13 заповедей - Олег Владимирович Мушинский

- Что значит скорее всего? - переспросил Антон.

Пока что дело попахивало ересью! Причем не слабой по нерадению вроде банкротства, а самой что ни на есть серьезной. Такая могла и на костер привести. Более чем неприятная новость, что и говорить!

Свет из кабины осветил припорошенный снегом овраг. Из него торчали сухие корни. Антон машинально повернул рукоятки и шагоход двинулся в обход. Передняя правая нога едва заметно подвисала в верхней точке. Кади заметил это, и нахмурился.

- Скорее всего, - тем временем неспешно говорил он. - Это значит, что убитый был в форме храма, но откуда нам было знать, что это не переодетый еретик? Ведь эти ребята покушались на храмовую почту.

- Вообще-то, да, - тотчас тихо поддакнула Иния.

Антон немедленно согласился с ними обоими и сразу почувствовал себя спокойнее.

- Это не самое типичное поведение для служащих храма, - продолжал Кади. - И уж это точно были не инквизиторы.

- Уверен? - уточнил Антон.

Он сам настолько хотел в это верить, что нисколько не сомневался, однако еще одна порция заверений была бы сейчас очень кстати.

- Абсолютно, - сказал Кади. - Доводилось мне отбиваться от инквизиторов.

Бодрость духа схлынула с Антона так же быстро, как пришла.

- Они обычно по двое работают, - продолжал рассказывать Кади. - И работают очень серьезно. Я, помнится, всего раз завалил инквизитора, да и то, можно сказать, повезло, а обычно еле ноги от них уносил. Это от двоих-то, а тут их целая банда была и мы так легко ушли.

Антон перестал его слышать на словах "завалил инквизитора", и включился обратно только когда Иния задала тот вопрос, который непременно задал бы он сам, будь он в менее шоковом состоянии.

- И вас за это не сожгли? - спросила девица. - Значит, всё было по честному?

Антон весь обратился во слух.

- Всё по честному, красавица, - подтвердил Кади. - Он стрелял в меня, я в него. Кто ж ему виноват, что я стрелял точнее? Закон дозволяет самооборону, а…

- От Храма?! - чуть громче, чем собирался, вопросил Антон.

- И от него тоже, босс, - ответил Кади. - От него тоже. В законе никаких исключений нет, а все законы у нас пишет Храм. Если б он считал, что от инквизиторов защищаться нельзя, наверняка бы вписал это в закон.

- Но… Но как такое вообще возможно? Ты же не еретик, чтобы за тобой инквизиция гонялась?

Иния с интересом посмотрела на Кади.

- Не еретик, - спокойно сказал тот.

Девица, казалось, была слегка разочарована. Ну еще бы, так бы за одну ночь увидела и живого инквизитора, и пока еще живого еретика. Это не считая живой легенды - капитана Кади.

- Я, как и ты, подрядился доставить храмовую почту, - сказал Кади.

- За это не убивают, - тотчас возразил Антон.

- Ага, - Иния энергично кивнула. - Вы же их почту возили.

- Можно и так сказать, - ответил Кади. - Но точнее будет сказать, что я возил почту конкретных иерархов. Храм, знаете ли, не такой уж и монолит. Реформаторы спорят с ортодоксами, иерархи борются за влияние. В общем, всё как у нормальных людей.

- Нормальные люди тоже за почту не убивают, - проворчал Антон.

- Ну, это смотря какая почта, - отозвался Кади.

Антон рефлекторно обернулся через плечо, словно бы мог разглядеть посылку сквозь переборки. Письмо по-прежнему лежало в поясной сумке. Та свешивалась с кресла вниз и, казалось, в единый миг стала настолько тяжелее, что чуть кресло не перекосила.

- Но обычно да, за почту не убивают, - успокоил его Кади. - Это должна быть настоящая бомба, чтоб убили. Обычно почтальона убивают как свидетеля, чтобы он никому не разболтал, кто забрал почту.

Антон, собравшийся уже было облегченно выдохнуть, обреченно вздохнул.

- Знаешь, Кади, - сказал он. - Я, конечно, очень рад, что никого из нас не подозревают в ереси и убийцы гонятся за нами вовсе не из-за этого, но какая на самом деле разница, за что нас всех убьют?!

Окончание фразы прозвучало не так громко, как могло бы, зато очень эмоционально. Иния аж вздрогнула.

- Разница есть, босс, - спокойно сказал Кади. - Если бы ты вез что-нибудь еретическое, то это сделало бы тебя соучастником ереси и тогда вся инквизиция гонялась бы за тобой, пока не поймала бы. Ну а дальше ты сам знаешь.

Антон знал. Показательные аутодафе с сожжением еретиков случались не слишком часто, но с относительной регулярностью. Люди должны помнить, что Храм не только поддерживает верующих, но и сурово карает ослушников! Другое дело, что когда под рукой не было подходящих ослушников, храмовый суд становился невероятно суров даже к самым малейшим нарушениям.

- А если им нужно только письмо, - продолжал тем временем Кади, вырывая Антона из пучины сумрачных мыслей. - То они будут гоняться за тобой только пока письмо у тебя.

- А потом? - сразу спросил Антон.

- Потом ты вряд ли будешь им интересен, - сказал Кади. - Мстительность не в характере храмовников, если ты об этом. Если тебя и