Очерки истории христианского синдикализма - Марк Яковлевич Домнич

продукты и предметы первой необходимости, низкий уровень реальной зарплаты (ниже довоенной), частые катастрофы — все это давало пищу возмущению рабочих, включая и членов христианских профсоюзов. Союз Имбуша в 1924–1929 гг. часто восставал против политики руководства ВОХП, за что ему «перепадало» в печати от партии «Центр», предпринимателей и клира. Официальный орган союза — газета «Дер бергкпаппе» — позволяла себе выступать с протестами против социальной политики Тиссена и других «королей Рура», оказывавших сопротивление требованиям рабочих. В катастрофе на шахте Дорстфель газета прямо винила «всю рабочененавистническую систему»{187}. Газета призывала горняков к единству в борьбе со злоупотреблениями капиталистов и к действиям.

Имбуш, безусловно, принадлежал к типу ораторов-демагогов, умевших возбуждать массы и улавливать их настроения. Тем не менее его речь 18 января 1925 г. содержала острые нападки на «социальную реакцию», которая «ведет классовую борьбу сверху». Увлеченный собственным обличительным пафосом, оратор заявил: «Это должно звучать не угрозой, а лишь признанием факта. И если когда-нибудь в Германии произойдет революция, то я не уверен, что головы ведущих немецких предпринимателей будут спасены»{188}.

Очередной съезд союза в Саарбрюкене в 1926 г. отражал «наряду с подвижностью и приспособляемостью вождей также и глубокий процесс радикализации, происходивший в лагере христианских союзов»{189}. А реакция опасалась потенциальной угрозы образования «единого фронта» рабочих — членов христианских союзов с марксистами.

Современники отмечали «непрерывное полевение» членов христианских профсоюзов, обращали внимание на то, что «левое крыло пустило глубокие корни» в ВОХП, приводили примеры сближения христианских союзов с революционной профсоюзной оппозицией, за что исключали из союзов. Полемизируя с газетой коммунистов «Роте фане», официальный орган ВОХП категорически отвергал самую мысль о возможности существования в своих рядах «революционной оппозиции». Но она существовала! Не только обрушивалась на крупный капитал, но порой подвергала острой критике и застывшее в христианском консерватизме руководство ВОХП.

Оппозицию заставили замолчать. Было применено традиционное средство обуздания недовольных, к которому обычно прибегали все реформистские лидеры: проповедь «христианской морали». Поэтому высших сановников церкви не беспокоила возможность отклонения христианского профсоюзного движения от заданной ими «генеральной линии» классового примирения. И, когда руководитель текстильного консорциума в Рубэ-Туркуань Матонв 1924 г. направил папе жалобу на христианские синдикаты Франции, в которых, по его утверждению, имелись социалистические и даже коммунистические тенденции, глава Ватикана 5 июня 1929 г. в письме к лилльскому епископу одобрил деятельность ФКХТ и отверг обвинения, будто в ней господствует «дух марксизма и государственного социализма». А во время аудиенции, данной им Зирнелю и Тесье 30 декабря того же года, он оценил «христианское профдвижение как полезное».

К концу 20-х годов МКХП оставалась немногочисленной, по влиятельной среди части верующих трудящихся организацией. Однако к наступавшим к этому времени драматическим событиям — мировому экономическому кризису и угрозе фашизма — ее руководство оказалось неподготовленным. Об этом свидетельствует вся его последующая деятельность.

Глава V

МКХП

И НАСТУПЛЕНИЕ ФАШИЗМА

(30-е ГОДЫ)

К концу 20-х годов наблюдался спад христианского профсоюзного движения. Уже с началом частичной стабилизации капитализма ряды МКХП стали редеть. К своему IV конгрессу, проходившему в 1928 г. в Мюнхене, конфедерация насчитывала всего 2 078 360 членов.

На мюнхенском конгрессе произошло примирение лидеров христианских профцентров Франции и Германии в ущерб первым: президентом конфедерации избрали Отте, что зафиксировало ведущее положение ВОХП, вожди которого отныне возглавляли не только большинство международных производственных секретариатов, но и всю конфедерацию. Однако для осуществления командных функций руководству МКХП не хватало умения трезво учитывать соотношение сил в мире, способности хоть в какой-то степени предвидеть ход событий.

За год до того, как грянул мировой экономический кризис, столпы христианского синдикализма обсуждали проблемы рационализации и устройства жизни на принципах христианства, не замечая даже тени приближающихся потрясений. Вести о кризисе, начавшемся в 1929 г., прозвучали для них, как «гром среди ясного дня»{190}. Когда же катастрофический по силе кризис ударил по мировому капиталистическому хозяйству, руководство конфедерации и национальных профцентров растерялось. Сначала кризис не «замечали», надеясь на то, что он окажется скоропроходящим. О нем заговорили лишь в 1930 г., но проявить компетентность в этом вопросе христианские вожди были не в состоянии. Газета союза кожевников ВОХП сетовала на то, что все принимаемые меры преодоления кризиса «не затрагивают его корней». Именно до них-то и не в силах был добраться христианский синдикализм.

Теоретики МКХП не видели либо сознательно игнорировали связь между кризисом и экономическими закономерностями развития капиталистической системы. Подлинные причины экономического краха, грянувшего в условиях общего кризиса капитализма, оказались за пределами их понимания. Назывались всякого рода побочные факторы, определяемые особенностями буржуазного строя: например, война, рационализация, сверхспекуляция, военные долги и репарации, даже духовное состояние народов. В руководящих кругах МКХП не отрицали, что кризис «необычный», но в определении его основ не выходили за пределы сферы нравственных причин и ошибок. В те дни газета МКХП писала: «Проблема современного экономического порядка есть распределение, а не производство»{191}. Устранить общественное зло в соответствии с этой точкой зрения можно лишь путем претворения в жизнь социально-нравственного учения церкви, вновь подтвержденного папой Пием XT в 1931 г. в энциклике «Куадрагезимо анно».

Христианские профсоюзные лидеры больше всего опасались, что кризис может быть чреват «революционным взрывом». Главное — «предупредить большевизм». В этой связи IV конгресс Международного производственного секретариата горняков в 1931 г. обратил внимание правительств и Лиги наций на то, что «спокойные и благоразумные элементы» могут оказаться не в состоянии «предотвратить социальные беспорядки»{192}.

Учреждения МКХП не участвовали в проводившихся 6 августа 1930 г. и 25 февраля 1931 г. днях помощи безработным. Вслед за реформистскими и христианские профсоюзы, как правило, саботировали борьбу рабочих, под предлогом кризиса пытались удерживать рабочих от выступлений.

В конце 20-х — начале 30-х годов МКХП, как и все международное профсоюзное движение, столкнулась с возрастающей угрозой фашизма, проблемой глобальной и по своим трагическим последствиям не знавшей себе равных в прошлом.

Поскольку христианский синдикализм апеллирует к моральным категориям и ищет причины социальных несправедливостей в заложенных в человеке началах зла, он не сумел разглядеть и опасность фашизма, усилившегося в период кризиса. Его пресса обходила тот факт, что буржуазия добивается спасения от социальных бурь путем установления «твердой власти» и отказа от демократических форм правления. На Антверпенском конгрессе МКХП 1932 г. не нашлось даже места для обсуждения проблемы фашистской угрозы.

Было бы неправомерно отождествлять позицию МКХП и Ватикана по отношению к фашизму — нельзя игнорировать различие в социальном охвате обоих учреждений: христианские профсоюзы — организации трудящихся. Немало католиков было настроено