Истинный - Роман Прокофьев

За пределами узилища что-то двигалось. Несколько силуэтов, среди которых выделялись темный и светлый, а также большой. Были и другие. Потом я увидел, что рядом пронесли что-то, размером и формой сравнимое с саркофагом. Услышал звуки, металлический лязг и плохо различимые голоса.

Затем граница сферы содрогнулась и пропустила внутрь двоих. Первый — тот самый золотой Восходящий в черной броне, покрытой золотыми рунами. Вернее… Восходящая. Да, меня одолела женщина! Волна черных, длинных, как плащ, волос (как только под шлем убирает?), мраморно-белая кожа и изящные, как у совершенной скульптуры, черты лица. Несомненно, кел, причем чистопородная. Но, несмотря на это, она не производила впечатление красивой обитательницы Вечности, совсем нет — эта скорее дышала холодной опасностью. Может, из-за черных, почти без радужки глаз, а может — из-за выражения лица и мимики, которые сразу выдавали натуру.

Ядовитая змея перед броском.

Второй — тот, что маячил за правым плечом, походил на миниатюрную копию Моркана. С опозданием я понял, что это он и есть — просто не увеличенный в десять раз Аспектом. И даже слегка похожий на чудовищно, гипертрофированно измененного человека, пусть двух с половиной метров ростом и шрамированного на сто процентов кожного покрова.

— Круглоухий из Народа Земли, — сказала Восходящая на Едином, глядя на меня. — Я таких уже видела.

— Эрда Онора… Я сломаю его, как веточку…

Это чудовище, оказывается, еще и умело говорить, с рычащей нечеловеческой артикуляцией, но вполне членораздельно.

— Нет, — холодно отрезала золотая кел, явно изучая меня. В ее взгляде чувствовался интерес энтомолога, поймавшего диковинную бабочку. — Он не тот, за кого себя выдает.

— А кто?

— Чужое отражение. Может, фактотум. Не знаю чей. Золотые Руны Вечности и ложные стигматы не дают просто так. Он оттуда, и Корпус об этом не предупреждали.

Она улыбнулась, и от этой улыбки мне сразу стало нехорошо.

Она знала. Хоть и сделала неправильные выводы, но она мгновенно поняла, кто я такой.

И ее это не испугало.

— Круглоухий… убил Чернокрыла. Раздавлю его… и заберем Руны. Эрда Онора?

— Я сказала — нет!

Восходящая открыла Скрижаль и извлекла оттуда золотую Руну, спустя мгновение превратившуюся в третью фигуру — больше всего напоминающую нечто в коричневом балахоне с капюшоном, согнутое в почтительном поклоне. Лица я не видел, потому что призванное Существо стояло ко мне спиной, только то, как оно медленно выпрямило спину. Еще одно золото…

— У меня есть новости. Мы отыскали и извлекли кристалл-сферу в иллиумовой оковке, — сказала Эрда Онора, чтобы это ни означало. — Она готова к отправке в Корпус.

— Превосходно, эрда… — прошипел ее собеседник чуть слышно. — Тогда чего вы ждете?

— Но это не все известия. Сферу защищал серебряный Восходящий с золотыми Рунами Вечности. Мы обезвредили и захватили его, но один из моих служителей погиб. Согласно условиям контракта, я требую компенсацию.

— Компенсация потерь предусмотрена в заключенном договоре. Вы, в свою очередь, должны передать все захваченное, включая пленников. Особенно — пленников.

Призванное Существо шипящим шепотом выделило последнюю фразу, но золотую Восходящую это не смутило.

— Корпус не был предупрежден, что придется столкнуться с фактотумами Вечности. Контракт не предусматривает возможных последствий инцидента такого плана. Я хочу получить дополнительную компенсацию. Иначе… я взыщу ее самостоятельно. В виде самого пленника и его Рун.

— И какую же компенсацию хочет эрда Корпуса?

— Золотое Оживление, — сказала Онора. — Для моего служителя.

— Мы можем рассмотреть этот вопрос, — ответил призванный неторопливо и как будто без особого удивления. — Однако для начала нужно определить ценность пленника…

— Он в вашем распоряжении, — бросила Восходящая. Еще раз взглянула на меня — и вышла за пределы сферы. Моркан последовал за ней, а вот тип в капюшоне, призванный из Руны, остался внутри. Он повернулся ко мне лицом — и сразу бросилось в глаза сходство с контракторием, что совсем недавно говорил со мной в Вечности. Разный облик, разные черты, но… Что-то неуловимое их объединяло, будто у всех служителей Контракции была одна сущность на тысячу лиц.

А в следующую секунду контракторий изменился. Не внешне — но в него будто шагнул кто-то другой, повыше и побольше, причем настолько, что Существо не могло даже выдержать его суть. Я понял это, потому что уже был свидетелем подобного — в Храме Вечности, когда с нами захотел поговорить господин Дома Норн.

— Я же сказал, что мы очень скоро увидимся, — улыбнулся пришелец. — Здравствуй, герой.

Глава 9

В его взгляде было что-то странное — будто он внимательно изучал меня, пытаясь отыскать знакомые черты.

— Так-так-так, анимафикация далека от завершения, но что-то уже есть… Пожалуй, пойдем-ка отсюда. Здесь много лишних ушей.

Он щелкнул пальцами: все за пределами нашего пузыря замерло, застыло, как будто замороженное во времени. А затем протянул руку и прикоснулся — и мы безо всякого перехода оказались в другом месте. Я уже видел его в Саге — огромный цветущий луг, и гранитный валун, и Восходящего, который на нем восседал.

Тот самый, что вручил Эйрику Семя и йурра.

А я… снова был свободен. Стоял, мог двигаться и дышать. Но, прежде чем успел сказать хоть слово, незнакомец опять заговорил:

— Нет, это место нам тоже не подходит…

Калейдоскопом пронеслись несколько декораций — тропический рай с двумя шезлонгами в уютной лагуне, зубчатая стена над свирепым, бушующим океаном, пещерка с трещащим костром… и остановились в командной рубке звездолета, прямо на пустом мостике возле капитанского ложемента, консолей и огромного, во всю стену, обзорного экрана. В нем переливалась звездная пустота — настоящий, лежащий за пределами дайсон-сферы космос…

Дизайн всех кораблей Звездного Флота схож, однако по некоторым деталям я мгновенно понял, что это — «Хельга». Или точно такой же ковчег-колонизатор, хотя серия насчитывала только два корабля. Но скорее всего — это просто иллюзия, что-то вроде продвинутого VR-погружения, и все, что я вижу, — происходит лишь в моей голове. То, что Скрижаль не отзывалась, а у пришельца не было фрейма Восхождения, только подтверждало этот факт.

— Смотря что считать реальностью, — мой собеседник удобно устроился в капитанском ложементе и заложил руки за голову, насмешливо глядя на меня. Он отбросил капюшон, и я увидел его лицо — ничем не примечательное, самое обычное лицо. Он зачем-то принял облик землянина-моно, которого легко можно было перепутать с одним из колонистов. Я запоздало сообразил, что и говорит он не на наречии Кел, Едином или глобише, а на моем родном языке, который и в колонии-то знали немногие. Сущие чудеса —