Дух Древнего - Александр Четвертнов

Опустошил резерв стихии ветра и воды. Поставил отвод глаз и полог тишины. Выпустил из ладони чемодан. Отвёл руку чуть в сторону и, одновременно с оборотом, схватил запястье негодника.

— Попался, — хмыкнул я.

— Пусти, — дёрнулся пацан.

Он не ожидал такого, но не испугался. Взгляд зелёных глаз не метался в стороны, а смотрел цепко, оценивающе. Необычно для простого мальчишки. Пусть и с задатками Тени Гермеса.

Хорошими такими задатками — всё же я не сразу ощутил его руку в кармане, а охранное заклинание так и вовсе пропустило. Хотя, оно больше от удара в спину защищает, чем от воришек.

— Пусти, не то закричу, что пристаёшь, — прошипел пацан, снова дёргая рукой. — Жандармы набегут.

Он оглянулся по сторонам, но окружающие люди не обращали на него внимания. Смотрели куда угодно, только не на нас.

— Да кричи, не услышат, — ощерился я и, нагнувшись к нему, добавил в голос жути: —у меня на тебя большие планы, парниша.

В своём городе я присматривался к таким ловкачам. Обычно они работают не сами, а на кого-то. На тех, кто занимается более тёмными делами, и карманники для них — малый приработок.

Я хотел выйти на таких людей. Наладить сбыт своих артефактов на чёрном рынке. Но дома так делать слишком рискованно. «Папаня» мог прознать, а у меня сил не так много на тот момент восстановилось.

Здесь же город миллионник, где меня никто не знает, и не нужно оглядываться на «папашу». Так что, мальчонка мне пригодится.

— Кирилл, что ты делаешь? Отпусти мальчишку, — справа от меня возник Тихон. Удивление на его лице сменилось возмущением.

Грехи Сизифа мне в копилку, не надо было включать его в полог тишины. Сейчас же всё испортит.

— Дяденька, он меня похитить хочет! На опыты! — тут же задёргался и заверещал пацан, снова оглядываясь на стоящих рядом людей, но те его по-прежнему не замечали.

— Кирилл, о чём он? — глаза Тихона полезли на лоб, — ты же не ставишь опыты на людях?

— Нет, — хмыкнул я и, оскалившись, прошипел пацану в лицо: — алхимик у нас ты. Опыты твоя задача.

Тихон поперхнулся, а пацан дёрнул руку сильнее. На его лбу, хоть в метро и было прохладно, выступили капельки пота. Глазки забегали по сторонам в поисках выхода.

— Чего вам от меня надо⁈ Отстаньте от ребёнка! — его голос предательски дрогнул.

— Доставай, что стащил, — хмыкнул я и сжал его руку чуть сильнее, — а то сломаю.

— Кирилл, — в голосе Тихона звучало удивление вперемешку с возмущением, — ты чего?

— Ну, — я не обратил внимания на друга и медленно стал выкручивать пацану руку. — Доставай.

Воришка поморщился. Закусил губу. И медленно, словно каждое движение причиняло ему боль, вытащил из кармана вторую руку, а в ней серебряные часы на цепочке и портмоне.

— Тихон, узнаёшь что-нибудь? — я весело указал на добычу мальчишки.

— Часы, — прошептал друг и захлопал по своим карманам, его лицо побледнело, — подарок отца перед… — он бросил поиски и шагнул к пацану. — Ты хоть понимаешь, что творишь? Это единственное, что у меня осталось. Да я тебя.

Тихон замахнулся, его глаза полыхнули злостью. Воришка вжал голову в плечи. Напускная наглость слетела с него, как шелуха. Теперь перед нами стоял просто испуганный мальчишка.

— Ну-ну, тише, — я придержал друга, за локоть и, забрав часы у пацана, отдал их Тихону, — на, держи и не шуми.

Тихон сграбастал вещицу и, злобно бормоча, принялся вертеть её в руках, осматривать со всех сторон, я же вновь посмотрел на мальчишку.

— Как звать-то тебя, ловкач? — спросил я.

— Хорёк, — бросил пацан, с вызовом дёргая головой.

— Похож, — хмыкнул я, — а по-человечески? Ну?

— Славка, — буркнул он и уставился в пол.

— Ты сам по себе, Славка-Хорёк, или старшие есть?

— Старшие есть, — он приободрился и зло сверкнул глазами, — тебе конец. Они узнают и тебя уроют. Понял? Отпусти или я все им расскажу.

— Да-да, — хмыкнул я и снова сжал его руку, от чего пацан привстал на цыпочки и пискнул. — Веди к ним, герой, хочу познакомиться.

— Они не здесь, — заюлил воришка, переминаясь с ноги на ногу. Его глаза снова забегали по сторонам, но моя хватка не ослабевала.

— Где же они?

— На Петроградке, — пискнул пацан, — это я на вокзале работаю. Сегодня.

Название ни о чём мне не говорило. Обернулся к Тихону:

— Ваше благородие, знаете там хорошую кафешку?

— На Петроградской стороне? — Тихон отвлёкся от часов, злобно глянул на парня, а потом кивнул: — «Погребок Крылова». Уютное и тихое место…

— Слышал? Знаешь такое? — я вновь повернулся к пацану, и он закивал, — приводи туда старших завтра в полдень. Скажи, что с ними хотят поговорить.

— Перетереть, — пискнул пацан.

— Без разницы, — хмыкнул я, оскалился и нагнулся ближе к Хорьку. Мальчишка дёрнулся назад, его глаза расширились от страха.

— Видишь перстень у него на пальце? — я кивнул на Тихона, добавил в голос жути и прошипел: — заметил, что нас никто не слышит? Он маг и найдёт тебя где угодно. Особенно после того, как ты пытался его обокрасть. Очень злопамятный тип. Просто псих. Понял?

Пацан стрельнул глазами на Стоева. Тихон как раз поглаживал пальцами серебряные часы и что-то любовно в них нашептывал. Я дёрнул мальчишку за руку, привлекая его внимание к себе, и продолжил:

— Но, если ты сделаешь как надо, то заработаешь. А если обманешь, — я снова покосился на Тихона, — хочешь пойти на опыты? Ты ему подойдёшь…

— Д-да, — часто-часто закивал мальчишка. — В-всё сделаю, ч-честно!

— Беги хорёк, — я разжал хватку.

Мальчишка метнул испуганный взгляд на Тихона и, словно стрела из лука Аполлона, влетел в толпу. Он затерялся так быстро, будто его и не было. Только рыжая макушка мелькнула между пассажирами.

Я выпрямился, ещё раз окинул толпу взглядом. Не нашёл хорька и, довольно улыбнувшись, повернулся к Тихону.

—