Команданте - Д. Н. Замполит

— Мелкий собственник контрреволюционен, — отрезал Фидель.

— Да, если отбирать у него собственность, — все происходящее было настолько нереально, что Вася не задумывался возражать. — А так частнику пофигу на власть, лишь бы зарабатывать не мешали.

— Значит, идеал великой латиноамериканской родины, — думал Кастро вслух, — левонациональный союз стран. Ну предположим, но все это потребует массы усилий и, в первую очередь денег. А у нас их нет, в экономике Кубы серьезные проблемы и если мы их не решим, люди будут вправе указать нам на дверь.

— Нам не нужно денег, все необходимое мы добудем сами, — решительно заявил Вася. — Что нам очень нужно, так это кадры, способные создать надежную сеть в городах и обеспечить контрразведку.

И он рассказал о вопиющих с его точки зрения косяках людей, призванных обеспечивать партизанский «очаг». И увлекал слушателей перспективой стать как минимум моральным центром «новых левых» всего мира — тех, кто вслед за Фиделем и Че идут дорогой прямого индивидуального действия и личной ответственности.

Знал бы Вася, насколько точно он угадал с моментом для этой идейной инъекции — как раз сейчас Фидель давил попытку промосковских коммунистов поменять курс[vi]. И что сам Фидель вернется именно к промосковскому курсу после провала попыток разжечь революцию в Латинской Америке.

Далеко заполночь Кастро бросил взгляд на «ролекс» на запястье, извинился, и предложил заканчивать.

— Что тебе нужно сейчас? — спросил он напоследок

— Добраться до койки и связаться со своими. Мне нужно поддерживать кечуа, иначе они откажутся подчиняться «пришлым».

— Хорошо, тебя отвезет моя машина, а завтра съездим в радиоцентр.

[i] Гальего — чистокровный испанец, белый,

[ii] На тот момент — второе по старшинству звание в вооруженных силах Кубы. Выше только Фидель, Comandante-en-Jefe.

[iii] Крепость при входе в бухту Гаваны, где в январе 1959 года размещался штаб Че

[iv] Конь, жеребец — прозвище Фиделя.

[v] Человек, практикующий сантерию.

[vi] Т. н. «Дело микрофракции».

Глава 10 — Без теории нам смерть

Кортеж влетел в больницу с визгом шин, команданте-эн-хефе стремительно выскочил из газика, прыгая через ступеньку поднялся к главному входу и… вот уже полчаса беседовал с девчонкой-уборщицей, мывшей пол в вестибюле. За это время порученец успел передать Васе зеленую униформу, ремень и прочие прибабахи, проследить, чтобы он нацепил знаки различия капитана Революционных вооруженных сил, уточнить, позавтракал ли поднадзорный и вывести его к выходу.

Фидель не отвлекался от разговора еще минут десять, Вася даже подошел поближе, чтобы показать, что он полностью готов, но разговор прекратила девчонка, ойкнув при взгляде на часы — она уже опаздывала на занятия медицинского факультета.

— Не бойся, успеешь, — успокоил ее Фидель, тут же подозвал порученца и отправил на одной из своих машин довезти студентку до университета.

Свита быстро погрузилась в «козлики», медперсонал проводил Васю несколько даже испуганными взглядами, поскольку все обернулось старым анекдотом «Не знаю, кто этот парень, но водителем у него сам Фидель». Не среагировал только доктор Дуке, он с приезда зарылся в новые неизвестные методики, да к тому же в чехословацком советнике Министерства здравоохранения Франтишеке Кригеле нашел старого товарища по интербригадам, отчего несколько выпал из жизни.

Поездка затянулась — Фидель останавливался поговорить то с водителем грузовика, копавшегося под капотом, то со строителями, но наконец кортеж добрался до радиоцентра Хе-дос[i], кубинской разведки. Жаль, конечно, что не к русским, но подозревать Кастро в желании поделиться с Советами тайнами континентальной революции как-то странно.

Операторы, отсалютовав Фиделю, по его приказу нащупали партизанскую частоту и в динамиках через скрежет и помехи эфира зазвучало:

— Слушайте Радио Ребельде! После выпуска новостей — воскресная проповедь с падре Луисом! Продолжается и расширяется забастовка в Уануни. Шахтеры свободной территории приступили к формированию органов самоуправления. Армейские подразделения не вмешиваются.

На грани забастовки нефтянники YPBF[ii], их переговоры с руководством корпорации до сих пор не дали удовлетворительного результата.

В Ла-Пасе прошли выступления учащихся университета под общедемократическими лозунгами. Дорогие студенты, выступать за все хорошее против всего плохого весело, но бессмысленно! Включайтесь в работу по созданию народных комитетов или хотя бы по обучению жителей горных районов.

Отряд субкоманданте Хухо разгромил армейский пост в департаменте Потоси. Захвачено свыше двадцати винтовок и большое число патронов.

За прошедшую неделю силами безопасности Революционной повстанческой армии Боливии выявлено пятеро агентов правительства. Четверо высланы, один по приговору народного суда расстрелян.

В результате действий отрядов команданте Рамона полностью вытеснены полицейские из провинции Бенто департамента Чукисака. Поддержанием порядка занимаются партизаны и добровольцы из числа местных жителей. Для покидающих нас сотрудников МВД звучит «Прощальная песенка» в исполнении Лолиты Торрес.

Как только отзвучали последние аккорды, падре задвинул про бедность как источник греха и не постеснялся назвать главные ее причины — непомерную жадность роскас, неправедную власть, грабительскую политику иностранцев, пообещав им всем погибель души.

— Лихо, — восхитился Фидель после первых же фраз, — где вы такого нашли, он что, действительно падре?

— Иезуит.

— Ого, красный поп! — Кастро сам окончил иезуитский колледж и потому оценить проповедь Луиса Эспиналя мог вполне профессионально.

— Ну, не то, чтобы красный, — уточнил Вася, — но много работал с простыми людьми, знает их нужды. Умный, честный — что еще надо?

Фидель утвердительно махнул сигарой и тут же повернулся на скрип двери:

— А вот и Барбароха![iii] Все просьбы — к нему, я тут не распоряжаюсь. И можешь ему доверять, как мне.

Лобастый команданте, улыбаясь в густую рыжую бороду, представился Мануэлем и быстро организовал передачу сигнала вызова на связь.

Фидель тихо попрощался и умчался дальше, приказав Васе вечером приехать к Селии.

Пока ждали времени сеанса, Мануэль выспрашивал о партизанских делах, касик отвечал уклончиво — ну зачем связисту знать лишнее? Уловив эту закрытость, Мануэль назвал свою должность — начальник Главного управления разведки МВД Кубы и продолжил расспросы. Особо его интересовало состояние Че и «сны» о Чехословакии. Вася повторил сказанное у Селии, но потом сообразил, что кубинская разведка наверняка имеет свою сеть в Восточной Европе, где проходят обучение тысячи студентов Острова Свободы и сотни офицеров. И вот с точки зрения сохранности этой сети настырное внимание Барбарохи становилось понятным. Касик постарался, насколько это позволял формат «предсказания», обрисовать будущие события, вплоть до ввода войск.

— Есть связь! — доложил офицер-радист и они перешли в комнату с аппаратурой, где Вася припал к микрофону с наушниками.

— Наш друг собирается