Разреши любить - Анна Джейн

- Виола, твоя дочь пришла, - сказал директор ласково.

Женщина обернулась и скользнула по нам равнодушным взглядом.

- Виола, поздоровайся с Владиславой, - повторил директор.

Услышав имя дочери, она тут же вскочила на ноги и забормотала:

- Где Влада? Где она? Где?

- Вот же, - улыбнулся директор и кивнул на меня.

Женщина прищурилась.

- Это не моя дочь, - решительно заявила она, разглядывая меня. - Куда вы дели мою Владочку? Куда, а?

- Это твоя дочь Владислава, - повторил директор. - Виола, ты не узнаешь ее?

- Не моя! - нервно выкрикнула женщина. - Она не моя! Чужая!

Она уселась на кровать и стала качаться из стороны в сторону, словно желая, чтобы мы ушли. Директор, выдохнув, обратился к замершему Вальзеру:

- К сожалению, у Виолы прогрессирует заболевание... Перестала узнавать дочь. Влада приходила к ней пару раз в год, и Виола всегда с радостью ее встречала.

Вальзер остановил директора властным жестом, и тот тотчас замолчал.

- Ты меня помнишь? - спросил Вальзер, садясь рядом с бывшей женой. - Это я, Илья.

- Илья, - повторила она и неожиданно рассмеялась. Взяла его за руку и сказала: - Илюша, я тебя ждала. Ты знаешь, у нас такая красивая дочь. Она так похожа на тебя. Когда ты ее увидишь, сразу поймешь! Илюша, я скучала...

Она говорила что-то еще, продолжая держать Вальзера за руку, и хотя его лицо оставалось каменным, в глазах мелькнуло странное выражение.

Горечь.

Может быть, он когда-то ее любил?

Каково это - видеть некогда любимого человека таким? Должно быть, невыносимо.

Я вдруг вспомнила Игната и прикрыла глаза. Господи, пусть с ним всегда все будет хорошо. И пусть он проживет счастливую жизнь.

Из мыслей меня выдернул крик вскочившей на ноги Виолы:

- Это не моя дочь! Она не моя Влада! Моя Влада совсем другая! Где моя Владочка, где моя девочка? Что ты с ней сделал?! Что?..

Я зачем-то шагнула к ней и обняла. Сама не знаю, зачем. Она тут же обмякла и затихла.

- Мама, это я, - прошептала я.

- Это не ты, - едва слышно сказала она. - Не ты. не ты. не ты... Что ты слелала с моей Владой?

Женщина умоляюще заглянула в мое лицо. Я стиснула зубы.

Ваша дочь мертва. Но вы никогда этого не узнаете. Но вслух я произнесла другое:

- Это я, мама. Твоя... Твоя Влада.

-Нет, нет, нет... Влада? Где Влада?

И она горько заплакала, уткнувшись мне лицом в плечо. Будто бы все поняла.

Мы уходили оттуда молча, с тяжестью в сердце. Перед тем, как выйти к машине, Вальзер сел на лавочку во дворе интерната и закурил.

- Перевезу в наш город. В лучшую больницу. С лучшим уходом. Будешь видеться чаще с матерью.

Я вздрогнула. Видеться с матерью Влады было жутко. Но выбора у меня не было.

- Не знал, что она стала такая. Будто другой человек. Совсем другой. Раньше Виолка зажигалкой была. Душа компании. Я ее знаешь, как ревновал? Да ты не переживай. Не узнала сейчас, узнает потом. Под контролем будет. Может, лекарства какие помогут. Я денег не

пожалею.

- Спасибо, - с трудом вымолвила я, думая о своей настоящей маме. Как она? Ела ли? Болит ли у нее что-нибудь? Не мучает ли ее Стас?

Ответов на эти вопросы не было. И ничего больше не было. Кроме пустоты.

Глава 18. Новая тюрьма

Уже вечером я оказалась в одном из соседних городов - там, где жил Вальзер. По иронии судьбы это был мой родной город, тот самый, откуда мы с мамой сбежали много лет назад. Современный мегаполис, местный центр промышленности, миллионник, в котором активно развивали туризм и спорт. Казалось, что город прекрасен, но я ненавидела его всю душой. И не хотела возвращаться.

Мы спасались от одного монстра, но другой монстр вернул нас обратно. Иронично.

До нового места заточения мы добирались на личном самолете Вальзера - понадобилась всего пара часов или около того. Я была в отстраненном состоянии, поэтому мало что запомнила. В памяти всплывали лишь какие-то смазанные обрывки кадров. поездка на машине рядом с «отцом», аэропорт, салон небольшого, но шикарного самолета, снова аэропорт, дорога... И дом.

Я будто пришла в себя, стоя перед резиденцией в закрытом элитном поселке. Это был огромный темный дом, прячущийся среди высоких вековых сосен. Двухэтажный и ассиметричный. С мансардой, высокой крышей и эркерами. Грозный и хорошо охраняемый. Если дом Елецких был элегантным дворцом на берегу реки, то дом Вальзера - мрачной крепостью, которая притаилась за деревьями. Из доброй сказки я попала в злую.

Меня провели внутрь, и я оказалась сначала в парадном холле, затем - в просторной гостиной с лестницей, чьи ажурные кованные перила блестели под электрическим светом. Все вокруг было роскошным и дорогим - в каждой детали угадывались статусность и большие деньги.

Облицованный блестящим гранитом пол, пышная лепнина на потолке, живопись в позолоченных рамах на светлых стенах, массивная мебель, огромные хрустальные люстры-водопады, способные, наверное, осветить целый стадион... Смесь современного классического стиля с ампиром - красиво на картинке, но не очень уютно. Я оглядывалась по сторонам, словно оказалась в музее.

- Добро пожаловать, дочка, - сказал Вальзер, который почти все это время молчал. - Твой новый дом.

Он посмотрел на меня и, должно быть, уловил страх. Поэтоми как-то неловко улыбнулся и добавил:

- Не бойся. Со своими я добрый. Сказал - не обижу. Значит, не обижу. Тебя сейчас в комнату отведут. Специально лучшую велел подготовить. Вещи привести. Отдохни чуток с дороги и выходи на ужин. Познакомлю кое с кем. Отведите ее, - кинул Вальзер через плечо дородной женщине, которая с любопытством разглядывала меня, но молчала. Наверное, при хозяине говорить здесь было не принято.

Он тяжело сел в огромное кожаное кресло, скрестил на животе пальцы и прикрыл глаза, словно задумался о чем-то. Меня же повели наверх - в мою новую комнату. Чувство дежавю кольнуло сердце. Летом меня точно так же вели на второй этаж, чтобы я увидела свою спальню.

Как же все поменялось с тех пор. Из беззаботной девчонки я превратилась в тень, лишенную имени и лица.

«Это из-за нее, из-за мамы», - проговорил внутренний голос, но я запретила себе думать об этом.

- Меня зовут Нина, я тут главная по