Снится нам трава у дома - Алексей Викторович Широков

Город сегодня встретил меня густым туманом, но у нас такое бывает, так что особого внимания на это я не обратил. Резко континентальный климат, что вы хотите. Резкие перепады температуры, снег в мае, оттепели в феврале, все радости жизни в комплекте. Мы привычные, так что я спокойно добрался до школы и вот тут меня уже огрели пустым мешком по голове. Началось всё на втором уроке, когда появилась завуч и в приказной форме потребовала мне и Ерёмину Ромке идти с ней. И не куда-нибудь, а в пионерскую комнату, которая, несмотря на название, была универсальной, то бишь тут тусовался актив всей школы, начиная с октябрят, заканчивая комсомольцами.

Там нас уже ждали Алёна Михайловна и лично директор школы. Собственно мне сразу стало всё понятно, правда я не ожидал, что это в принципе случится. Но возможно, создатель симуляции что-то подкрутил, а может и я в прошлый раз затупил, начав слишком выпендриваться, но сейчас, когда я приземлился на указанный стул, мне было предельно понятно, к чему идёт дело.

— Итак, на повестке один вопрос, — на правах начальника взял слово Иван Сидорович. — а именно целесообразность принятия в комсомол Семёна Чеботарёва. Сразу выскажу своё мнение, ещё неделю назад я был бы категорически против. И дело даже не в оценках как таковых, а в его отношении к жизни. Но теперь у меня нет однозначного ответа. Поэтому прошу высказываться, решение будем принимать коллегиально.

— Я категорически против! — С ходу рубанула Аделаида Закировна. — Мы все видели подобное десятки раз! Все они клянутся, обещают, даже божатся, что исправятся, а в итоге всё возвращается на круги своя. Нет, нет и ещё раз нет! Ладно, если он продержится хотя бы до ноября, а что если раньше устроит какой-нибудь ужас⁈ Мы не можем так рисковать! Да что там происходит⁈ Что за шум в коридоре⁈

— Я посмотрю, — подскочила секретарь комсомольского комитета Алёна Яковлева, шустро распахнув дверь. — Вы что тут устроили?!! А ну успокоились все!!!

— Но там… — попытался возразить ей какой-то пионер, но слушать его никто не собирался.

— Я сказала затихли, если не хотите замечание в дневник получить!!! — подавив младшеклассников морально комсорг захлопнула дверь. — Продолжайте, Аделаида Закировна. Я в целом, с вами полностью согласна, но всё же считаю, что категорически отказываться от Чеботарёва не стала бы. Начнём с того, что никаких обещаний он никому не давал. Верно, Роман?

— Так точно! — по-военному отрапортовал комсорг класса. — Я сам удивился когда Семён так резко изменился. Перестал общаться с хулиганами, начал на уроках отвечать, даже уговорил Сикорскую заниматься с ним дополнительно. Я пробовал справки навести, может быть он поспорил с кем-то, но нет, никто ничего не знает.

— Мог бы просто меня спросить. — я пожал плечами. — Хотя да, ты же спрашивал. Но выходит не поверил.

— Слушай, ну кто бы поверил в то, что завзятый раздолбай и хулиган, по которому зона плачет вот так в одночасье взял и исправился? — несмотря на уверенный вид Ерёмин явно смущался. — Я должен был проверить…

— Да я не в претензии! — я поднял руки, прерывая разглагольствования. — И у меня встречное предложение. Я правильно понимаю, что вы хотите улучшить показатели к седьмому ноября? Так у нас целых полтора месяца в запасе! Давайте установим лимит в три недели. Если я за это время не сорвусь — можете спокойно принимать меня в комсомол. Как говорится, привычка вырабатывается двадцать один день, вот и я привыкну быть порядочным. И времени чтобы всё сделать по уму будет достаточно, чтобы не ткнули носом, мол спохватились в последний момент. Ну а нет, так вы опять же ничего не теряете.

— На удивление разумный подход, — Лещин даже очки снял, рассматривая меня словно загадочную зверушку. — От кого, но от тебя, Семён, я этого не ожидал, уж извини за прямоту. Я никогда не считал тебя дураком, но мозги ты применял не по назначению.

— А теперь всё изменилось, — я пожал плечами, прислушиваясь к визгу в коридоре. Что-то там совсем разошлись. Может драка? Девки что ли дерутся, вон одна как заливается. — Я тут посмотрел на себя и понял, что максимум который меня ждёт если не изменюсь — это жизнь рецидивиста с редкими визитами на волю, страшными, потасканными бабами, дешёвым самогоном и отсидками от звонка до звонка. А потом безымянная могила где-то возле зоны. И если я не хочу так закончить, то за ум надо браться вот прямо сейчас, сию секунду, не ожидая, что кто-то придёт и всё сделает за меня. Вот и результат. Оказалось, быть правильным это несложно и в целом довольно весело.

— Да что там происходит?!! — не выдержала Аделаида Закировна подскочив на ноги и бодро прочапав к двери в которую кто-то начал долбится. — Ну я сейчас им устрою…

Что именно осталось загадкой, потому что как только завуч распахнула дверь прямо на неё вывалился классический натуральный зомби. В грязной, разорванной одежде, бывшей раньше строгим костюмом, с дырами на лице, и теле, оскаленными зубами и цепкими лапами, что тут же вцепились в женщину. Та попятилась отступила шага на три и не удержавшись на ногах, рухнула на пол. Зомби упал следом, накрыв завуча собой и тут же попытался вцепиться ей в глотку.

Слабого сопротивления немёртвый даже не заметил, но всё же не судьба была ему отведать сегодня завучевского тела. Я начал действовать ещё когда сладкая парочка только падала, вскочив и одним махом добежав до нежити. Поймать Аделаиду Закировну не успел, но зато тут же ухватил зомбака за голову и одним движением свернул ему шею, правда, это того не убило. Зомби остался жив, щёлкая челюстями, однако, и добраться до своей жертвы уже не мог. А я в этом время уже ухватил с полки награду «За второе место на городском смотре пионерских дружин», чьё главное достоинство составлял не хреново отлитый мальчик