Целитель - Gezenshaft

— Уже вчерашнем, — поправил директор.

— Хорошо. На педсовете, я полагал, вы примете решение о допуске меня к Запретной Секции.

— Этот вопрос тоже решался, но пока нет однозначного решения. Хм… — Дамблдор задумался, опершись руками о стол. — А вы знаете, в качестве компенсации за доставленный шок и неудобства, я одобрю ваш допуск. Только…

Дамблдор посмотрел на Снейпа.

— Северус. Прошу составить точный список тем и литературы, к которым мистер Грейнджер получит допуск, в соответствии со своими пожеланиями стать целителем. От себя я тоже добавлю те книги в список, о которых знаю.

— А кто компенсирует погром? — спросил Снейп. — Лично я этим заниматься не буду.

— Кто всё придумал, тот и компенсирует. Министерство и так очень значимые деньги зарабатывает, как и сам Фадж. А вы, мистер Грейнджер, как мне известно, заинтересовали Малфоя-старшего. Думаю, через него Северус донесёт до министра нужные мысли.

— Ладно, директор, — улыбнулся я. — Колдуйте, что нужно. Только вот…

Я протянул рюкзак обратно.

— Пусть побудет у вас. Не знаю, как скажется подводная обстановка. Вдруг русалкам покажется вещица интересной. А вещица кусается знатно. В воде может приголубить многих. Обидятся ещё, на вилы насадят меня, и всё.

— Разумное решение, — Дамблдор принял мой рюкзак. — И я уже имел удовольствие увидеть результат работы защиты на вашем рюкзаке. Очень занятно и интересно реализовано.

— Благодарю.

Я сел на одно из уцелевших кресел.

— Приступим.

— Что же… — директор достал палочку. — Готовы?

— Нет.

— Прекрасно, — Дамблдор указал палочкой на меня. — Со́мнус…

И темнота. Опять.

***

Пэнси сладко потянулась в чертовски удобной кровати, мимоходом толкнув Дафну и получив такой-же толчок в плечо, только осознанный.

— Эх, Даф… — протянула она, блаженно зажмурившись. — А мне такой сон снился… Такой сон…

— Угу, сон ей снился…

В интонациях Дафны что-то было не так, и Пэнси тут же открыла глаза, садясь на кровати и скидывая одеяло.

— Что не так? — вяло посмотрела она на подругу спросонья. — Чем тебе мой сон не нравится? Ты его даже не видела.

— Сон? — раздался голос Миллисенты, что уже проснулась, а судя по тому, что была одета, причёсана и вообще, представляла собой эталонную девушку-толстушку, наотрез отказывающуюся худеть, проснулась она давно. — Если я поняла, о чём ты, то это был не сон.

— А как же… Он же… Прямо с потолка. Аппарация в Хогвартсе… Сон! — важно кивнула Пэнси, постепенно краснея. Видать, понимала, как всё неприлично получилось. — И где он?!

Пэнси заозиралась, но Гектора нигде не было. Несправедливо. Глянув направо, Пэнси увидела сидящую на кровати Дафну в ночнушке, а в руках она держала одну розу. Полупрозрачную, изо льда, совсем как те цветы, что растут в ледяном горшке в закутке с личными вещами Гринграсс.

— Твои там, — кивнула Дафна куда-то в сторону.

Пэнси повернулась к тумбочке со своей стороны и увидела букетик обычных роз и записку.

— Как же…

— Милли мне всё рассказала. Как и твою идею, — Дафна обернулась к Пэнси, и хищно улыбнулась.

— Упс… — Пэнси попыталась состроить невинное личико, но такое не брало Дафну. — Ты слишком много хихикала и пиналась.

— Да-а-а?

— Однозначно, — важно кивнула Пэнси, взяла записку и быстро прочитала. — Ах он… Ах он!!! Подлец!!! Ну я ему… Ну я его…

— Судя по всему, — ухмылялась Миллисента, стоя у небольшого книжного шкафчика и подбирая художественную литературу на сегодня. — Ты ему уже, и ты его и так и эдак…

— Да ну вас! — надулась Пэнси, потянувшись рукой к букету, попутно вновь краснея. — Ничего…

В этот момент она ощутила, как Дафна чуть навалилась на неё со спины, ехидно ухмыляясь.

