Ключи от старинной библиотеки - Марина Григорьевна Халкиди

К тому же, слушая печь, я наконец-то узнала и о том, кто же эти таинственные темные.

Глава 17

Темные

Темными в этом мире называли колдунов. Но не всех, а принадлежащих к Кощееву роду. На этих словах Макоши я даже подавилась. Но с другой стороны, после избушки на Курьих ножках, в которой, наверное, обитала Баба Яга, стоило не удивляться, что здесь и Кощей имелся. Вернее, сам Кощей, который при жизни получил имя Бессмертный, и дал начало роду Кощеевых. Что сделать при наличии семи сыновей было не сложно. Правда имя Бессмертный и слухи, что ходили о том, будто убить его невозможно, оказались ошибочны. Прожил он дольше обычных людей. Но незадолго до своего трех столетия его не стало. Хотя до сих пор точно было неизвестно, что же с ним приключилось и кому удалось его убить, ведь он был сильнейшим колдуном своего времени. Вот всех его потомков и называли темными. С помощью магии они продлевали свою жизнь. И прибегали к темным заклятиям, как и их предок.

Обычные люди, да и та же нечисть темных боялась за их вспыльчивость, непредсказуемость и вредный характер, а также мстительность и силу.

Но страшно даже поле этого объяснения Макоши мне не стало. Но не верила я, что Мирослав мог причинить мне вред. И мне оставалось только аккуратно расспросить печь, какая магия в этом мире ведала о порталах между мирами. Ведь если темный колдун сильнее ведьмы, то последнюю мне искать и не надо.

— А светлые это кто? Волшебники?

— Иж слово какое заморское. Там может их и волшебниками кличут, а у нас они светлые. Они к темным заклятиям не прибегают. Живут хоть и дольше обычных людей, но их век гораздо меньше темных. Хотя и среди них бывают исключения из правил.

— А ведьмы, — вспомнила я о Матрене, — они кто — темные или светлые?

— Насмешила, девонька. Ведьма она ведьма, не светлая и не темная. Хочет добро творит, а захочет и злом ответит. Вредные они все, этого у них не отнять, и их лучше не злить. Но встречались среди них и те, кто творил только добро или только зло.

Женщины, одним словом, улыбнулась я, вспомнив о том, что в каждой женщине дремлет ведьма, которую так легко пробудить неосторожными словами или поступками.

— А мужчины ведьмаки бывают?

— Не слышала я о таком. Да и у ведьм только дочери рождаются.

— А стать ведьмой можно? — вспомнила я слова сестры о том, что Матрена ее в ученицы звала.

— Если в роду были ведьмы отчего же нельзя.

— А если не было их?

— Вопросы странные ты задаешь. Откуда сила появится, если не было? А ведьмы они ведь от природы свою силу черпают. Поэтому с лешими, духами и водяными на короткой ноге.

— А оборотни у вас есть? — продолжила я свой допрос.

— А это что за зверь такой? — не поняла Макоша.

— Люди, которые могут в животных обращаться.

— Двуликие что ли?

Слова оборотни в этом мире не было. А двуликие отличались от привычных в наших фильмах персонажей. Обращались они только в животных, причем по желанию, а не под воздействием луны, укуса или других факторов. Каждый мог обратиться только в одно животное. Двуликих было гораздо меньше людей и жить они привыкли деревнями-общинами, чтобы можно было защититься сообща в случае любой угрозы. Были и те, кто жили обособленно, но чаще всего пока семьей не обзаводились.

Имелась в наличие и другая нечисть, как водяные, лешие, русалки, домовые. Одни были более безобидны, а другие опасны. Люди жили отдельно от нечисти, то мирно жили, а то и враждовали.

Местный князь Ратмир, владеющий всей этой землей, был настроен в последние годы не очень дружелюбно по отношению к нечисти, но до войны дело не доходило. Хотя в человеческом городе и деревнях нечисть не очень жаловали.

— И откуда вы только все знаете? — поинтересовалась я у печи.

— Так скучно столько лет тут одной было время коротать, вот я и заглядывала в другие печи по княжеству. В том числе и в княжескую кухню заглядывала. Хоть так и узнавала, что нового в землях наших творится. Ведь от хозяина столько лет ни слуха, ни духа не было, — вновь пригорюнилась Макошь. — Но ничего, он теперь вернулся, заклятие с дома снял. А силы в нем столько, что поди он и Сварога сильнее стал. А ведь тот сильнейшим темным во всем княжестве был.

Рассказ печки закончился, а я поняла, что схомячила по кусочкам целый пирог.

— Ик…

— Может, еще чего изволите, хозяюшка?

Поспешно отказалась от добавки и сбежала от добродушной печи, пока она меня не закормила.

Во двор я все же вопреки словам Мирослава, что в его дом никто не осмелится заявиться, выглянула с опаской. Но во дворе было тихо. И я почти сразу упала в снег по колено.

Затем заметила дорожки, очищенные от снега, и прошлась по ним, чтобы рассмотреть дом со стороны. Да, он и впрямь поражал размерами. Вот только выглядел хоть и величественно, но довольно мрачно. И яркий орнамент ему точно не помешает. И так как у нас договор с Мирославом, я вернулась в библиотеку, чтобы потренироваться рисовать орнамент.

И это занятие вскоре так сильно увлекло меня, что я и не заметила, когда хлопнула дверь. Не расслышала я и шаги.

— Хорошо получается.

Вздрогнула и удивленно взглянула на Мирослава, который стоял позади меня, разглядывая мои потуги на художественной ниве. Он выглядел уставшим, а его глаза были совершенно черными. У меня прямо волоски на коже дыбом встали от странного ощущения, будто он пропах страхом и ужасом, причем не своим, а чужим.

Мирослав сразу отпрянул от меня, будто почувствовал мои эмоции. Мне стало неудобно, ведь ничем он конечно же не пах. Вернее, страхом и другими ужасами не пах. Впрочем, не могла я уловить и его привычный аромат.

— Следуй за мной, — глухо бросил он, отступив от меня еще на несколько шагов.

Надеюсь он не рассердился за мою реакцию на него? Попыталась заглянуть ему в глаза, но он уже вышел из комнаты и мне пришлось вновь догонять