Жизнеописание. Избранные письма - Герхард Терстеген

совершенно искренне говорил, что ему никогда и в голову не приходило, что он совершает дело Божие в отношении ближних; только об одной особе, жившей в тридцати милях от Мюльхайма, которую он ни разу не видел, он однажды сказал: «Если Господь и определил меня кому-то помочь, то это была сия особа». Когда его прославляли за явное всем благочестие и расточали в его адрес похвалы, он говорил: «На самом-то деле мне нужно сидеть в самой худой хижине и оплакивать свои грехи».

Такое нелицемерное смирение Терстеген без малейшего притворства, со свойственной ему сердечной откровенно-стью, выказывал всегда и во всех случаях. Когда он нахо-дился в кругу родственных ему благочестивых душ, то при прощании нередко говаривал: «Братья! Общаясь с вами, я

44 Это последнее письмо Терстегена своей самой доверенной и близкой собе-седнице. Мария д'Орвиль скончалась в ноябре 1755 года.

96

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

чувствую себя недостойным сего; и вы, прошу вас, смотрите на это так же и не превозносите меня». Однажды в Голлан-дии у друзей он познакомился с неким почитаемым всеми христианином, который стал рассказывать ему о пережитых им преследованиях за благочестие, тяжких испытаниях, своём духовном опыте и тому подобном. На это наш Тер-стеген ответил ему скромно и весьма сдержанно: «Когда кто многое уразумел и вкусил и прошёл через великие испыта-ния, то итог должен быть не иной, как только чтобы из всего этого родилось малое, простое и бесхитростное дитя Хри-стово». Также следующий кроткий ответ одному знакомо-му, укорявшему Терстегена в самолюбии, самоугождении и стремлении приобретать себе приверженцев, достаточно убедит беспристрастного читателя, насколько он, при всех своих благодатных дарах, считал себя малым и незначитель-ным. Вот сей ответ:

«Со всей простотой пред Богом я признаю́, что отнюдь не свободен от самолюбия и самоугодия; было бы несчасть-ем для меня, если б я хоть в малой степени так полагал. Знаю, что мне многого недостаёт; но я (как ты пишешь) совсем не считаю себя человеком, укоренённым в нищете духа, хотя суть этого состояния мне известна по благода-ти. Благодарю тебя за пожелание придти мне в меру мужа совершенного (Еф. 4:13); я и сам всей душой стремлюсь к сему. Но не в меру «отца» и «учителя», в чём ты меня, похоже, подозреваешь; я, слава Богу, никогда не дерзал и помышлять о чём-либо подобном. Если всё сказанное по-кажется тебе излишним смиренничанием, то что же! при-дётся мне смириться с этим и довольствоваться тем, что пред Богом моё сердце спокойно, ибо Он видит, что я го-ворю правду. Господи! Ты знаешь, что я и впрямь разумею себя как бедное, немощное и во всём недостаточествующее

97

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

дитя; и я рад, когда и другие видят то же и не превозносят меня как нечто великое. И хотя я таков, каков я есть пред Тобою, но Ты дал мне любить Тебя (хотя и много меньше, чем я должен, и несравненно меньше, чем Ты сего досто-ин), уповать на Тебя, познавать Тебя и Твои истины Твоим светом и только в Тебе полагать всё своё спасение и бла-женство. Истинно ли это, так ли это во мне? Ты ведаешь сие, о испытующий сердца и внутренности! (Откр. 2:23)».

Вот ещё свидетельство его смирения. В одном письме его спросили, как он относится к тому, чтобы пожилых и умудрённых опытом благочестивых христиан называть «отцами» или «матерями». Терстеген написал в ответ: «Когда ко мне, совершенно незаслуженно, обращаются как к “отцу”, мне всегда это весьма неприятно и смутительно пред Богом». Ещё он говорил так: «Я от сердца почитаю себя недостойным, и меня смущает, когда кто-то из чад Бо-жиих именует меня “братом”, не говоря уже об “отце”».

Ревность о славе Божией

Всякую честь он воздавал одному лишь Господу; вос-хвалять Бога, превозносить Божие величие, славу и вседо-статочность было его радостью, его пищей. Он всегда, где только мог, устно или письменно, свидетельствовал о Боге и Его совершенствах и желал бы прославлять Его ещё больше, но этого не позволяло его слабое здоровье и другие препят-ствующие сему обстоятельства45. Весьма примечательно, что́ Терстеген сам говорит в предисловии к своему гимну «Бог есть! Бог есть! о радость! аллилуйя!»46: 45 Имеются в виду время от времени вводимые запреты на публичные речи и т. п.

46 См. примеч. 34.

98

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

«В течение своей жизни я, по благодати, уразумел о Боге много очень важного и получил от Него, среди скор-бей и крестов, великие и богатые милости. Подчёркиваю: по благодати. Посему вот уже более двадцати лет мне лежало на душе, что я должен, прежде чем отойду с сей земли, при-нести моему Господу сторичную хвалу за все Его явленные на мне благодеяния, а именно — я хотел написать сто хва-лебных песнопений. Но только непрестанная занятость и множество болезней, равно как и шестидесятишестилетний возраст отнимают у меня надежду на то, что моё намерение может быть осуществлено по сю сторону вечности. С про-славлением моего великого Бога и Спасителя (Тит. 2:13) на устах и в сердце я хочу закончить свою земную жизнь и чаю от Его благости, что в бесконечно блаженной вечности Он даст мне довершить мой обет — принести Ему, со всеми яко солнце воссиявшими святыми (Мф. 13:43), уже не сторич-ную, но бесконечную жертву хваления. Аминь! Аллилуия!»

Однажды Терстеген сказал некоторой духовной сестре: «Величайшую милость, вразумления и напечатления бла-годати я получал от Бога большей частью во время болез-ней и в иных внешних и внутренних скорбных обстоятель-ствах». В другой раз, когда сия сестра рассказала ему, что в часы молитвенного уединения ей приходится так тяжело, как будто она сражается на поле боя, он задал ей следую-щий вопрос: «Когда Ангелы восхваляют Бога, совершают ли они что-либо великое?» Сестра ответила: «Думаю, что нет; такова их природа, и если бы мы были на их месте, то и из нас хвала Богу изливалась бы с лёгкостью». «Я тоже так считаю, — сказал Терстеген и прибавил: — Поэтому ког-да Иов сидел на гноище и славил Бога — это было велико (Иов 1:21; 2:10); и сия хвала была угоднее Богу, чем все песнопения Ангелов».

99

Жизнеописание блаженнопочившего Герхарда Терстегена

Терпение

Наряду со смирением невозможно не упомянуть ис-ключительное терпение Терстегена, кротость и мирное рас-положение к тем, кто был против него, а также сердечное сострадание к согрешающим и умение носить их бремена (Гал. 6:2).

Поводы к терпению у Терстегена никогда не прекраща-лись. Из