сравнить с узкой чугунной ванной на съемной квартире! Тут я вспомнила слова Ренаты: «Я из бедной семьи, и это все приятный бонус». И ведь правда: наверное, легко получать удовольствие от таких путешествий, а взамен лишь иногда отдавать свое тело мужчине. Мужчине, который тебе нравится. Смогла бы я стать кем-то вроде Ренаты для Марка?

Спать с ним, когда ему захочется. Сопровождать на мероприятия. Не мешать, когда он не нуждается в моих услугах.

Нет.

Я хотела бы обладать Марком всем без остатка. И завлекать его в свои объятия, когда захочу. И заниматься любовью, потому что мое тело жаждет его, а не из-за роскоши, которую он может дать взамен.

Но для начала нужно разобраться с тем, кто пытается от него избавиться? И с тем, кто похитил Алену. В виновность Марка я не верила. Слишком искренним был его гнев, когда он пытался выведать, кто заставил меня подложить окровавленное платье.

В номер постучали, и я, сморщенная до состояния кураги из-за долгого пребывания в горячей воде, обмотала полотенце вокруг тела и открыла дверь. За порогом стояла улыбающаяся Рената со своей косметичкой.

— Ну что, будем собираться? — весело сказала она, скорее предупреждая меня, нежели спрашивая.

Я посторонилась, впуская девушку в номер. В конце концов, без нее я все равно не смогу навести светский марафет.

— Ты знаешь, где мы? — спросила я, сидя на полу между ног Ренаты, восседающей на кровати. Девушка укладывала мои волосы в низкий пучок.

— В Греции, — отозвалась она, вытаскивая изо рта расческу.

— Как ты поняла? — мой голос звучал уязвленно, ведь я, как помощница следователя, должна была первая догадаться.

— Вот ты глупая, — хихикнула Рената, — включила телевизор.

Я поджала губы, глядя на выключенную плазму на стене. Я даже не подумала об этом. Может, на самом деле мне и не хотелось знать, где я? Может, мне нравилось это неведение? Может, мне хотелось совсем отпустить ситуацию и довериться Марку? Быть слабой, женственной, желанной. Такой, какой я никогда не была.

И забить на карьеру в органах и на Титова.

Черт, Титов! Я же не сказала, что уеду. Я, в общем-то, и не планировала уезжать, если уж быть точной. Надеюсь, он не будет ждать меня ночью на кухне в гордом одиночестве.

— Марк работает с иностранцами? — спросила я, размышляя, что за контракт предстоит подписать Бранасу. Вдруг это связано с продажей женщин в рабство или с контрабандой наркотиков? Женя бы обрадовался, будь это правдой.

— Ты зовешь его по имени? — удивилась Рената, сползая на пол рядом со мной.

— Да, он сам просил, — с некоторой гордостью ответила я, и лицо собеседницы вытянулось от удивления.

— Ну надо же, — протянула она, — похоже, Артурчик был прав.

— В чем?

— Что его братик запал на тебя, — Рената подмигнула, а я скептически рассмеялась.

— Такие мужчины, как Марк, не влюбляются, — я покачала головой, не веря в реальность такого события. Но мне бы хотелось этого, ведь так?

Рената обхватила мое лицо нежными ладонями и повернула к себе. Она улыбнулась и поучительным тоном произнесла:

— Все мужчины влюбляются. Хотя бы один раз в жизни. И, возможно, ты — его первый раз.

Я отмахнулась от девушки и отвернулась к окну. Совершенно точно не может быть, чтобы он влюбился в девушку вроде меня.

«Ты — его первый раз».

Как символично, ведь я была готова к тому, чтобы он стал моим первым разом. Мое тело плавилось, как льдинка, рядом с ним, и я уже устала думать о том, как сдержать себя, чтобы не рухнуть в его объятия абсолютно обнаженной.

— Значит, мы в Греции…, — задумчиво протянула я, меняя тему.

Рената уже сушила свои влажные волосы, ловко орудуя феном и круглой расческой.

— Артур и Марк наполовину греки, — перекрикнула она гудящий фен.

И ведь правда внешность мужчин совсем не выглядела классической славянской. Я вновь нарисовала в голове образ Марка, вспоминая его жгуче-черные волосы, такие же глубокие мрачные глаза, точеный нос и скулы, смуглую кожу, его сильные загорелые руки на моей бледной коже, темные волоски, виднеющиеся из расстегнутых пуговок рубашки чуть ниже яремной впадинки…

— Что это, если не ментальная мастурбация? — смеясь, спросила Рената, выдергивая меня из мыслей.

— Что? — не поняла я.

— Видела бы ты свое лицо. Даже не ври, будто думала не о Марке, — она погрозила мне пальцем и встряхнула объемные локоны.

— Мы чуть не занялись сексом после вечера у Багрова, — призналась я, будто нуждаясь в простом женском общении. На миг я даже забыла о том, что Рената одна из подозреваемых в моем списке.

— Чуть? Я думала, у вас все было, — девушка пожала плечами, реагируя так просто и спокойно, словно мы обсуждали любимые блюда, а не всякие интимности.

— В самолете тоже чуть не случилось это…, — я округлила глаза, делая акцент на слове «это».

— Опять чуть? — с некоторой долей разочарования в голосе уточнила девушка. — Что не так? Неужели у Марка есть проблемы?

Рената прикрыла рот рукой в ужасе от того, что с потенцией старшего Бранаса могут быть проблемы.

— Нет-нет! Там все очень даже хорошо, — краснея, я замотала головой и шепотом добавила, — У меня еще никогда не было мужчины, и я немного боюсь.

— Да