Избранное - Кира Алиевна Измайлова

– Угу… Пес с ним, с колдуном, но ведь и простые вояки Злату наверняка запомнят!

– Значит, придется плыть, – заключил оборотень.

– Слушай-ка, а что это ты все время «нам» да «нам»? – спросил я. – Ты ж только до реки идти хотел!

– Да какая разница-то? – вздохнул он. – Что на этом берегу, что на том… А с тобой все не так… скучно.

Я был уверен, он хотел сказать «одиноко», но не стал. Несмотря на зверскую внешность, Хадрисс очень застенчив в том, что касается проявления чувств.

– Могу только порадоваться твоему решению, – серьезно сказал я и хлопнул его по плечу. – Пойдем, обрадуем наших голубков!

Как и следовало ожидать, голубки ничуточки не обрадовались.

– Вода же ледяная! – с жаром говорил Золот. – Ну ладно я, но Злата! Она же больна, а после такого вовсе умереть может! Давайте хотя бы плот построим?

– Ты еще предложи лодку из бревна выдолбить, – сказал я. – Как раз к осени управишься, если нож не сломаешь.

– А может, подобраться к деревне ночью и украсть лодку? – выдал он. Идея была недурная, но…

– Заметят, – ответил Хадрисс. – Там собаки есть, такой брех подымут! А даже если удастся тайком ее увести, потом возвращать придется.

– Можно лодку по течению пустить, как будто ее привязали плохо!

– Золот, уймись, – сказал я. – Хочешь – иди сам лодки воруй. Только учти, что за кражу обычно больно бьют, это раз. А два… Даже если у тебя все получится, и лодку ты уведешь, имей в виду: у этих корыт уключины скрипят так, что ты всю деревню перебудишь.

– Смазать…

– Чем?

Парень недовольно засопел, но спорить перестал.

Меня же, по правде говоря, больше волновал Везунчик, чем Злата. Конь не в лучшей форме, а течение довольно сильное. Выплывет ли? Хватит ли ему сил выбраться на берег, даже если мы с Хадриссом поможем?

– Север, – толкнул меня в бок оборотень, – я придумал кое-что. Насчет коня твоего.

– Ну?

– Ночью увидишь, – фыркнул он и загадочно молчал чуть не до полуночи.

И только когда Злата с Золотом уснули, Хадрисс поманил меня за собой к реке. Там он скинул одежду, плюхнулся в воду – только волосатая задница мелькнула – и во весь мах поплыл на тот берег. Я терялся в догадках до тех пор, пока оборотень не выбрался на сушу и не отряхнулся по-собачьи. Ну, Хадрисс, силен! Это же он в воде умудрился облик сменить! Только зачем?..

Ну, когда я увидел зачем, то смог только рот себе зажать, чтобы не рассмеяться: Хадрисс вовсю орудовал мощными лапищами, разбрасывая землю… За пару часов он пропахал столько, что и я с лопатой не враз управился бы! Поступал оборотень просто: подкапывал склон, словно собирался вырыть в нем нору, а потом обрушивал грунт. Да, пожалуй, теперь беспокоиться было не о чем, нам с Везунчиком нужно только выплыть к нужному месту!

– Ну как? – довольно спросил Хадрисс, вернувшись ко мне и озирая дело лап своих. Лунного света вполне хватало, да, впрочем, он и в темноте отлично видит.

– Что бы я без тебя делал! – искренне ответил я.

Он фыркнул, потянулся и отправился на боковую, по дороге доев все, что у нас осталось после ужина. Ясно, устал все-таки…

– Не могу дождаться завтрашнего дня, – негромко сказала Эсси.

– Почему это?

– Хочу посмотреть, как Злата в мокрой сорочке будет бегать по бережку, чтобы согреться, – с милой улыбкой ответила она.

Тут только я сообразил, что в длинной юбке девице в воду и впрямь лучше не соваться, даже с Хадриссом вместе, и невольно засмеялся. Везунчик ответил мне вопросительным ржанием.

– Чего у тебя, Север? – недовольно спросил оборотень, приоткрыв один глаз. – Только заснул, а вы регочете на два голоса!

– Я тебе потом расскажу, – пообещал я. – Утром.

– Ну ладно, – зевнул он и снова уснул.

– Надо будет первым Золота на тот берег отправить, чтоб костер развел, – сказал я Эсси.

– Скучный ты, Север, – вздохнула она и растаяла.

Да, наверно, я скучный. Зато кругом – сплошное веселье!

Глава 9

Утро началось суетливо. То Золот отказывался плыть первым, то Злата принималась плакать и причитать, что ни за что не войдет в холодную воду… В конце концов я вышел из себя и повысил голос, а если учесть, что слушались меня даже бестолковые мертвяки…

– Что ж ты так орешь, Север? – укоризненно сказал Хадрисс, поковыряв в ухе. В отдалении затихали вопли перепуганной насмерть вороны, а Везунчик приплясывал на месте и нервно фыркал. – Мало не оглушил!

– Не привык, что мои приказы обсуждают, – сухо ответил я. Мертвяки, правда, и не могли этого делать, но вот тупо не обращать внимания на распоряжения умели и они, приходилось вразумлять их пинками и криком. – Золот, живо на тот берег! Как переплывешь и согреешься, разводи костер, к тебе Хадрисс со Златой поплывут. Потом я с Везунчиком. Все ясно?

– Угу, – проронил парень, изучая мыски своих сапог.

– Ну так раздевайся! Ты что, в одежде в реку полезешь?

Золот запунцовел и подался за куст. Одежду свою он сложил тючком и пристроил его на голову, чтобы не замочить, но со штанами расстаться не смог. Ну, дело хозяйское, охота ходить в мокрых – пускай.

– Я подстрахую, – прогудел Хадрисс и вошел в воду вместе с мальчишкой. Я только вздохнул: оборотень силен, конечно, но несколько раз сплавать туда и обратно… Сколько ж ему потом еды-то понадобится!

Злата сжимала кулачки, вглядываясь в мелькающие уже на середине реки головы спутников, закусывала алую губку. Правда, мне как-то не верилось в ее волнение: переживай она за Золота по-настоящему, не стала бы то и дело коситься на меня. А я что? Стою себе, коня глажу, успокаиваю, шепчу ему всякую чушь на родном языке, а Везунчик знай поддает мою руку носом – не жеребец, а собака, право слово! И будто чует, что я беспокоюсь, норовит утешить. Успел ко мне привыкнуть, скотина такая…

– Добрались, – сказала Эсси. – Хадрисс обратно плывет.

Я взглянул на тот берег. Золот, дрожа от холода, нарезал несколько кругов, чтобы согреться, потом нырнул в кустарник, за хворостом, наверно. Вот, точно, притащил какую-то валежину, начал раскладывать костер. Пока он там все устроит, Хадрисс как раз вернется, передохнет и потащит на ту сторону Злату. А там и моя очередь настанет.