Предатель. Точка невозврата - Марта Макова

Приятно от внимания, по сути, совершенно чужого мне человека, от его заботы. И ужасно горько от эгоистичного поведения мужа.

Мне было горько оттого, что Кир не понимал, какую боль он причинил мне своей изменой. Что я жила всё это время, растворяясь в этой боли, как в серной кислоте.

Я плакала по ночам, думая о том, что будущий ребёнок будет расти без отца. Мучилась от того, что моя дочь всё ещё не теряла надежды, что наша жизнь будет как прежде, и наотрез отказывалась переезжать ко мне.

А Кирилл только орал на меня, угрожал, продавливал, в попытке вернуть меня обратно. Он даже прощения у меня не попросил!

Адвокат постоянно сообщал о каких-то всё новых и новых активах мужа, о счетах, которые им удалось найти зарубежом. О дочерних фирмах, о которых я понятия не имела. И меня ужас охватывал от понимания, что я, оказывается, совершенно не знала своего мужа.

Нет, Кир никогда ни в чём не отказывал мне. Хочешь Рита новую машину — вот тебе машина. Хочешь отпуск на Гавайях, Бора-Бора, Мальдивах? Пожалуйста! Эксклюзивные украшения? Без проблем. Кир не экономил на мне, скорее баловал. Но я даже не догадывалась о настоящих доходах нашей семьи. И сколько денег было выведено из России в иностранные банки. И сколько у Кира дочерних фирм. Я настолько доверяла мужу, что даже мысли не допускала, что он может что-то скрывать от меня, недоговаривать, не ставить в известность. И если уж быть совсем честной, то меня не слишком это всё интересовало.

И сейчас я только удивлялась, и было вдвойне неприятно, что муж попытался быстро вывести деньги на зарубежные счета. Не успел. Мой адвокат сработал профессионально, счета заморозили до решения суда о разделе имущества.

— Катя, я уезжаю, и, наверное, сегодня больше не появлюсь. — оповестила я помощницу, надевая на ходу пальто и наматывая на шею шарф.

По плану у меня сегодня было посещение моего врача, а потом спокойный, созерцательный вечер дома с чашечкой травяного чая, у окна с видом на яхт-клуб, реку и горящий золотом и багрянцем Елагин остров.

Но мои планы не совсем удались, потому что не успела я вернуться домой и переодеться в любимую шёлковую пижаму, как прозвучал сигнал домофона.

И в трубке прозвучал приятный молодой мужской голос:

— Маргарита, это Сергей. Сын вашего мужа.

Глава 30

Это было странно. Это было так неожиданно, что прежде чем подумать, я машинально нажала кнопку на трубке домофона, чтобы запустить Сергея в подъезд. И уже ничего не оставалось, как открыть ему дверь в квартиру, когда он поднялся на мой этаж.

— Здравствуйте. — немного настороженно улыбнулся парень, и нерешительно переминаясь на пороге квартиры.

Я снова удивилась, насколько он был похож на Кирилла. Просто молодая копия мужа, настоящий клон. Та же улыбка, то же лицо, фигура. Широкий разворот плеч, рост. Даже фирменная седая прядка в волосах, с которой рождаются все мужчины рода Морозовых.

Вылитый Кир, только на двадцать один год моложе.

— Здравствуй, Сергей. — я отступила на шаг, приглашая пройти в квартиру. — Как ты узнал, где я живу?

— Мне Даша дала ваш адрес.

Вопрос был глупым. Никто, кроме дочери и моей помощницы, этот новый адрес не знал.

Ну и вездесущего Володи, конечно. И рассказать ему где я живу могла только Дашка.

— Вы не ругайте её, Маргарита Романовна. — Сергей считал недовольство на моём лице.

— Я с трудом выпросил у неё ваш адрес, она ни в какую не хотела говорить.

— И с какой целью ты пришёл ко мне? — я сложила руки на груди.

— Наше первое знакомство не задалось, и я хотел исправить это. — Сергей расстегнул модное классическое полупальто, достал из-под него небольшой букет разноцветных мелких хризантем и протянул мне. — Это вам. Я хотел поговорить. Объясниться.

Квартиру сразу наполнил горьковатый запах осенних цветов. Я вздохнула. Судя по всему, намерения парня были мирными, и выгонять его сразу было неловко. Я взяла протянутый мне букет.

— Проходи, Сергей. Чай? Кофе? Пальто можешь повесить в шкаф. — я развернулась и пошла в направлении кухонного островка. Кажется, в одном из шкафчиков я видела вазу для цветов.

— Спасибо, от чая не откажусь. — парень споро скинул пальто, разулся и пошёл за мной.

— Так о чём ты хотел поговорить, Сергей? — я открыла дверцу шкафа и потянулась к верхней полке, на которой стояла ваза. С моим небольшим ростом достать её оказалось проблематично. Я встала на цыпочки, но никак не могла зацепить её пальцами.

— Я помогу. — парень оказался за моей спиной так близко, что я невольно отшатнулась, но Сергей, кажется, даже не обратил на это внимания. Спокойно снял с верхней полки прозрачную пузатую вазу и поставил её передо мной на столешницу.

— Спасибо. — пробормотала я, подавляя в себе чувство тревоги и неловкости. Скованно улыбнулась. — Ты садись, я пока чайник поставлю.

Чужое дыхание над моей головой исчезло. За спиной скрипнули по напольной плитке ножки отодвинутого от стола стула, и я перевела дух.

В последнее время я стала слишком чувствительной к чужому присутствию в моём личном пространстве. Меня жутко напрягало, если кто-то приближался слишком близко. Я стала тревожной и немного заторможенной. Это беременность на меня так влияла. Бесили посторонние запахи, резкие звуки пугали до срыва сердцебиения, я постоянно хотела плакать и жалеть саму себя. И я всё время чего-то боялась.

— Знаете, я ведь до одиннадцати лет ничего не знал об отце. — тихо заговорил Сергей за спиной. — Я считал отчима родным папой.

Я замерла, не донеся чайник до крана фильтра воды.

— Мать никогда, ни словом не обмолвилась, что мой отец — совершенно другой человек.

Наверное они с отчимом так договорились, когда поженились.

Я открыла кран, и вода тонкой струйкой потекла в чайник. Закусив губу и чуть развернув голову в сторону стоящего за моей спиной стола, я внимательно прислушивалась к тому, что тихо говорил сын Кира.

— Отчим неплохо относился ко мне. Нет, скорее не так… — Сергей замешкался, подбирая слова. — Отчим никак не относился ко мне. Он меня не замечал, словно я и не жил в одном доме с ним. У меня не было отца, в том смысле, что он как-то занимался со мной. Друзья в школе рассказывали, как ездили со своими отцами отдыхать, или ходили в кино, или играли в шахматы, на