Лекции по истории средних веков - Василий Григорьевич Васильевский

римлянами, а потом – новой Римской империей – Византией. Сначала благодаря влиянию Александра Македонского, покорившего мечом эти страны; впоследствии благодаря культурным преданиям и, наконец, римскому праву власть восточной империи продолжала держаться в этих странах. Но когда предания, постепенно ослабевшие, исчезли совсем, то оказалось, что греки не в состоянии поддержать и упрочить свой авторитет подобно тому, как это делали римляне. Наиболее осязательными следы греческого влияния остались здесь в развитии философии и религиозно-догматических вопросов, то есть той стороны жизни, к которой был наиболее склонен созерцательный греческий ум.

Благодаря тому на Востоке во многих отношениях почва была приготовлена для восприятия исламизма; еще в V веке мы замечаем там сильную оппозицию против новоримлян-византийцев; настоящая ненависть арабов-сирийцев к грекам ведет свое начало еще с этого времени греческого господства. Не менее того тяготились им и копты – жители Египта. Оппозиция всех этих племен выражалась преимущественно на догматической церковной почве в области религиозной мысли. Формулировки христианских истин, в особенности догмата о двух естествах Иисуса Христа, подали повод к выражению племенной ненависти. Особенно ярко представляется она после III (431 год) и IV Халкедонского собора (451 год), на котором определено было признать в Иисусе Христе две природы – Божескую и Человеческую. Собор этот подал повод к вражде, продолжающейся веками и начавшейся непосредственно после собора. Десять тысяч монахов Сирии и Палестины возмутились, не желая признавать постановления IV Вселенского собора; они явились огромной толпой к патриарху, требуя, чтобы он проклял самый собор, и когда он не согласился на это, то – низложили его. Волнения, сопровождающиеся кровопролитием и буйствами, повторились и в Египте и продолжались до времени Юстиниана. Попытка примирения, сделанная при этом императоре (она состояла в том, что стали признавать в Иисусе Христе две природы, но одну волю), подала повод только к новым смятениям, и дело тянулось таким образом до императора Ираклия, до появления исламизма. Некоторое время казалось, что восторжествует учение Халкедонского собора, но появление нового еретического учителя-проповедника, успевшего собрать возле себя последователей монофизитства, произвело вновь церковный раскол; явилась так называемая якобитская церковь (по имени этого проповедника) с тремя центрами: первый обнимал Месопотамию, Сирию и Палестину с патриаршеством якобитов в Антиохии. Второй центр был в Египте, где особенно резко выразилось совпадение национальной вражды к грекам с религиозным протестом. Последователи монофизитского толка стали прямо именовать себя коптами (египтянами) и свою церковь – Коптской, как бы желая выразить этим свое полное разобщение с греками. Последователи Халкедонского собора приняли имя мелкитов, что прямо означает «роялистов», «приверженцев императора»; и действительно, большая часть их состояла из чиновников, поставленных империей. Коптская церковь из ненависти к грекам отвергла греческий алфавит и упразднила греческий язык при богослужении, ясно выказывая таким образом совпадение вероисповедных тенденций и национальной вражды. Третьим центром монофизитства была Армения, где ранее всего начали созываться соборы и крепче всего утвердился монофизитский толк. В то время Армения представляется разделенной между двумя великими державами – Греческой империей и государством Сассанидов; и здесь, как во всех областях, подвластных грекам, начинаются волнения, попытки оппозиции, сопровождаемые нередкими кровопролитными столкновениями.

Таким образом, ненависть к грекам подготовила почву для восприятия исламизма. Что касается северо-западного побережья Африки, равно как и Испании, то и здесь мусульмане нашли своих одноплеменников: в Африке – берберов, в Испании – евреев, облегчивших им дело завоевания.

113

Впрочем, не следует приписывать новую цивилизацию только арабам; собственно, это была цивилизация и образованность персов. Ренан в своем сочинении «Ислам и наука» доказывает, что наука арабская не есть их собственная, а перешла к ним от покоренных ими народов, преимущественно персов (Ренан Э. Ислам и наука. М., 1888, русский перевод с французского).

114

Постановления национальных соборов называются капитуляриями потому, что они составлялись из нескольких глав (capitula) с несколькими заголовками.

115

По другому чтению – cassata.

116

Пипин Геристальский, майордом Австразии (679) и фактически правитель Нейстрии (с 687).

117

Тогда-то он переменил, вероятно, свое англосаксонское имя Винфрид на однозначащее латинское Бонифаций (Винфрид – «тот, кто дает мир»).

118

Еще раньше папа Григорий III указывал Бонифацию на необходимость созвать собор в Баварии, но из-за противодействия герцога Одилона собор так и не был созван. Только при Карломане, явно державшем сторону пап и занимавшемся церковными делами страны, желание папы и Бонифация могло исполниться.

119

Текст у Pertz’a в Monum. Germ. Hist. Script. T. II. S. 331–353, 357–359.

120

До этого времени диоцезы в церковном отношении подчинялись Риму.

121

Хродеганг после смерти Бонифация был назначен его преемником, папским легатом в Галлии.

122

Здесь опять не вполне ясно, что собственно даровал Карл Великий папе. В житии папы Адриана говорится, что папа получил всю Италию к юго-востоку от линии, идущей с юга на север; Лукка, Парма, Мантуя. Из другого источника, относящегося к 817 году, мы узнаем о вторичном договоре короля с папой, по которому он дарует последнему доходы с Тусции (Тосканы) и Сполето. Как соединить эти два известия? Фиккер думает, что сперва король действительно подтвердил дарования отца, но потом изменил условия (сообразно свидетельствам памятника 817 года). С выводами Фиккера согласны Зибель и Мартенс, оба отрицают, чтобы Пипин в 756 году, а Карл в 774 году могли даровать папе всю Италию, как сказано в vita Hadriani (житии Адриана), и считают известие жития подложным.2

123

Эйнгард называет имена выдающихся лиц, убитых в этом несчастном деле (Vita Caroli IX – см. у Яффе). Это историческое основание Роландова сказания, которое получило развитие впоследствии и послужило темой для множества политических вымыслов. В древнейшем виде является оно в XI веке в «Historia de Vita Caroli Magni et Rolandi» Турпина, архиепископа Реймского.

124

В этом капитулярии (De partibus Saxoniae), место и время которого с точностью не определено, почти каждая capitula кончается словами «morte moria-tur».

125

В составлении этих Libri принимал участие Алкуин.11

126

Ср. известия об ереси Карла в древнерусской литературе: «Историко-литературный обзор древнерусских полемических сочинений против латинян (XI–XV в.)» Андрея Попова. Москва, 1875. С. 5, 138, 178, 181. Тут говорится, что