Иноземец с черной аурой - Александр Владимирович Немченко

— О, уже лучше.

— Сейчас я его поймаю, — сказал я уже более уверенно.

Мастер смерил меня взглядом, ухмыльнулся, а затем метнул шарик.

Моя рука рванула наперерез. Благодаря тому, что глаза практически полностью заполнились аурой, я прекрасно видел полет маленького снаряда, рука со скоростью пушечного ядра выстрелила вперед, пальцы растопырились, а в следующий миг сомкнулись на шарике.

Я, тяжело дыша и чувствуя, как бешено колотится сердце, глянул на шарик в руке.

Мастер же довольно улыбался.

— А ты быстрее освоил это, чем я ожидал. Молодец. Ну что ж, тогда давай поймай их все.

Оставшиеся двадцать семь шариков я поймал без проблем.

— Что ж, раз уж ты это освоил, то, похоже, понял, что нужно делать. Тогда теперь я буду кидать чуть быстрее, теперь твоей задачей будет уклониться от них, используя движения стиля школы змеи. Распределяй ауру правильно.

Мастер собрал шарики, а затем… начался ад.

Я не сразу выработал у себя рефлекс и поначалу неправильно распределял ауру в ногах и корпусе. Так что на теле появились несколько синяков. К полудню мне удалось увернуться от всех бросков.

С Сили во время обеда переговорить не удалось, она вопреки привычке решила есть одна, уйдя в дом, правда, попросив прощения, что не может провести время со мной.

Во второй половине дня мы опять занимались тем, что сначала я ловил шарики, а потом уворачивался от них. На этот раз мастер кидал их быстрее и потому поймал я только половину. Уклонился тоже только от половины, так что к концу дня на теле добавилось изрядное количество синяков.

Лежа в прохладной ванне, я почувствовал легкое облегчение, ибо только в этот момент боль отступила.

Поздно вечером вместо того, чтобы лечь пораньше спать, я несколько раз прогнал ауру по телу, на этот раз изменяя насыщение: то полностью старался насытить ей кожу, то кости, то мышцы.

Следующий день начался с того, что я в приседе, накачав мышцы ног аурой на 90 %, смог продержать бревно десять минут, что удивительно, ведь по расчетам я должен был продержаться лишь девять. Но, то ли стал сильнее, то ли из-за того, что моя аура втрое сильнее, смог продержаться дольше. Правда это только на первой попытке, вторая и третья, а потом и четвертая закончились на восьми минутах. Обедал опять в одиночестве, что слегка озадачивало и заставляло задуматься, а не обидел ли чем-то Сили.

На руках я продержал бревно почти сорок пять минут, но после выше тридцати не выдерживал. Во время медитаций хотел было опять прогонять ауру, насыщая разные участки рук — то мышцы, то сухожилия, то нервы, но решил следовать указаниям мастера, который требовал просто насыщать аурой конечности без конкретных пропорций.

Что не давало мне покоя, так это то, что я уже почти подошел к нужным 100 % насыщения мышц, а время, которое я удерживаю бревно в приседе — далеко от нужных двадцати минут. То же самое и с руками. Либо я что-то делаю неправильно, либо мастер неверно оценил мои возможности, либо… есть еще какой-то смысл в тренировках.

Ночью перед сном я, как всегда, отрабатывал удары и уклонения, старясь в нужных пропорциях насыщать тело аурой.

Так шли день за днем, и я понял, что мастер не только учил меня правильно распределять ауру и лучше ее контролировать, но цель тренировки была еще и в том, чтобы развить мою силу и увеличить объем ауры. С каждым разом он кидал шарики все быстрее, а с каждой новой тренировкой я мог чуть дольше продержаться в приседе.

За два дня до того, как должны были начаться очередные тренировочные спарринги, я смог продержать бревно больше двадцати минут, причем несколько раз подряд пусть и с перерывами. Что и продемонстрировал мастеру. По моим ощущениям я стал сильнее физически, да и, кажется, объем ауры увеличился. То же самое я продемонстрировал и удержав бревно руками.

— Молодец, Леша, — широко улыбнувшись, произнес Вион. — У тебя все получилось. Наконец твой контроль ауры стал приемлемым. Не говоря о том, что и ее объем увеличился. Теперь я вижу, что не зря сделал на тебя ставку. Такую тренировку могут пройти единицы, и только люди, обладающие природным талантом к боевым искусствам, могут это сделать. Я рад, что ты один из таких людей.

Завтра можешь отдохнуть, а послезавтра будут опять спарринги.

В обед ко мне подошла Тэн Ли. Пока она шла, убранные на затылке в конский хвост волосы раскачивались из стороны в сторону, словно она была рада мне.

— Гляжу, ты смог впечатлить мастера, — произнесла она.

— Почему это?

— Ну, после тебя он пришел довольный. Кстати, увидев это, Шэнь, у которого до этого прогресс был не особый, стал еще более упорным, и перед тем, как прийти к тебе, я услышала, что у него получилось оставить на камне «укус». Похоже, он теперь всерьез воспринимает тебя.

— Не думаю.

— Может и так, но он видит, как к тебе относится Сили, как мастер стал более благосклонен к тебе. Он чувствует опасность, что его любовь не только уведут, но еще и с благословения мастера.

— Дурак, — произнес я.

— Да? Почему это?

— Не собираюсь я у него уводить Сили. Она хорошая девушка, но если я пойду по пути боевых искусств, то она не сможет идти вместе со мной.

Слева внезапно послышался шорох. Мы обернулись. В трех шагах от нас застыла Сили с рисом, явно собиравшаяся присоединиться к нашей компании. Она опустила голову, резко развернулась и помчалась прочь.

Я хотел было рвануть следом, но меня остановила Тэн Ли.

— Не стоит проявлять жалость. Ты сказал правду. Ей нужно было об этом узнать. А если сейчас побежишь за ней, начнешь извиняться — опять дашь ложную надежду.

Я вздохнул, уселся на место. Что и говорить — Тэн Ли права.

— Получается… ну в отношении девушек, тебе нужна та, кто сможет пройти с тобой вместе путь боевых искусств? — внезапно спросила Тэн Ли.

Я почувствовал легкую запинку в ее голосе и нервозность, покосился на девушку. Та улыбнулась.

— Да шучу я, шучу. Неужели ты подумал, что я влюбилась в тебя? — засмеявшись, спросила она.

— Нет, конечно. Просто какой-то странный вопрос, тем более от тебя.

На несколько секунд повисло молчание, затем Тэн Ли поднялась.

— Ладно, я пойду тренироваться.

* * *

Наконец настал день тренировочных спаррингов. На этот раз я был спокоен и