Враг любит больно - Аля Алая

— Оригинально, — усмехаюсь в ответ, прикусывая томно губу.

— Шикарная красотка, идеальная — мужской взгляд заметно тяжелеет. Еще несколько таких соблазняющий приёмников и мы опоздаем на собственную свадьбу. Я и сама вздыхаю, чувствуя как желание начинает теплом разливаться по телу.

— Зачёт, — отступаю на пару шагов.

Так, Яся! Держись. Нужно покончить с официальной частью как можно скорее и тогда можно будет расслабиться.

Кручусь перед Робом в свадебном платье, ловлю восхищенные влюбленные взгляды. Кажется я купаюсь в настоящей любви и счастье.

Зря люди думают, что богатый наряд или коллекционные украшения с бриллиантами могут сделать их счастливыми. Это неправда. Счастье вот оно — во взгляде другого человека, который любит тебя такой, как есть. Без всей этой шелухи.

Я выбрала простое атласное с открытым верхом. Волосы заколола в высокий пучок, сделала нюдовый макияж.

Так я себя чувствую собой. Именно Ясей и мне легко.

Роберт в чёрном костюме с галстуком и чёрной рубашкой. Стильный, как обычно немного агрессивный на вид. От него такого коленки подгибаются.

— Машина ждёт, если ты ещё не передумала, — наконец выдыхает.

Он допускает какие-то сомнения?

Зря!

— Да ни за что. Мечтаю стать, наконец, Поклонской. Чтобы все твои воздыхательницы знали, что ты теперь занят, — поднимаюсь на цыпочки, целую Роба в губы.

— Воздыхательницы? — Роб с сомнением смотрит себе за спину, — кажется я не вижу большой очереди.

— Пффф, — закатываю глаза, — вот надену на твой пальчик кольцо и успокоюсь.

— Кто-то большой собственник, — его губы растягиваются в ухмылочке. Ну да… он можно подумать не такой.

На первом этаже Роб вручает мне букет свежесрезанных пионов. От их одуряющего свежего запаха голова кругом.

— Все будет хорошо, — шепчу себе.

Яр вовсю появляется с Милой на людях. Больше чем за месяц от него не было ни единой провокации в нашу с Робом сторону. Может он действительно решил оставить меня в покое?

И все же царапает нервы брошенная во время свадьбы с ним фраза о том, что он меня убьет, если я к Робу уйду.

Но убийство … да ещё в наше время.... Это тебе не лихие девяностые, за такое точно посадят.

Он же это понимает?

— Ясь, ты вся бледная, — Роб обеспокоено заглядывает мне в лицо.

— Токсикоз, сейчас подышу, — обмахиваю себя ладонью.

Меня теперь действительно тошнит по утрам. Ох уж эти прелести беременности, все время что-то новенькое. Где-то тянет, чего-то хочется, что-то раздражает.

На парковке перед домом Роб открывает для меня машину, забирается на водительское сиденье. Спереди у нас машина сопровождения, сзади тоже.

Кладу на колени небольшой клатч и букет, пытаюсь улыбаться как можно более непринуждённо.

Это же моя свадьба.

Желанная.

Та, что я буду вспоминать всю жизнь. Мне точно не стоит сейчас думать о людях, которых я хочу забыть. Лучше наоборот о самых важных и близких.

Например, свидетели у нас потрясающие. С моей стороны Маша, с Роба Теймураз. Уже представляю, какие будут баталии у Власа с Таем из-за Маши.

Влас собственник, в Тей заглядывается и даже не прячется. Возможно у нас даже будет драка.

Машина выезжает на проселочную дорогу. Нам ехать по ней минут семь, дальше будет трасса.

Телефон в сумочке начинает вибрировать.

— Папа, — сжимаю его в ладони, на Роба смотрю с надеждой. Мы с отцом после его приезда больше не разговаривали. Он сбросил мне название лекарства, которое я передала своему врачу. Слава богу, что оно не влияет на беременность и последствий не будет. Мы с Робертом смогли выдохнуть.

— Возьми, — Роб не поворачивает головы. Смотрит прямо в лобовое стекло.

Ему сложно, но я не хочу обрывать последние связи с отцом. Хотя бы иногда мы можем общаться. Тем более сегодня такой повод.

— Да, — прикладываю трубку к уху.

— Привет, Есения, — папа заметно волнуется, — я поздравить хотел.

— Спасибо, — на моих губах расцветает улыбка.

— Дочка, как у вас там с охраной?

— Роберт удвоил, — говорю тише, — все хорошо.

— Волнуюсь я, — вздыхает.

— Яся, держись, — оглушающих крик Роберта заставляет меня дернуться и уронить телефон. Взгляд вперивается в лобовое стекло, где неизвестно откуда появляется не меньше десятка чёрных автомобилей.

Один таранит нашу первую машину с охраной. Второй летит прямо на нас.

Захожусь в немом крике, когда в нас врезаются. Барабанные перепонки разрывает звук сминающегося металла, рев Роберта. Он пытается схватить меня, удержать на месте, но не выходит. Меня резко выбрасывает вперёд в лобовое стекло.

Словно в замедленной съёмке лечу вперёд. Инстинктивно заслоняю лицо ладонями, но это не спасает. Я больно сталкиваюсь с прозрачной преградой, которая разлетается с хрустом. Меня выбрасывает на капот автомобиля. Последнее, что вижу перед тем, как гаснет свет, Роберта. По его лицу стекает кровавая дорожка, пока он бросается ко мне.

Глава 17

Открываю глаза с огромным трудом. Все тело болит, ломит. Во рту ржавый привкус крови.

— Роб, — выходит тихо и жалобно. Взгляд мечется вокруг, но я не вижу ничего. Лишь чувствую запах бензина. Меня укачивает.

Касаюсь ладонями всего вокруг. Тут тесно, жёстко, слышен звук колёс.

Я в багажнике движущейся машины.

К боли примешивается дикий страх.

Где Роберт?

Куда меня ведут?

Через бесконечные минуты машины останавливается. Я слышу приглушенные переговоры, которые не могу разобрать. Потом машина вновь куда-то едет.

Сознание плывет, я снова отключаюсь.

— Доброе утро, спящая красавицы, — перед моим лицом появляется улыбающееся лицо Ярослава. Его пальцы в чёрной кожаной перчатки сжимают моё израненное плечо.

— Ааа! — Вскрикиваю, перед глазами темнеет. Но боль не позволяет вновь потерять сознание.

— Ну наконец-то, а то я думал не добужусь, — усмехается надменно. Хватает меня словно куклу, вытряхивает из багажника на траву.

Оседаю на слабых ногах, с трудом перевожу дыхание.

— Где Роберт?

— Сдох, — Ярослав лучезарно улыбается.

— Боже, — прижимаю ладони к лицу, — боже....

Мой мир рушится. Удушливые слезы брызжут из глаз. Всё тело в спазме сжимается. Я не могу поверить в то, что происходит. В то, что Роберта больше нет.

— Пошли, — Яр встряхивает меня за руку, заставляет подняться, — хорошо выглядишь, Яся. Красный твой цвет.

— Ты больной ублюдок, — поднимаю на него полные слез глаза.

— Если хочешь пожить подольше, лучше будь поласковей.

— Ты все равно меня убьёшь, — шепчу со слезами. Так и будет, я вижу это в его глазах.

— Убью, но ты можешь выторговать себе пару часов.

Яр толкает меня в спину. Ноги путаются в разорванном платье, пока я