А может, это просто мираж… Моя исповедь - Наталия Валерьевна Гулькина

И тут меня понесло:

— Платишь мне 25 рублей, а Разиной — 75, у тебя существует несколько составов, которые ты отправляешь в лучшие места да на Черные моря, а мной только дыры затыкаешь. Разве это справедливо? Я же записала пять песен в альбоме и пропела все бэки на песнях Маргариты Суханкиной. А сколько городов я честно отпахала, принося тебе в карман кругленькую сумму! Почему ты так поступаешь со мной?

— Что тебя не устраивает? — перебивает он меня.

— Меня не устраивает, как ты ведешь свою игру. Я не считаю, твои деньги и никогда этого не делала. Ты обещал, что я вернусь с гастролей и мы запишем альбом. В итоге я не успевала прилетать, как ты отправлял меня в другие города. А теперь говоришь, что альбом уже записан и я должна петь под чужую фонограмму?

— Ты все сказала? А вот теперь послушай меня. Я композитор, и не нужно мне читать нравоучения. Либо ты принимаешь правила моей игры, либо нет, по-другому не будет!

— Неужели мы не можем поговорить по-человечески и пойти навстречу друг другу? — почти плакала я.

— Тебя завтра ждут с концертами в Саратове, так что лучше отдохни и собирайся на гастроли. Не усугубляй ситуацию, ведь до этого все было хорошо. Зачем что-то портить? «Мираж» популярен. Люди тебя боготворят, тысячи девчонок мечтают оказаться на твоем месте, а ты выпендриваешься! — И, не дожидаясь от меня ответа, он просто повесил трубку.

На следующий день я улетела на концерт, отработала, вернулась и опять звоню Андрею.

— Что тебя не устраивает на этот раз?

— Меня не устраивает моя зарплата, я хочу записывать новые песни, и давайте как-то между гастролями делать хоть небольшие перерывы! Я же не лошадь, мне тоже нужен отдых. В конце концов, у меня заболел ребенок, у него температура под 40. Я должна хоть несколько дней побыть дома и помочь родителям!

— Хорошо, побудь дома, лечи сына.

Вечером раздается звонок от директора Саши Букреева:

— Наташа, планы изменились, ночью у нас с тобой вылет.

— Ребята, да вы что! Я никуда не полечу! У меня болен сын, у него высокая температура. Меня больше месяца дома не было. Я же говорила Андрею, что не могу лететь. И он мне разрешил остаться дома на несколько дней!

— А я объясняю тебе, что ситуация поменялась и ты должна лететь! — надавил он на меня.

— Я не могу, Саша, войди в мое положение. У тебя же тоже дети есть.

— Есть, и с ними сидит моя жена, а у тебя есть аж две бабушки. И тебя ждут зрители!

— Я в первую очередь мать. Именно сейчас Леше нужен уход. Мое сердце разрывается, глядя на ребенка. Я не могу никуда лететь, тем более через пару часов. В таком случае я просто ухожу из группы.

— Тогда ты будешь уволена по 33-й статье, — произнес он и швырнул трубку.

Уволить по 33-й статье в советское время означало погубить жизнь человеку. Я не верила, что они так со мной поступят. В результате я так и не полетела. Таким образом, сказали мне на следующий день, я сорвала концерты и должна за это ответить. Это были нереальные разборки. Мы приехали с Костей на встречу в ООО «Союз», где лежала моя трудовая книжка. Я рыдала и просила:

— Пожалуйста, не надо меня увольнять по 33-й статье, вы же испортите мне трудовой стаж, меня больше не возьмут ни на какую работу.

Литягину было плевать на меня, он был непреклонен и написал: «Уволена за невыход на работу по статье 33». Спустя месяц, после уговоров и слез, он зачеркнул предыдущую запись и написал, что я уволена по собственному желанию. Так мы и разошлись.

После всего этого всем рассказывали, что я якобы не ушла из «Миража», а меня уволили из-за того, что я сею смуту в коллективе. И вечно чем-то недовольна. Нет, я сама была уже готова уйти, потому что не могла больше терпеть обман и позволять безнаказанно пользоваться собой. Я больше не видела для себя никаких перспектив в этом коллективе, поскольку следующий альбом был записан уже не мной. Я больше не находила общего языка с руководством, и мы не были подружками со Светланой Разиной, которая всегда чувствовала во мне конкурентку и явно недолюбливала меня. Кроме того, Разин прочистил мне мозги — чаша оказалась переполненной, и случилось то, что рано или поздно должно было случиться. Я надеялась на Андрея Разина, что он, как и обещал, станет моим директором, и на этой ноте распрощалась с «Миражом».

Кавказские страсти

Андрей Разин настолько был увлечен своим новым проектом «Ласковый май», что ему явно было не до меня. Я продолжала ездить на гастроли как солистка группы «Мираж» (так мы указывали в афишах). После ухода из «Миража» я приняла для себя решение, что больше ни одного выступления на концертной площадке под фонограмму не будет! Моя совесть не позволяла мне обманывать людей. Гастроли продолжались активно, но я могла уже сама регулировать свой график. И, конечно же, я продолжала исполнять те пять песен, которые записала в «Мираже». Репертуара было очень мало, и я решила сама написать песни. Так появился хит «Солнце горит», который тут же стали крутить буквально все радиостанции.

Ночь пролетела, будто ветер злой,

Но я не верю, что теперь

Так легко мы расcтанемся с тобой.

И я закрою за тобою дверь.

Нашу любовь я не предам вовек,

Буду всегда тебя любить.

Счастлив лишь только будет тот человек,

Что на Земле счастливым хочет быть.

Припев:

Солнце горит, горит сегодня в небе,

Лишь для тебя время летит,

Летит, не медля, обжигая сердца.

Знаю, настанет день, и ты поймешь —

Нет большей силы, чем любовь.

Видишь, открыта дверь, и я жду, что ты придешь,

Что будем счастливы с тобой мы вновь.

День пробежит, пройдет и жизнь,

А вместе с нею любовь.

Время летит, летит, как ветер,

Не вернешь его вновь.

Припев:

Следом за этой песней вместе с Леней Величковским мы написали «Улетает в небо шар», и она тоже стала популярной. Все думали, что это новый «Мираж», а