Иные тяжкие последствия - Михаил Француз

- Не знаю, что тебе ответить, Кларк, - отошёл от стола он. – Мне это просто дано. Видимо, это особенность моей расы. Но ты… люди ведь не могут так?

- Ты будешь очень удивлён, Сайрус, когда узнаешь, как ЕЩЁ могут люди. Точнее, отдельные представители человеческого рода. Зелёные камни, которые тринадцать лет назад падали с неба, очень многих людей изменили. Заставили мутировать. У некоторых проявились невероятные способности.

- Как у тебя, Кларк? – поднял на меня свои глазищи он. Но я не стал отвечать. Только пожал плечами.

Мы вышли из операционной и двинулись в ту комнату, где переодевались перед операцией. Вещи Сайруса были на месте. А вот моей одежды не оказалось…

***

Глава 12

***

- Сайрус, ты можешь посидеть здесь полчасика, никуда не уходя? – негромко и очень-очень спокойно обратился я к парнишке, глядя мимо него, в стену.

- Могу, - удивлённо ответил он. – Что-то случилось?

- Ничего особенного, Сайрус, просто мне надо срочно сходить в одно место, и кое-кому… уладить один вопрос, - ответил так же тихо и обманчиво спокойно я, продолжая смотреть в стену. Точнее, сквозь стену. Свинец в этом здании есть только в кабинете рентгенолога, остальные же помещения от моих глаз ничем не скрыты, достаточно только пожелать и «переключить режим». Вот я и «переключил», сразу, как только обнаружил пропажу своей одежды. Уж очень яркие подозрения появились в связи с этой пропажей. – Извини, я не надолго, - и выскочил из раздевалки.

Шёл по этажу здания клиники я быстрым, уверенным шагом, в «ускорение», однако, не срываясь. Хотя, тут и идти-то всего ничего, на самом деле: один поворот да пара коридоров. И вот она, нужная дверь, которую я открыл аккуратно, без рывков и ударов. И то, что она была заперта на замок, совершенно мне в этом не помешало. Телекинез для открытия всевозможных дверных запоров я использую уже практически машинально. На подобное действие тратится настолько ничтожный процент вычислительных способностей моего «супер-мозга», что это, как обычную ручку повернуть: осознаёшь, но не обращаешь внимания. В итоге, дверь открылась и даже не скрипнула при этом – хорошие петли.

Я сделал шаг и прислонился плечом к дверному косяку, сложив на груди руки.

Картина, что мне открылась, была достойна кисти художника! Вот только, сомневаюсь, что Грир возьмётся её писать: возле стола стояла Лана без куртки, в полностью расстёгнутой блузке, с распущенными волосами… а перед ней на коленях стоял я. И тоже без куртки, в расстёгнутой рубашке. Одна рука Ланы удерживала руку «меня» на отлёте, другая держала «меня» за горло. При этом, «я» хрипел и уже начинал синеть.

- Тебе помочь, милая? – привлёк к себе их внимание я. Лана резко повернула голову в мою сторону, по-моему, даже с «ускорением», но не уверен в этом. Лицо её при этом, выражало ярость и чуть ли не крайнюю степень гнева. Мне пришлось приложить не слабое волевое усилие, чтобы не отшатнуться при виде ТАКОЙ своей девушки.

- Покажи Молот! – безапелляционно потребовала она от меня. Видя её состояние, не стал усугублять и иронизировать. Просто залез рукой за ворот робы и достал свою подвеску вместе с цепочкой. Достал, продемонстрировал и убрал обратно. – Снова твои махинации?!! – удовлетворившись увиденным, но ни на грамм не убавив злости, спросила она.

- Нет, - помотал отрицательно головой я. – Насколько, понимаю, это её собственная инициатива. И, Лана, задушишь ведь. Видишь, уже синеет. Горло отпусти, пока трахею не сломала... или позвоночник, - задумчиво добавил, разглядев на плоском ромбовидном камне, «вставленном» в браслет, число 30. Такую индикацию я сделал уже после испытаний работоспособности «артефакта», для удобства. Для своего и Ланиного: чтобы сразу можно было понять, на каком «уровне усиления» находится девушка. Что ж, то, что это всего лишь тридцатка, а не вся сотня – хороший знак. Говорит о том, что Лана, хоть и злится, но себя контролирует, а значит, ещё способна слушать то, что ей говорят. Способна воспринимать слова… Была бы сотня: Тина уже лежала бы на полу с оторванной головой в луже собственной крови.

Лана перевела взгляд на лицо «меня», которого продолжала держать. Оценила цвет этого лица, хрипы, и руки разжала. «Я» не удержался на коленях и рухнул на пол, судорожно кашляя и одновременно с кашлем, пытаясь протолкнуть в лёгкие хоть немного воздуха. Да уж, не завидую я «себе» - преотвратнейшие должны быть сейчас у «него» ощущения. Тем временем, «я» на полу превратился в Тину, одетую в мои вещи. Хм, хорошо ещё, что полы в клинике чистые (не зря в штате уборщица есть, не зря), а то извозила бы она мои шмоточки, изгваздала, а они мне так нравились.

- Не удержалась, всё-таки, - вздохнул я, обращаясь к кое-как прокашлявшейся и продышавшейся Грир, и показательно начал разминать кулаки. После того, как прикрыл позади себя дверь в полату.

- Хе-хэ-хр, Кхларкх! – поспешно подняла в защитном жесте руку и просипела Тина, пытающаяся теперь встать с пола. Но это у неё пока что плохо получалось: ноги не слушались, помятая рука не хотела работать. – Пходохжди…

- Снимай мои шмотки, – поторопил Тину. – У меня в них вообще-то телефон и документы остались.

- Кларк! – вскинулась Лана и зло сощурилась. – Ты обнаглел?

- А что мне в этом домой ехать? – оттянул я ткань больничной робы, привлекая к ней внимание.

- Ты зачем вообще переодевался? – вернулось в её глаза подозрение. А злость из них ещё и не уходила.

- Проассистировать надо было. В уличном, в операционную входить не положено.

- Проассистировать? – подозрения в глазах девушки стало больше.

- Ну, тупо подержать клиента, что бы не дёргался. «Хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается», - пожал я плечами.

- Где ты взяла одежду Кларка? – перевела взгляд на притихшую Грир Лана.

- В раздевалке, - выдавила та из себя вполне членораздельно, хотя, конечно, все ещё очень хрипло.

- Зачем ты это вообще сделала? – уперла руки в бока Лана.

- Я… - начала Тина и запнулась. Потом резко выдохнула, чуть не закашлявшись снова, и прямо посмотрела на мою девушку. – Я тебя люблю, Лана!! – с убийственной серьёзностью заявила Грир. –