— Ты смотри, а? — скалилась Гринграсс. — Сколько жила с тобой в одной комнате, и даже не подозревала, кто тебе на самом деле нравится.

— Да не нравится мне он!

— Ну-ну… Обманывать подруг нехорошо. Ой нехорошо!

Дафна ловко повалила Пэнси на кровать, начав быстро и ловко щекотать ту своими тонкими пальцами.

— Аа-а-а! Ха-ха-ха… Нет! Мама-ма-ма-ма! Памагити-и-и-и-и!

— Будешь знать, ха-ха! — Дафна проявляла доминирующие черты своего характера. — А наказание я тебе ещё придумаю.

— Не-ет!

— Да! А знаешь почему? Потому что он всё видел, слышал и помнит! Милли — отличный шпион, хоть с виду и не скажешь.

— Да ну нет! — Пэнси в шоке открыла глаза, уставившись на Дафну, пока та прекратила экзекуцию.

— А ты по записке не поняла? Про принца?

— О, я тупая!

— Просто не проснулась… Продолжим. Это за то, что спала на плече Гектора…

— Не-е-ет! А-а-а… Ха-ха-ха! Я больше не буду! Наверное…

— Что? Ну держись!

***

Могу заверить без утайки, находиться под водой, под чарами сна, стазиса, и Мерлин знает чего ещё — сомнительное удовольствие.

Не могу с уверенностью сказать, как сильно привязан процесс мышления волшебника к его мозгу, по крайней мере, процесс привычного нам мышления, но даже под этими чарами я ментально бодрствовал. Правда, бодрствование это было, словно под конской дозой успокоительных, но без снотворного эффекта, да и касалось только разума. Готов поспорить, что не будь у меня паучков и связи с ними — вырубило бы и сознание. Всё-таки поступающая от них визуальная и звуковая информация так или иначе удерживает сознание.

Но есть в этом и минус. От тела разум оказался отсечён. Проще говоря, я чувствовал себя крайне тупым разумом роя пауков. Сами по себе они тупые, а точнее, подчиняющиеся модели поведения и не имеющие даже намёка на разум, но, похоже, душа моя не знает покоя, и лишившись связи с телом, но не привязки к нему, лишившись поступающей в огромном количестве информации от тела, сконцентрировалась на доступном — паучках.

Толку с этого не очень-то и много. Паучки сидели по углам замка там, где я их оставил и там, где был лучший обзор вокруг, ведь у них нет собственных потребностей. Либо же шныряли где-то, повинуясь сумрачному интересу моего сознания. Вот эту парочку деятелей я и постарался взять под контроль, чтобы добраться до места проведения состязания.

Было это легко? Нет, ни разу. Для начала, паучки очень мелкие. Пусть они и не ограничены в своих возможностях размерами собратьев, но они оставались действительно маленькими, и преодолеть путь от замка до Чёрного Озера, да ещё и в предрассветном сумраке, было очень непросто. Каждый камень — огромный холм. Каждый холм — горный массив. Сухие травы — странные извилистые препятствия. А ещё был риск банального нападения со стороны фауны. Но, с горем пополам, мне удалось добраться до берега, где волшебники из министерства спешно возводили трибуны, ставили палатки и вообще, готовились к проведению мероприятия.

Расставив паучков так, чтобы иметь обзор на всю площадь проведения планируемого мероприятия, чтобы слышать всё, что нужно, я принялся ждать. И вот ждать-то оказалось неожиданно легко. Задался целью — выполнил. Никаких ограничений физиологии, никакой скуки. Правда, скорость мышления и вообще, образ этого мышления, были крайне унылы. И понимание разницы угнетало.

Светало. По идее, сейчас должен проходить завтрак. Обнаружится ли пропажа сразу? Ну, мою-то пропажу сразу заметят, как в прошлый раз — я