Четвертое королевство - Ана Эм

Еще одно осознание.

Так же, как и они к ней, Амору во сне тянуло и к ним.

Сюда. – позвала она, и стряхнув любые эмоции со своего лица, вскинула подбородок и проследила за сиреной высокомерным взглядом:

– Понимаю, я так красива, что глаз не оторвать. Но может, уже перейдем к делу?

Сирена зашипела, резко приблизившись так, что между их лиц почти не осталось расстояния. Амора даже не моргнула, но сердце ее в панике забилось о грудную клетку. Эта сирена еще быстрее, чем остальные. И самая большая проблема в том, что хранительница не могла ее убить, магия бы не позволила, а без медальона, Амора не смогла бы и силой подчинить ее себе. Оставалось только…

– Сразимся. Один на один. – нужно было потянуть время. – Победишь ты, заберешь мое сердце. Проиграешь, поплывешь со мной сражаться.

Русалка почувствовала заинтересованность сирены, ее жажду обладать не просто чьим-то, а сердцем одной из хранительниц морей. Она так же ощутила и настороженность перед магией, что заполнила всю пещеру, и проникала дальше, глубже.

Однако жажда все равно побеждала. Предыдущая хранительница не сумела подчинить себе сирен, и нашла единственный путь, дабы уберечь себя – погрузить всех, кто представлял угрозу, в сон на долгие сто лет, а потому королева сирен была голодна до мести и силы, что дарило сердце хранительницы. С подобной силой больше никто не смог бы помыкать ею.

– Идет. – прошипела сирена, растянув серый рот в подобии улыбки.

Не успела Амора принять полный облик, как была отброшена в стену с такой силой, что в ушах загудело, а перед глазами вспыхнули пятна. В следующий миг сирена уже держала русалку за горло и издавала победный визг.

Проклятье.

Но Амора была бы не Аморой, если бы быстро сдалась.

– Не так быстро, уродина. – прохрипела она, обхватив одной рукой скользкое запястье, а второй быстрым и точным движением вспорола брюхо сирены, проделав там четыре длинные раны.

Крик, последовавший следом оглушил Амору, и она снова была отброшена, на этот раз ее тело столкнулось с каменистым дном, и даже вода не смягчила удар. Боль расцвела в ребрах и позвоночнике, кровь определенно точно теперь текла из ушей, а голова гудела так, будто кто-то вонзил туда сотню иголок и продолжал проталкивать.

Усилием воли Амора распахнула глаза и ощутила толчок. Снизу. Приподнявшись на руках, она подняла голову и увидела королеву, кружившую перед троном.

– Легкааая добыыыча. – протянула она презренно. – Слабааая хррранительница.

– Ты права. – согласилась русалка, молясь о том, что бы ее ребра не были сломаны. – Ты сильнее.

Стены пещеры задрожали, поднимая хаос вокруг, а затем Амора ощутила, как нечто пробило стену и туннель, что находились прямо за ней. Осколки камней полетели вперед, задевая тех тварей, что находились слишком близко. Огромная тень опустилась на то место, где лежала Амора. Сирены мгновенно устремились в свои норы точно так же, как до этого живность наверху, а их королева округлила свои черные глаза, уставившись на то, что поднялось высоко над русалкой.

– Но видишь ли, – Амора оттолкнулась от дна, и немного поморщившись, выпрямилась, ощущая каждой клеточкой присутствие за своей спиной. – Есть те, кто находит меня просто очаровательной.

– У нассс была сссделка. – прошипела сирена, но приблизиться не осмелилась. – Ты пррроиграла.

– О, ну, в таком случае. – она раскинула руки в стороны и ухмыльнулась. – Подплывай. Попробуй забрать мое сердце теперь.

99

Тронный зал был заполнен знатью. В воздухе висели страхи, советы и стратегии. Фелия же стояла ко всем ним спиной, в стороне, у высоких окон от пола до потолка. Ее взгляд был обращен к границе города, где даже сквозь водный барьер проступали очертания военного лагеря Ливаны. А в голове снова и снова вращалась одна единственная мысль.

Фина сбежала.

За одну ночь она попросту испарилась, исчезла из дворца в суете приближающейся опасности. Ее мать, Советница самолично объявила ее предательницей. Они решили, она сбежала из страха перед ливанской армией, дезертировала. И только Фелия знала правду.

Но в любом случае, это больше не имело значения, ведь теперь перед Оринфом стояла куда более серьезная угроза. Численность ливанских войск в разы превосходила оринфианские, и все присутствующие это знали. Именно поэтому не переставали думать над «умными» стратегиями.

Их положение усугублялось еще несколькими факторами.

Во-первых, все силы Королевы уходили на поддержание барьера, это было видно по ее осунувшемуся лицу и тусклому взгляду. Она была сильна, но несколько дней беспрерывного использования магии давали о себе знать.

Во-вторых, из наследниц при дворе присутствовала лишь Фелия, что значит, у Ливаны захватить власть шансов в разы больше.

Фелия вздохнула и перевела взгляд на западную границу, где отчетливо виднелся лагерь Тории. Очевидно, там находились и хранительницы, потому что их лагерь напоминал небольшое поселение изо льда. Получалось, что одна из них могла превращать воду в пар, а вторая в лед. Не удивительно, учитывая их северное расположение.

Проблема была в том, что Тория всегда принимала лишь сторону победителя. Если их Королева увидит, что Оринф проигрывает, то перевесит чашу весов в пользу Ливаны, и наоборот. Они не собирались вмешиваться в чужой конфликт и проливать свою кровь без острой необходимости.

Фелия вновь посмотрела на ливанский лагерь.

– Почему они не нападают? – раздался ее голос громко и четко, из-за чего знать за ее спиной притихла.

– Наши воительницы скрыты от их взора, ваше высочество. – раздался голос за ее спиной. – Они выжидают, осторожничают, возможно, боятся ловушек.

– Или же ждут приказа от миревийского флота. – добавила еще одна русалка.

Тогда Фелия развернулась к ним. Взглянув на свою мать на троне, она окинула присутствующих скучающим взглядом.

– Вы, возможно, не так поняли. – ответила принцесса, убрав руки за спину. – Если на их стороне хранительница морей, почему они не нападают?

Вопрос пронесся по залу, заставив многих задуматься. Уголки губ Королевы дернулись вверх.

– Все ваши стратегии и планы основываются на том, что хранительница Дэя будет сражаться на