Redrum 2016 - Александр Александрович Матюхин

Кабан сделал последнюю попытку защититься и поднял здоровую левую руку, чтобы оттолкнуть поедавшую его заживо хищницу, но та, смеясь, проткнула его ладонь и с хрустом провернула клинок в ране, раздирая кисть руки пополам. Перед глазами у Ряхи помутилось от боли, он захрипел, извиваясь из последних сил. А в следующий миг наигравшаяся охотница одним резким ударом вогнала нож ему в голову, пробив мозг, и приступила к трапезе.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀

⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Мария Артемьева

Волшебство

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

От автора: «Большинство моих текстов — из жизни. У дочери в детском саду была девочка, которая верила, что в музыкальной шкатулке у нее живет фея… Это завязка. Остальное — из новостей. Люди, теряющие в себе человеческое от обилия денег и власти… Я просто немножко пофантазировала, смешав всё в один коктейль».

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

У Алисы Нестеренко была красная с золотом шкатулка, которая играла музыку. А еще в красной шкатулке жила фея. Если Алисе чего-нибудь хотелось — она писала записки карандашом или фломастером, печатными буквами, как умела — и клала их на ночь в шкатулку. Наутро или на следующий день, в зависимости от сложности загаданного, желание Алисы исполнялось.

В старшей группе детского сада «Пчёлка» не было девочки счастливее — Алиса была самая счастливая и самая могущественная. Никто не осмеливался вступать с ней в спор.

Но этого не знала новая воспитательница, однажды перешагнувшая порог группы.

— Здравствуйте, дети! Меня зовут Елена Дмитриевна, — улыбаясь, сказала она, и рыжие солнечные зайцы заплясали в ее длинных, загнутых вверх пушистых ресницах.

Елена Дмитриевна была молода, смешлива и всем понравилась. Кроме Алисы. Ведь Елена Дмитриевна не сумела понять: Алиса — девочка особая, с ее мнением надо считаться.

— А ну, ребятки… Девочки собирают тарелки, мальчики поднимают стулья! Быстренько приберемся и будем играть, — похлопав в ладоши, велела Елена Дмитриевна, когда закончился завтрак.

Все тут же принялись за дело. Кроме Алисы.

— Я не стану, — aбуркнула она.

— Почему? — удивилась воспитательница. — Разве ты не хочешь помочь нашей нянечке? Она старенькая, ей тяжело…

— Не хочу, — сказала Алиса и топнула ногой, чтобы показать, насколько она сердита. Но воспитательница только пожала плечами.

— Что ж… Если ты не хочешь нам помогать, тогда мы не хотим играть с тобой. Иди, стой в углу. А мы приберемся, и будем играть в «съедобное-несъедобное».

Вся группа застыла в изумлении: наказать Алису! Самую могущественную девочку!

Миша Егоркин тихонько приблизился к Елене Дмитриевне, тронул ее за руку и прошептал, жалостливо шмыгая носом:

— Елена-Дмитна, не надо! Не надо так…

— Почему? — спросила молодая воспитательница.

— Лучше не надо. У Алисы… знаете, у нее…

— Ну, что, что? — спросила Елена Дмитриевна. В глазах ее сияло искреннее любопытство.

— У нее есть своя собственная фея! — выпалила Юля Гуляева и спряталась за подружек.

— Да ну?! Не может быть! — прошептала Елена Дмитриевна. — Настоящая фея? Прям настоящая-пренастоящая?

Миша Егоркин кивнул, со страхом покосившись при этом на Алису. Ему лично уже пришлось столкнуться с деяниями феи из красной шкатулки. Как раз, когда он попытался однажды отнять ее у Алисы и заглянуть внутрь… Больше ему этого не хотелось.

— Фея. Очень злая, — сказал Миша шепотом и отошел, прихрамывая, в сторону.

— Ах, вот как! — рассмеялась Елена Дмитриевна. — А я не боюсь злых фей. И колдунов. И колдуний. И ведьм… Знаете, даже чертей не боюсь! Потому что я в них НЕ-ВЕ-РЮ! — громко и весело пропела она. — Ну, что ж вы, ребятки?! Чего приуныли?

И она опять засмеялась. Когда новая воспитательница смеялась — у нее появлялись такие задорные ямочки на щеках, что каждому хотелось веселиться вместе с ней. Всем. Кроме Алисы.

— Да?! — выкрикнула Алиса. — Я сейчас напишу записку фее, и она вам такое сделает… Такое… Очень плохое!

Она грозно сдвинула брови и еще раз топнула ногой. Но глупая рыжая Елена Дмитриевна только пуще расхохоталась.

И Алиса действительно просидела в углу до самого вечера, царапая карандашом записки. Ребята опасливо косились в ее сторону, но, поскольку ничего страшного не происходило, вскоре забыли о ней.

С Еленой Дмитриевной оказалось очень интересно: она знала много разных игр, пела детям потешные песенки, и сама смеялась заразительнее всех.

Алиса же строчила записки и тайком глотала слезы. Впервые в жизни ей было настолько горько.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀

⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Вечером в кабинет президента холдинга «ГЛОБАЛ-РЕСУРС» вошел маленький, неприметный человечек. Никто не знал его имени-отчества. Все называли просто — Божок. Причем многие даже не догадывались, что это не прозвище. Разговаривая с ним, собеседники обычно стремились завершить вынужденное общение как можно скорее.

Увидев Божка, хозяин кабинета, Сергей Иванович поднял голову и непроизвольно поморщился.

— Что? — спросил он, глядя на своего всегда молчаливого помощника. Тот выложил на стол целый ворох смятых, исписанных карандашом бумажек.

Сергей Иванович бегло просмотрел их.

— Да, — вздохнул Сергей Иванович. — А ты не находишь, что это уже ни в какие ворота не лезет? Может, все-таки немножко того… Чересчур, а?

Божок пожал плечами. Его спокойное лицо выражало только скуку и безразличие.

— С другой стороны, — помассировав крупной ладонью затылок, сказал Сергей Иванович, — уговор есть уговор. В конце концов, должен ведь человек хоть во что-то твердо верить в этой жизни? Иначе он теряется… Теряет инициативу, желание желать… А это крайне важно! Сохранять веру в чудо! — Сергей Иванович помолчал и снова вздохнул. — Да… Ну, ладно. Выполняй. Если надо — людей привлеки…

— Не надо, — сказал Божок.

— Ага, — сказал Сергей Иванович. — Что ж… Как там классик говорил: творить волшебство своими руками? Хорошо. Только сделай, прошу тебя, все в точности… Да?

Божок кивнул и вышел.

Спустя полчаса он втолкнул в машину — черный массивный Лендкрузер-Прадо — какую-то девицу. Голову ее укутывал мешок из-под картошки, руки и ноги были связаны. Но несмотря на путы, девица брыкалась, крутилась и извивалась так, что в конце концов сорвала с головы мешок.

Встрепанные рыжие волосы рассыпались по плечам, распухшие от слез глаза с ужасом вытаращились на сидящего за рулем Божка. Девица отчаянно замычала, пытаясь, видимо, криком привлечь к себе внимание. Рот ее крепко-накрепко удерживал на замке прочный и липкий