Пастушка Анка - Бранко Чопич

Вдруг Францка перестала смеяться, изменилась в лице и убежала в дом.

В ГОСТЯХ У ДЕДА СОМА

Наступила ночь. Из-за гор выплыла луна. Дождавшись, когда на мельнице погаснет свет, Юрий подошёл к омуту и бросил в воду рыбий зуб. И что за чудо: вода тут же расступилась, и Юрий увидел лестницу, которая вела вниз. Он стал спускаться. Когда он был на третьей ступеньке, вода над ним сомкнулась, и навстречу ему вышел Сом.

— Приветствую тебя в своём отечестве! — воскликнул Сом. — Ступай за мной без всякого страха. Водяной ушёл в гости к королю и пробудет там до утра.

Юрий спустился на дно реки. Вода совсем не касалась его тела. Дед Сом привёл его в просторный зал, усадил на трон из перламутровых раковин, а сам улёгся поудобнее у его ног.

— Чувствуй себя как дома, — сказал Сом. — Смотри в оба и мотай на ус всё, что услышишь.

Тем временем в заде началась суета и суматоха. Раз в месяц, в пору полнолуния, всё подводное население собиралось во дворце королевы Золотой Рыбки, чтоб мирно побеседовать и обсудить все свои рыбьи дела и заботы. Председательствовал на этих собраниях дед Сом, мудрейший из рыб, проживший долгую и трудную жизнь и не раз подвергавшийся смертельной опасности. До сих пор носил он на своём тучном теле следы рыбацкой остроги. Рыбы любили и уважали деда Сома, прислушивались к его мудрым и добрым советам. Вот и сегодня все с нетерпением ждали, что скажет дед Сом. Сом долго молчал, словно собираясь с мыслями, и наконец заговорил медленно и веско:

— Река — наша родина, и мы должны быть её хозяевами! По какому праву водяной чинит над нами насилие и несправедливость? Почему мы позволяем ему властвовать над нами? До каких пор мы будем покоряться ему? Пора поло жить конец его бесчинствам! Но Детокрад силён, и одним нам с ним не справиться. Потому-то и привёл я сюда нашего друга Юрия. Он поможет нам освободиться от водяного.

— Поможет! Поможет! — закричали хором все рыбы, а самая красивая Стерлядка подплыла к нему поближе и чмокнула в щёку.

— Слушайте дальше, — продолжал дед Сом. — Водяной носит на своём сердце три ключа. Первый ключ, из кости акулы, от стеклянного дворца; второй, из кости кита, от темницы, где он томит своих пленников и нашу королеву Золотую Рыбку, а третий, из моржового клыка, от каменной шкатулки, где хранится жемчужина-слеза. И когда пробьёт час, мы, рыбы, раскинем вокруг стеклянного дворца сеть из человечьих волос, которую сплели для Юрия малые пташки. И водяному придёт конец.

В зале наступило радостное оживление. Молоденькие рыбки так и вертелись вокруг Юрия, гладили его и наперебой выражали ему своё восхищение. А старый грузный Сазан выкопал со дна жирного червяка и протянул его гостю. Юрий улыбнулся и начал было отказываться от угощения, но тут слова его заглушил грохот, похожий на шум прибоя. Рыбы задрожали и бросились врассыпную.

— Водяной возвращается! — сказал дед Сом и вернул Юрию свой зуб.

Вода сразу расступилась, и Юрий по лестнице поднялся на берег.

ОБРУЧЕНИЕ НА МЕЛЬНИЦЕ

Мельничиха заметила, что новый батрак поглядывает на Францку, и уговорила мельника поискать женихов. И вот стали свататься к Францке парни из окольных сёл.

Первым пришёл молодой кузнец из ближнего села. Такого парня только поискать — сильный, стройный и собой пригож.

— Руки у него шершавые, — фыркнула Францка, примеряя перед зеркалом новую шаль.

«Ну и оставайся в девках, гордячка надутая! — подумал кузнец и в сердцах швырнул в омут шапку. — В гладких руках деньги не держатся!»

Не долго горевал кузнец. Он был весёлый человек и даже радовался, что не женился на этой белоручке.

На другой день пришёл второй жених — столяр из соседнего городка. Всем взял парень — и собой пригож, и руки золотые: самые именитые горожане только ему заказывают столы и лавки и всякую прочую мебель.

Францка взглянула на него, пожала плечами и сказала:

— Боюсь, как бы он мне гроб до времени не сделал!

Осердился столяр и кинул ей в лицо:

— Ну и оставайся вековухой или выходи за водяного!

— А чем он не жених, ежели богат? — огрызнулась Францка.

Мельник так и покатился с хохоту.

— Умная у меня дочка! — заливается он. — Ей-ей, умница да разумница. Дукаты — лучшая сваха для всякого жениха!

А водяной не дремал. Понравились ему речи Францки. Быстро сбросил он с себя подводную шкуру и обернулся красивым юношей. Карманы набил деньгами, подкрутил усы и направился к мельнице.

А Францка в то время у окошка сидела. Увидела она незнакомого человека, с виду благородного да богатого, побежала к матери и прошептала:

— Маменька, чует моё сердце, что пойду за него!

Мельник пригласил гостя в дом, а мельничиха уставила стол пирогами, жирными колбасами и красным вином. Оба так и вертятся вокруг желанного гостя, а Францка сидит в углу и всё понять старается, с чего это вдруг вся комната пропахла болотной тиной. Она даже окошко закрыла, думая что этот противный запах идёт с улицы. А ещё ей показалось, что глаза у гостя словно водой залиты и голос у него какой-то квакающий. И от всей его фигуры тянет холодом и сыростью. Однако всё это пустяки, если на пальце у него чудесный перстень с красным рубином, на котором так и играет солнышко.

— Ох, какой у вас дивный перстень! — воскликнула Францка, всплеснув руками.

Водяной встал из-за стола, снял с пальца перстень и с низким поклоном протянул его Францке.

— Примите этот скромный дар, красавица! — сказал он сладким голосом.

Взяла Францка перстень, надела на свой палец и спросила:

— У вас есть ещё такие, милостивый государь?

— Полный сундук. А ещё полные корзины золотых цепочек, браслетов и жемчуга. И всё это будет твоим, если станешь моей женой!

При этих словах мельник вскочил из-за стола, схватил гостя за руку и воскликнул:

— Больше ни о чём не спрашивай! Выкуп на бочку — и она твоя!

Водяной сунул руку в карман и рассыпал по столу горсть дукатов.

У мельника дух занялся при виде золота. Кликнул он Юрия и велел запрягать лошадь и ехать за музыкантом, чтоб отпраздновать помолвку, пока гость не передумал. Мельничиха кинулась на кухню готовить жаркое и яичницу. На радостях они и не заметили, как загремело за горами, как собрались над рекой чёрные тучи. Мельник послал Францку помочь матери, а сам сбегал в погреб за лучшим