Битва за Москву. Первое решающее сражение Второй мировой. 1941-1942 - Вернер Хаупт

Пехотные дивизии застревали в грязи и теряли всякую связь друг с другом. Отдельные дивизии были разделены на боевые группы, которые из-за грязи могли поддерживать связь только с помощью пеших связных. При этом снабжение становилось день ото дня хуже. Никакого подвоза не было, и вся срочная полевая почта прочно осела на полевом почтамте в Брянске.

Походное движение было сопряжено с огромными трудностями. Мотоциклисты были вынуждены тащить свои транспортные средства по грязи. Верные лошади не выдерживали нагрузки и падали замертво. Походная скорость легких батарей была не больше 1 км в час, тяжелые орудия увязали.

Пехотинцы и артиллеристы, саперы, связисты и обозники пытались в ближайших деревнях и колхозах раздобыть трактора, чтобы вытащить из грязи тяжелые машины и орудия. Иногда трактора помогали отвезти раненых в примитивные тыловые лазареты, где врачи и санитары в воистину нечеловеческих условиях оказывали первую помощь.

Отдельные полки пехотных дивизий приступили к перегруппировке своих сил. Так, в ведении 2-й армии большинство полков расформировали целые батальоны или, по крайней мере, отделяли от каждого по роте для других подразделений.

Только LIII армейский корпус (генерал пехоты Вейзенбергер) одолел немилость погоды и 26 октября вышел к Оке. Тем самым 2-я армия пока продолжала наступление.

Генерал-полковник барон фон Вейхс в тот день вместе с оперативным командованием 2-й армии был переведен с прежнего фронта на южный фланг группы армий. Перед генерал-полковником была поставлена задача, используя XXXXVIII танковый (генерал танковых войск Кемпф), XXXV армейский (генерал артиллерии Кемпфе) и XXXIV армейский (генерал пехоты Метц) корпуса организовать оборону удлинившегося южного фланга. К тому же танковый корпус должен был попытаться, по возможности, взять Курск, потому что ожидавшаяся с юга 6-я армия оставалась еще слишком далеко.

2-я армия в последние октябрьские недели включала в себя следующие подразделения:

XXXXVIII танковый корпус

(генерал танковых войск Кемпф);

9-я танковая дивизия

(генерал-лейтенант Хубики);

95-я пехотная дивизия

(генерал-лейтенант Сикст фон Арним);

16-я мотопехотная дивизия

(генерал-майор Хенрици);

XXXIV армейский корпус

(генерал пехоты Метц);

45-я пехотная дивизия

(генерал-лейтенант Шлипер);

134-я пехотная дивизия

(генерал-лейтенант фон Кокенхаузен);

XXX армейский корпус

(генерал артиллерии Кемпфе);

262-я пехотная дивизия

(генерал-лейтенант Тейсен);

293-я пехотная дивизия

(генерал-лейтенант фон Оберниц);

296-я пехотная дивизия

(генерал-лейтенант Штеммерман).

2-я танковая армия генерал-полковника Гудериана 18 октября оставила поле боя в районе Брянска и сконцентрировалась для наступления в направлении Тулы.

Командующий армией в тот день издал приказ, в котором отметил проделанную работу и достигнутые успехи за период с 30 сентября. За это время танковая армия взяла 80 044 пленных, а также захватила или уничтожила 236 танков, 539 артиллерийских орудий, 66 противотанковых орудий, 87 зениток и 16 самолетов. Приказ заканчивался следующими словами: «Начавшаяся зима со своими дождями и метелями сделала дороги непроходимыми. Марши и бои стали отбирать необычайно много сил и времени. Если, несмотря на это, достигнуты такие большие и решающие результаты, то лишь благодаря самоотверженности и боеспособности войск и искусному командованию. За это приношу мою глубокую благодарность и выражаю особую признательность…»

Генерал-полковник Гудериан перевел свою штаб-квартиру в Орел. Перед ним на северо-востоке находился только XXIV танковый корпус (генерал танковых войск барон Гейр фон Швеппенбург) с 4-й танковой дивизией (генерал-майор барон фон Лангерман унд Эрленкамп) в районе Мценска и слева от него 3-я танковая дивизия (генерал-майор Брейт) в районе Волхова. XXXXVII танковый корпус (генерал танковых войск Лемельзен) ушел вместе с 18-й танковой дивизией (генерал-майор Неринг) и мотопехотным полком «Великая Германия» (оберст Хернлейн) с участка фронта в районе Карачева, а тогда еще относившийся к армии XXXXVIIII танковый корпус с 9-й танковой дивизией и 16-й мотопехотной дивизией развернулся в районе Дмитрова.

2-я танковая армия отдала под командование генерала танковых войск Гейра фон Швеппенбурга все имеющиеся в наличии и готовые к бою танки. XXIV танковый корпус должен был, независимо от флангового прикрытия, прорваться к Туле и повалить южный краеугольный камень обороны Москвы.

Три русские стрелковые дивизии – 52, 55 и 283-я – были выставлены в районе Мценска на восточном берегу Зуши. Они должны были не позволить корпусу с первой же попытки перебраться на другой берег реки. Только когда 4-й танковой бригаде (оберст Эбербах) с 6-м и 18-м танковыми полками в так называемом «грязевом сражении» у Мценска удалось подавить сопротивление русских, а потом отбросить стоявшие перед Чернью еще три русские части – 6-ю гвардейскую дивизию, 41-й кавалерийский дивизион и 4-ю танковую бригаду, дорога на Тулу была открыта.

«Единственная дорога, по которой могли двигаться наши войска, – писал Гудериан, – шоссе Орел – Тула – оказалась малопригодной для движения тяжелых машин и танков и через несколько дней была полностью разбита. Кроме того, русские, мастера разрушения, при отходе взорвали все мосты, а на более узких местах заминировали обширные участки местности вдоль дороги. Чтобы хоть как-нибудь обеспечить подвоз войскам, приходилось сооружать настилы из бревен длиной в несколько километров».

Тут вмешалось ОКХ и потребовало повернуть танковую бригаду оберста Эбербаха на Воронеж. Понадобился протест генерал-полковника Гудериана и длительные личные переговоры, чтобы ОКВ и ОКХ через два дня отменили приказ.

Наконец, 29 октября началось наступление на Тулу. Уже вечером того же дня передовая группа 3-й танковой дивизии под командованием майора Франка с шестьюдесятью солдатами пехотного полка «Великая Германия», всю дорогу ехавшими на бронетранспортерах, стояли в 5 км от Тулы! Ночью подошел 6-й танковый полк (оберст-лейтенант Мунцель), и утром 30 октября начался штурм города. Пехотинцы «Великой Германия» ворвались в город. В ближнем бою погибли все офицеры! Однако пехотинцы не сумели удержать захваченный опорный пункт и вечером были вынуждены отступить туда, где остановились танки. Не было ни литра горючего.

Дальше дело не пошло. В течение дня оберет Хернлейн привел два батальона своего полка, которые смогли только окопаться. Сил для атаки у них не было.

Далеко позади двигавшиеся пешим маршем солдаты XXIV танкового корпуса, XXXXIII (генерал пехоты Хенрици) и LIII (генерал пехоты Вейзенбергер) пытались прорваться к Туле.

Трудностей становилось все больше. Солдатам XXXXIII армейского корпуса, к примеру, десять дней не подвозили продовольствие. Они стали забывать слово «хлеб».

Конечно, были пехотные дивизии, которые в те недели и дни добились удивительных успехов. Не только фанатично сопротивляющиеся войска противника, но и день ото дня активизирующиеся партизаны, и, конечно, непреодолимая