Молочник - Владимир Алексеевич Абрамов

Поттер сидел и тупо вглядывался в стену. Отвращение и гнев поднимались в нём, точно рвота. Он поднялся и начал слепо расхаживать по комнате, на автомате открывая и закрывая пустые ящики в комоде и двери шкафа.

— Твари! — внезапно взревел Гарри.

Поттер опустился на кровать — так резко, что я подскочил.

— Дамблдор говорил, что как только мне исполнится семнадцать лет, защитные чары, ограждающие дом Дурслей, уничтожатся, и они окажутся в не меньшей опасности, чем я. Но я не думал, что надо что-то предпринимать раньше середины июля…

— Мы не сомневались в том, что Воландеморт возьмётся за Дурслей — либо для того, чтобы постараться выпытать, где ты, Гарри, либо, решив, что, если они станут его заложниками, ты придёшь и попытаешься их спасти. Но тоже не подумали, что действовать надо раньше, — грустным голосом произнёс Сириус. — Гарри, прости, это моя вина. Я хотел обезопасить тебя, забыл, что охранное заклинание заряжается только тогда, когда ты рядом со своими родственниками.

— Я и сам не хотел возвращаться к Дурслям, так обрадовался хоть раз в жизни пожить подальше от этой семейки, — ещё более грустным стал Поттер. — Я их не любил, как и они меня, но мы прожили пятнадцать лет в прочной нелюбви друг к другу… Я не желал Дурслям подобной участи.

Пока Гарри занимался самобичеванием, я думал над тем, что поступил правильно, заставив родителей переехать в другую страну. Возможно, это подло так думать, но я был рад, что мои родственники живы и здоровы.

— Дурсли думали, что я только зря у них занимаю место, но я уже привык к ним… — продолжал убиваться Поттер.

— Гарри, держись, — обнял крестника Сириус.

— Так странно, — печальным голосом продолжил Поттер. — Давным-давно, когда Дурсли отправлялись куда-нибудь развлекаться, оставляя меня дома, часы одиночества воспринимались как редкий подарок. Задержавшись на кухне, только чтобы вытащить из холодильника что-нибудь вкусненькое, я взбегал наверх поиграть на компьютере Дадли или включал телевизор и перебирал, сколько душа попросит, каналы. Теперь, вспоминая те времена, ощущаю непонятную пустоту — словно это воспоминания об утраченном младшем брате, тёте, доме, которого больше нет. Сириус, может быть есть шанс их спасти?

— Сохатик, Сам-Знаешь-Кто слишком силён, на его стороне часть аврората и министерства, а у нас весь орден чуть больше десятка человек, из которых почти половина студенты или недавние выпускники, — покачал головой Блэк. — Гарри, не тешь себя ложными надеждами. Лучше пойдёмте завтракать, Винки накрыла на стол.

— Боюсь, мне кусок в горло не полезет, — хрипло сказал Поттер.

— Пойду позову Дору и Римуса, вы обязательно спускайтесь в столовую, — сказав это, Блэк покинул спальню, чуть раньше это сделала Винки, видимо, чтобы подать завтрак.

— Колин, ты же можешь что-то придумать? — с надеждой посмотрел на меня Гарри. — Я знаю, ты умный парень, наверняка сумеешь выдать какой-нибудь безумный план… Хоть что-то, мне хватит даже небольшого шанса на спасение родственников.

— Пока не могу сказать, надо подумать.

Не хотелось расстраивать парня, ведь было очевидно, что без вариантов, но и оставлять всё на самотёк не было желания. Выход есть всегда, просто зачастую мы его не видим. Поэтому я действительно напряг мозги и стал перебирать варианты.

— Пока есть идея лишь как уничтожить небольшую группу Пожирателей. Тот пленный, Долохов, он ещё живой?

— Нет, — покачал головой Поттер. — Никто не говорил, но я знаю, что Грюм после допроса его убил и избавился от тела.

— Жаль, нам бы сейчас пригодился «язык», например, чтобы выяснить план поместья Малфоев, наличие и расположение тюремных камер. Всё же поместье у них старое, а пленных с наибольшей вероятностью поместили туда.

— И что это могло дать?

— Если знать, где территориально расположено поместье, и, к примеру, что пленники расположены в подвале, то можно было бы подчинить магловских военных и сровнять там всё с землёй, после чего спокойно откопать подземелья и освободить контуженных заключённых.

— Но тогда Дурсли могут пострадать, — воскликнул Гарри.

— Это же не план, а так, намётки. Я пока прикидываю варианты как с нашими, будем откровенными, маленькими силами, победить противника, у которого небольшая армия.

Стоило нам спуститься вниз, как обнаружили в столовой Гермиону и Рона.

— Гарри, как ты? — подскочила к нему Грейнджер. — Мы слышали о Дурслях, это ужасно. Поэтому сразу решили прийти к тебе.

— Сочувствую, Гарри, — сказал Рон. — Мы хотели с тобой поговорить.

— О… Гарри… — Гермиона заплакала, высморкалась в платок и тихонько икнула. — Просто это так уж-ужасно… С-сразу за Дамблдором погиб Грюм… Я почему-то н-никогда не представляла себе Шизоглаза умирающим, он был таким крепким! А теперь пропали твои родственники.

— Спокойно, Гермиона, — сказал Рон и обнял её за плечи. — Ты ведь знаешь, что сказал бы нам Грозный Глаз, будь он сейчас здесь?

— П-постоянная бдительность, — ответила, вытирая глаза, Гермиона.

— Вот именно, — кивнул Рон. — Он всегда говорил: "Учитесь на моём примере". Гарри, боюсь, после такого за нами тоже начнут охотиться Пожиратели, ведь они знают, что мы с тобой близкие друзья.

— Послушайте, — начал Гарри. Он сел на стул, вытянувшись в струнку. Гермиона и Рон направили на него взгляды, в которых читалась смесь вызова и покорности судьбе. — Я знаю, после похорон Дамблдора вы сказали, что отправитесь со мной…

— Ну готово, завёл волынку, — выкатив глаза, сообщил Гермионе Рон.

— Чего мы, собственно, и ожидали, — вздохнула она.

— Послушайте! — повторил Гарри.

— Нет, Гарри, это ты нас послушай, — отозвалась Гермиона. — Мы останемся с тобой. Всё уже решено месяцы тому назад, а вернее сказать, годы.

— Но…

— Заткнись, — посоветовал ему Рон.

— …вы уверены, что продумали всё как следует? — настаивал Гарри.

— Ладно, давай посмотрим, — сказала Гермиона. — Вещи я уложила уже давно, теперь всегда их ношу с собой, так что мы готовы уйти из