Гелиоссо: люди Солнца - Лариса Владимировна Разинькова

Ходили легенды, что это один из прапрапрапредков Лиддик. И после долгой череды воплощений ему было поручено стать одним из стражей на переходе миров. Как Дух Древа Жизни он хранил секреты обитателей здешних мест, но мог проявляться и в мире Магини, если там преступался верхний небесный закон и нарушался баланс живой природы. Лиддик была еще девочкой, когда наставница привела ее к старцу и с той поры она часто обращалась к Миросу за советом. Старец долго и подробно расспрашивал Магветт об Оосе и ее новом знакомом. Когда новостная информация исчерпалась, Мирос встал, топнул ногой, и между корней Древа образовался проход. Вниз под землю вела винтовая лестница, по которой они стали спускаться. Нижние духи, хранители корней Древа, подсвечивали им путь, окружая ступени и искрами рассыпаясь по поверхности. Корневая система Древа была могучей и необъятной. Наконец, Мирос остановился, сойдя с лестницы, которая продолжала дальше теряться в недрах земли. Он ступил на одно из корневых ответвлений и пригласил гостью последовать примеру. Корень под ногами внезапно ожил и, извиваясь огромной змеей, стал перемещать их куда-то по горизонтали. «Остановись», – скомандовал Старец через некоторое время. Ответвление послушно замерло и уплотнилось, превратившись в небольшую площадку. Расположившись на образовавшемся пространстве, Мирос стал негромко насвистывать. В черной темноте загорелись два огромных желтых глаза. По мере их приближения стал вырисовываться шарообразный силуэт гигантской жабы. «Знакомься, моя Амгемона», – с нескрываемым восхищением представил Старец любимицу. Даже принимая во внимание факт, что Лиддика сложно было удивить, знакомство с «подружкой» Мироса ввело ее в состояние сиюминутного ступора. Огромное, более трех метров в диаметре, шарообразное земноводное существо просто не могло оставить равнодушным. Магине удалось справиться с волнением первого впечатления, и теперь она с любопытством рассматривала Амгемону. При ее приближении Лиддик успела отметить грандиозность размеров Жабы, ее какую-то демоническую природу. Сейчас, когда питомица Старца находилась в покое, горизонтальные зрачки желтых выпуклых глаз расширились, рот, казалось, расплылся в улыбке, передние лапки были убраны под себя. Кожа Амгемоны блестела от влаги, придававшей ей фосфорицирующий неоновый оттенок. Мирос одной рукой поглаживал существо, а другой скармливал разноцветных больших личинок, аккуратно опуская ей на язык. Старец так умиротворил это Дитя Земли, что Амгемона совсем очеловечилась: грубые черты смягчились. И Существо стало вызывать симпатию. Кожа Жабы становилась все прозрачнее, при ее растяжении бородавки и наросты исчезали. В результате сказочной трансформации земноводное превратилось в огромный прозрачный шар, напоминающий магический кристалл, наполненный белым светом. Казалось, что Амгемона проглотила Луну, и та волшебно подсвечивает земноводное изнутри. Мирос сосредоточенно ждал, когда процесс превращения завершится. Потом он обратился к Амгемоне: «А теперь, моя Королева, покажи мне то, что может случиться или может не случиться. И есть ли пути, чтобы пережить грядущее расширение?» С этими словами Старец погрузил руку в голову Амгемоны, в место, где через прозрачную кожу просматривался крупный синий сапфир, сакральный центр Живого Магического кристалла. Знаком Мирос пригласил Магиню подойти поближе. Хрустальная Амгемона завибрировала. В ее глубине стали одна за другой возникать и исчезать картины. Смотрящие погрузились в иллюзию настолько, что оказались внутри Магического шара, фиксируясь как наблюдатели.

В ночном небе разрасталось Лунное Око. Его вибрации порождали странный гул. В центре Светила образовалась черная дыра, через которую стала просачиваться темная живая масса, расползающаяся по лунному телу и пожирающая его. С угасанием ночного Светила все живое подчинялось явленному Черному Хозяину. То тут, то там на поверхности земли слышались стоны и мольбы. Черные силуэты людей напоминали тени. По едва заметным линиям энергия Жизни восходила на небо и всасывалась Глянцевой Голодной Тенью. Лишь единицы противились поглощению. Наблюдая, Мирос и Лиддик заметили возникающие в небе золотые нити. По сотворенным лучам спускалась золотая энергия, формируя защиту и укрывая безжизненные тени. После чего наблюдателей «выкинуло» из Магического кристалла. Но видения продолжились. Совершенно явно Амгемона проявила два образа, Оосы и ее друга гелиосса. Их жизненные нити – золотая и серебряная переплетались, образуя защитный золотисто-розовый единый кокон вокруг фигур. Внезапно Шар погас. Земноводное шумно выдохнуло, так что из ноздрей послышался свист. Старец поклонился и отпустил любимицу в логово. Тем же путем они вернулись к подножию Древа. Мирос уселся на выступающие из-под земли корни и вздохнул. Он вложил в ладонь Лиддика маленький синий кристалл, комментируя: «Подарок Амгемоны для Оосы». После непродолжительного молчания он вновь заговорил, сопровождая слова рисунками на песчанике, которые старательно выводил тонкой палочкой:

– Амгемона показала одну из возможных веток будущего. Ты сама все видела и все понимаешь. Людям сложно осознать происходящие перемены и выбрать путь, который даст каждому рост и развитие. Личная ответственность за личный выбор. Но в том времени, откуда ты приходишь сейчас, они уже кое-чему научились. Что касается нас, – он кивнул на Древо, раскинувшееся у них над головами, – нашего мира, мы выполняем свою задачу, сохраняя здесь все, что можно сохранить там, – Мирос смолк. Заметна была его усталость. Он простился и скрылся в Древе, а Магиня выдвинулась в обратный путь к берегу, где ее ждала Ооса.

А теперь вернемся назад в дом Магветт, где, обдумывая произошедшие с ней события, Магиня не могла уснуть. В конце концов, погрузившись в медитацию, она отошла в отдых. Утро выдалось солнечным. Несмотря на то, что Ооса встала рано, хозяйка уже ждала к завтраку. Расположились на улице. Насыщенные практики требовали усвоения, потому Лиддик попросила девушку больше отдыхать и пить достаточно воды, чтобы быстрее впитать новое. Передав синий кристалл, подарок Амгемоны, Магиня прикрепила его к амулету, с которым Ооса теперь не расставалась. Наша героиня просто замучила Магветт расспросами, и той пришлось приоткрыть «тайну синего кристалла». Описание Амгемоны и ее способа предсказания веток вероятностей будущего заворожило девушку: «Умоляю, возьми меня с собой в следующий раз! Я хочу с ней познакомиться! И спасибо за кристалл – он чудесен!» Потом, немного поразмышляв, девушка поинтересовалась, может ли быть тотемным животным Амгемона. Лиддик вместо ответа улыбнулась. Этим, правда, любопытство не исчерпалось. Очень долго Ооса подводила разговор к просьбе и в конце концов выдала: «Я знаю, это не по правилам, но, умоляю… покажи мне Дааса». Переговоры длились больше получаса. Лиддик не узнавала ученицу – такое упорство было нехарактерно для девушки. «Я не могу, ты же знаешь, это не приветствуется. И потом, нас могут увидеть с той стороны. Даже не знаю, готова ли я принять последствия, выбрав это действие», – последний аргумент заставил Оосу задуматься. Но, поразмышляв какое-то время, Магиня все-таки капитулировала. Подготовка заняла минут сорок. Заговорщицы удалились в