Саймон говорит - Саймон Грэй

- Терпи, казак, атаманом будешь! – Саймон наложил повязку на ожог и принялся аккуратно заматывать руку.

- А это кто такие?

- Это такие лихие ребята на конях и с шашками. До сих пор где-то в степях колобродят, с кочевниками бодаются. А это тебе на посошок! – с этими словами мутант ловко воткнул в плечо напарника шприц-тюбик.

- Да блин! Это зачем было?

- Обезболивающее. Нам еще выбираться, а ты с такой рукой еще с веревки гробанёшься вниз – совсем грустно будет.

- А может ну его в баню, эту верёвку? – умоляюще попросил Чин. - Давай вон ту дверцу ковырнем и по лесенке поднимемся! Сам говорил, что это этот… как его… пожарный выход.

- Мысль хорошая. – Грэй с интересом уставился на металлическую дверь, соблазнительно торчавшую справа от лифта. – Но есть проблема.

- Какая?

- Дверь на крыше мы так и не открыли. Выхода в шахту с пожарной лестницы нет. И что мы делать будем?

- Не знаю! – раздражённо буркнул охотник. – Стенку проломим! С шахтой получилось, почему с лестницей не выйдет?

- Топориком твоим ломать будем? – насмешливо поинтересовался мут. – На шахту дерево упало, а мы просто довершили начатое. А там придется с нуля долбиться.

- Да ну тебя! Я хотя бы что-то предлагаю, а ты только критикуешь! Сам бы что-нибудь предложил.

- Я думаю.

- Ну думай, умник.

Собрав аптечку и убрав её обратно в рюкзак, Саймон подошел к пожарному выходу и подёргал за ручку. Ручка, естественно, тут же отвалилась. Тогда мутант вооружился щербатым топориком и попытался поддеть дверь. Провозившись так минут десять, он выругался и вернулся к охотнику, который всё это время с неподдельным интересом наблюдал со стороны.

- Без вариантов, - буркнул Грэй. – Переходим к плану Б. Я пока прогуляюсь, а ты сиди охраняй.

- Что? – Чин с недоумением уставился на напарника. – Куда прогуляешься?

- Надо забрать кое-что из кабинета.

- А как мне охранять без оружия?

Вздохнув, мут достал из набедренной кобуры «Аспида» и отдал его охотнику, добавив две запасные обоймы.

- С патронами аккуратней – это всё, что есть.

Чин повертел пистолет, и с надеждой уставился на «Бурю», сиротливо лежавшую на полу. Саймон взгляд проигнорировал и, подобрав автомат, неспешно зашагал по коридору. Вскоре его фигура скрылась за поворотом, оставив охотника в одиночестве.

***

С детских лет Ратибор старательно избегал людей, предпочитая звуки леса сомнительному удовольствию общения с себе подобными. Поначалу его за это ругали, потом драли за уши, пороли – но, в итоге, отбить охоту сбегать в лес при любом удобном случае так и не смогли. В отрочестве он уже приносил добычу побогаче и побольше, чем большинство деревенских мужиков, а потому родители махнули на него рукой и смирились, благо имелись и другие дети. Повзрослев, Чин стал пропадать в лесу неделями и даже месяцами, уходя далеко на север.

Стоит ли говорить, что последнее, по чему он скучал в своих походах – это человеческое общение. Как-то пытаясь избежать нежелательной встречи с урсой, он налетел на матерого секача, который в итоге пропорол ему ногу практически до кости. Возвращение домой растянулось почти на два месяца, в течение которых он питался подножным кормом, леча раны лечебными травками – даже тогда он совершенно не думал о других людях. Лишь молился Богу, чтобы рана не загноилась и не началось заражение крови. Но сидя в теплом свете фонаря-лампы и до звона в ушах вслушиваясь в тихое бульканье неведомой твари, которая возилась где-то на дне шахты, он вдруг ощутил, что очень хочет увидеть карие глаза Василисы, услышать её голос и удивленное «Ох!», когда расскажет её о своих приключениях…

Первое время Чингачгук напряженно всматривался в лифтовый проём, ожидая появления твари. Однако нападения всё не происходило, напарник где-то запропал, и охотник начал постепенно впадать в транс, теряя чувство времени. Из умственного и физического оцепенения его вырвали странные звуки: размеренные шаги, которые заглушались громким пыхтением и глухим звяканьем. Резко обернувшись, Чин увидел, как на него из темноты медленно надвигается квадратный силуэт очередной неведомого монстра, превосходившего в размерах даже Огра. Чуть не заорав от ужаса, он инстинктивно выстрелил, с ужасом понимая, что пистолетом ЭТО не остановить…

- Бл…дь! – выругалась тварь голосом мутанта. – Ты совсем охренел?

- Прости, - виновато буркнул охотник.

- Хорошо, что я тебе автомат не оставил, - отдуваясь произнес Саймон, опуская на пол здоровенное кресло из кабинета. На кресле были сложены поднос, кастрюля из кафетерия, куча полуистлевших тряпок и глиняные кувшинчики с коктейлем Молотова, которые исследователи оставили на столе.

- А нечего подкрадываться, как кот к мыши.

-Великоват ты для мыши, - хмыкнул мут и внезапно чихнул. Затем ещё раз. И ещё…

Чин терпеливо подождал, пока напарник отстреляется и утрёт рукавом нос, а затем с некоторым ехидством поинтересовался:

- Будь здоров. Ты зачем всю эту рухлядь сюда припёр?

- Спасибо, - поблагодарил Грэй и опять утёр нос, еще больше размазывая по лицу пыльные разводы. – Сейчас покажу.

Быстро разгрузив кресло, он принялся откупоривать глиняные сосуды, переливая содержимое в кастрюлю. Когда в ход пошёл третий, охотник не выдержал:

- Ты что делаешь? Их разве не поджигать и кидать надо?

- В обычном случае так и делают, - согласился мутант. – Поджигают, бросают, бутылка разбивается и всё полыхает. Проблема в том, что об сопли очень сложно что-то разбить.

- А если об стены?

- Для этого придется высунуться в шахту и хорошо прицелиться. А наш слизняк этого не позволит.

- То есть ты него кастрюлю бросишь?

- Нет конечно. – Саймон повертел в руках последний коктейль Молотов и, подумав, оставил его в сторону. – Мы просто выльем на него содержимое кастрюли и подожгём. Пока тварюка в ужасе ныряет на дно, огонь некоторое время горит на воде, не давая ей высунуться. А мы шустро вылезаем наверх и радостно убегаем в закат.

- Очуметь план! – Чин потрясённо уставился на напарника.

- А то! – самодовольно ответил тот и, взяв с кресла не замеченную ранее палку, принялся наматывать на неё тряпье,