Прости, если любишь... - Айрин Лакс

- Хватит! Разбушевался. А где же ты был, а? Когда внук к тебе пришел за помощью? Отказал молчком и мне ничего не сообщил! Я мог бы это предотвратить!

- Кто не без греха, - неожиданно покладисто вздыхает отец. - Так… Ты давай там… В порядок жену приведи, успокой. День рождения Неярова. Понял? Вы оба должны быть там. При параде. Пусть все сдохнут и зубы обломают от зависти. Ты должен быть на коне, и точка!

Отступаю назад, в спальню, задевая по пути дверь. Ойкнула, зашипев.

Голоса в тот же миг смолкают.

- Спокойной ночи, бать.

- Уснешь тут с вами.…

Евгений возвращается в спальню, когда я уже лежу под одеялом и старательно делаю вид, будто сплю.

Он ничего не говорит, ложится поверх одеяла и замечает, как будто в пустоту.

- Если не хочешь, заставлять не стану.

- Не хочу. Но пойду… Если это нужно и поможет… Черт знает, чему. Просто поможет.

- Да. Конечно. Спасибо. Я вернулся, Вик. Дом выкуплю.

- Нет, не стоит. Это всего лишь дом, стены. Я уже привыкла к этой квартире.

- Никита не женится, - добавляет Евгений. - Невеста его - шлюха, я все ему доказал.

- Что, одна из тех, с которыми ты кувыркался?

- Нет. Вик, я всего с одной бабой тебе в браке изменил, под дурью. Никого не было!

- А потом? - спрашиваю ревниво.

Очевидно же, что он не жил монахом все это время.

- Впрочем, не отвечай. Даже бабу постоянную себе натрахал.

- Я - это пример, как можно протрахать собственное счастье, - смотрит на меня с тоской. - И видит око, да зуб неймет.

- А ты попробуй, - предлагаю с усмешкой. - Вдруг на этот раз тебе повезет?

Глава 22

Евгений

Не могу понять, играет сейчас Вика со мной или нет?

На что подталкивает?

Знает ведь, что адреналин делает меня бешеным и жадным до секса, знает, что тормоза давно слетели! Или не подозревает, что я лишь чудом сейчас держусь, чтобы в нее не сорваться?

Знает?

Или нет?

Заглядываю ей в глаза, ничего не понимая.

Только то, что она на пределе, и лучше бы не соваться, да?

Или сунуться?

Но если огребу?

А я огребу, как пить дать!

Дело не в том, что ссусь огрести от Вики ещё раз.

Просто не хочу все испортить, сломать окончательно.

Хотя, тут, похоже уже и ничего не осталось на то, чтобы ломать.

Сломано все, к чертям!

- Давай поспим, - предлагаю и не верю, что сам это говорю.

Хрен я усну, конечно. С таким штыком в трусах, с таким раздраем в мыслях. Пусть она поспит, а я буду ловить ее мирное дыхание и уверять себя, что смогу все исправить, потому что сейчас на плаву держит только эта хлипкая надежда. Я внезапно понимаю, что весь мой оплот - это Вика, все хорошее во мне, что не позволило мне оскотиниться и стать таким же, как мой папаша, это тоже она, любовь к ней, которую я благополучно извратил своим же поступком. То, как я с ней обошелся, непростительно.

- Ясно.

Огонек в глазах Вики тухнет, она отворачивается и с горькой обидой шипит:

- Тогда свали нахрен, из моей кровати, из моей спальни, - ее голос крепнет. - И из моей, блин, квартиры! Или, что, ты и на нее нацелился? Недостаточно много забрал? Теперь забрать хочешь ещё и эти квадратные метры, и рядом трешься! И сам не ам, и другим не дам?! Вали отсюда! - выдает с рыком и внезапно разворачивается, бросившись на меня с подушкой.

Прежде, чем я успел среагировать, Вика несколько раз отлупила меня подушкой по лицу.

- Ненавижу! - и отбросила несчастную в сторону.

Вот и вся ее ненависть ко мне, вся злоба.

Она даже в таком состоянии мне причинить зло неспособна, а я…

- Я дурак, Вик. Слепой дурак.

- Даже спорить не буду! - сдувает прядь со лба. - Ещё раз повторяю. Вали к своей женщине, которую где-то натрахал, и находиться со мной на одной кровати не смей! Нашел место для сна!

- Да разве с тобой рядом уснешь?! Прекрати орать, успокойся уже, блин! - повышаю голос.

- А я не могу! И тебе, реально, Женя, сейчас лучше свалить и не мешать мне.

- Спать?

- Ну, потом спать, да.

- А до этого?

Кажется, я туплю, и прямой взгляд Вики это подтверждает.

У меня уходит несколько секунд на то, чтобы понять, к чему она клонит. Понять и поверить.

Потом, за секунду принять решение.

И быстро кинуться к ней, пока не передумала! - Мне уже не надо! - возмущенно отталкивает за плечи.

- Да брось… Прекрати! Я буду рад оказать тебе… гуманитарную помощь! - нарочно ее подначиваю, добиваясь, чтобы она взорвалась в возмущении и выплеснула на меня всю свою злость.

Именно это она и делает, укусив меня за губу. Укусила и не отпускает, сжимает зубы все сильнее и сильнее. Я мягко обхватываю ее губу и посасываю, хаотично шарю руками по телу, выпускаю стон боли и удовольствия, потому что наши тела идеально стыкуются даже на этапе притирки, когда между нами - слои одежды.

Новый укус, клацнув зубами ещё раз, отпускает.

- Ви-и-ика, - стону, бросившись целовать ее уже так, как хочется. - Иди ко мне, дурная моя. Взрывная…. Иди… Да… Вот так… Дай ещё свой ротик, я по нему соскучился. Дашь?

- Пусть тебе твоя баба везде дает, а я… - сверкает глазами, оттолкнув. - Сейчас я тебе ничего давать не собираюсь. Хочу взять и пошел на хрен!

Такой жар. Накал. Тонкая игра ненависти и желания.

Я уже трясущимися пальцами расстегиваю ширинку, приподнявшись. Вика быстро избавляется от пижамных шортиков с трусиками.

Черт!

Первое касание, как ожог. Трусь об