Раскол - Аня Леонтьева

- Уже не покажу, - ответила я Иришке.

- В смысле?

- В прямом. Мы расстались.

- Юль, ну ты, как всегда! - скривилась Ира. - И чем он тебе не угодил? Судя по твоим рассказам, он само совершенство.

- Да он-то совершенство, это я не дотягиваю, - тяжко вздохнула я, параллельно раздумывая, рассказывать ли Иришке про Кира.

- Ой, не начинай, - отмахнулась она, - нормальная ты. И вообще, ни ты первая, ни ты последняя…

- Кир вернулся, - перебила я её, наблюдая, как вытягивается лицо подруги.

- Ты же говорила, что ему ещё служить и служить…

- Я говорила то, что знала, - снова прервала её.

Ира пронзительно посмотрела на меня.

- Ну и что? Ты бортанула Никиту, потому что вернулся Кир?

Я снова вздохнула, и выложила подруге всё, как на духу, даже не забыла упомянуть свою глупость с Никитой.

- Ну, во-первых, - Ирка загнула палец, - почему ты рассматриваешь это, как какую-то измену? Вы в разводе. Ты свободна.

- Да знаю я, - я от досады, закусила губу, - но ничего не могу с собой поделать. Глупость какую-то совершила, назло ему, а теперь сама мучаюсь.

- Юль, ты свободная, самодостаточная женщина, - Ирка села на своего любимого конька, - и вольна делать что хочешь, и спать, в том числе, с кем хочешь…

- Ир! - простонала я.

Все её правильные эмансипированные речи мне сейчас не помогут.

- Ладно, - фыркнула она, явно недовольная тем, что я её прервала. – Что делать-то собираешься?

- Не знаю я, что делать, - я отвернулась снова к окну, наблюдая бесконечный снежный поток.

Я всю ночь, вместо сна, думала, что мне делать.

- Юль, всё на самом деле просто, - Иришка, глянула на часы на запястье.

Я тоже посмотрела на экран лежащего рядом телефона, отмечая, что обеденные полчаса истекают.

- Ты либо прощаешь его, либо нет, - продолжила она, порывшись в сумочке и доставая оттуда зеркальце и помаду.

- Ни фига не просто, - огрызнулась я.

Честно говоря, немного даже обидно, что мои проблемы подруге кажутся простыми.

- Просто, - возразила Ира и выглянула из-за зеркала, в котором рассматривала себя.

- Блин, долбаный снег, вся тушь под глазами, - пожаловалась она попутно, и продолжила, - только если ты его прощаешь, принимаешь, то все свои обидки придётся забыть.

- Ага, обнулить, - вспомнила я предложение Кира.

- Во-во, - кивнула Иришка, старательно обрисовывая губы помадой. – Обнулить.

- Ещё бы кто рассказал, как это сделать, - я встала из-за стола, собирая кружки.

- Выбор за тобой подруга, - Иришка поднялась, следом, - но пообещай, что быстро не простишь, - она хитро подмигнула, - помучай его немного.

- Да ну тебя, - отмахнулась я, - что мне ему испытания устраивать. Мы взрослые люди…

- Ну, вот и поступайте, как взрослые, - перебила Ира, натягивая пуховик. - Сядьте, спокойно поговорите и решите, нужны ли вы друг другу.

Я вздохнула, легко сказать, спокойно поговорите. А как отрезать чувства, как отконтролировать их. Ведь есть ещё обида, куча претензий, вина.

Это - то куда девать?

- Ладно, - Ира чмокнула меня в щёку, - жду приглашения на свадьбу. И чтобы не хуже прошлой.

И не дожидаясь моего ответа, выпорхнула в снежную хмарь.

И на протяжении оставшегося дня, я всё крутила в голове слова подруги.

Конечно, если убрать эмоции всё кажется простым и лёгким.

Но для меня Кир, равно буря эмоции. Для меня Кир, это взрыв чувств. Я никогда не смогу быть хладнокровной по отношению к нему. И это автоматически усложняет, но в то же время наполняет наши отношения.

***

Снег не прекращается даже к вечеру, и все службы такси были завалены заявками, и у меня ни одного не получается вызвать.

Я с унынием смотрю на улицу, и представляю, как сейчас пойду месить снег, добираясь до остановки общественного транспорта.

Но смотри не смотри, а идти надо, если не планирую заночевать в кофейне.

Я попрощалась с Людой, нашей бариста, вышла в непогоду, и тут же столкнулась с кем-то, точно на стену налетела.

Я взметнула взгляд, и замерла. Передо мной стоял Кир.

Глубокий капюшон был надвинут на его лицо, так, что видны были только нос и губы, но когда он склонился ко мне, я различила блеск его глаз.

- Привет, красивая, - сказал он, расстегнул пуховик, и достал из-за пазухи цветы, протянул мне букет.

На красные и розовые гвоздики, тут же упал снег, придавая им необычный и трогательный вид. Я дотронулась до бутонов, смахнула холодные снежинки.

- Ну же бери, - Кир вложил цветы мне в руки, - они для тебя.

- Спасибо, - пробормотала я, прижимая гвоздики к себе.

Кир и раньше дарил мне цветы. Дорогие доставки, роскошные букеты, но вот так трогательно, посреди зимы и непогоды, впервые.

- Пойдем, провожу тебя, красивая, - Кир аккуратно, но твёрдо взял мою руку, и засунул под свой локоть, повёл вперёд.

- Куда? – растерялась я, неуклюже следуя за ним.

- Домой, - ответил Кир, - если нет других предложений.

Я пропустила этот намёк мимо ушей, вспоминая Иркино пожелание, помучить его.

- Предложений нет, - ответила я, ещё и попыталась руку вытащить, на что Кир сжал её сильнее, безмолвно намекая, что здесь моё самоуправство закончилось.

Я смирилась, да и чего греха таить, мне было приятно. Сейчас, идя с ним, я как-то забыла про все свои обиды, ощущая рядом крепкое мужское тело. Вспоминая как это правильно полагаться на сильного мужчину.

- Я так и понял, - пробасил он, и подвёл меня к автомобилю, который был припаркован у обочины дороги.

Кир открыл мне дверь, и помог сесть на пассажирское сидение.

В салоне было тепло, и играла музыка. С водительского места, на меня с любопытством смотрел молодой парень.

- Здравствуйте, - кивнула я, устраиваясь удобнее.

- Добрый вечер, - улыбнулся он, и нажал что-то на телефоне. В салоне прозвучал женский голос, желающий приятной поездки.

Надо же, Киру удалось вызвать такси.

Он сел рядом со мной, и машина тронулась, медленно прессуя колёсами снег на дороге.

Мы ехали молча.

Я сжимала неожиданно подаренный букет, и почему-то смущалась. Реально чувствовала какой-то необычный трепет, словно отвыкла от его внимания, и сейчас все