Полёт Ночных Ястребов - Раймонд Е. Фейст

— Презрение — слишком сильное слово, Калеб.

Калеб посмотрел на Накора.

— Ты не всегда был рядом, как и отец. Мать видела и пыталась защитить меня, как и Магнус, но дети могут быть жестокими, Накор. Если тебе нужны бессердечные ублюдки, бери их в детстве и не позволяй учиться состраданию.

— В твоих словах звучит горечь, — заметил Накор, когда они подошли к кухне.

— Правда? Я не чувствую горечи, но, думаю, некоторые раны, даже детские, никогда не заживают. Они просто тускнеют.

— Что же тебя на самом деле беспокоит, Калеб?

Они миновали кухню и продолжили путь к главному зданию виллы Беата.

— Я чувствую себя бесполезным и не на своем месте. — Калеб остановился, когда они подошли к открытой двери в соединительный зал. — Я по большей части посыльный, разносящий депеши, которые недостаточно важны для Магнуса, тебя или любого транспортного средства, использующего магию.

— Я знаю, что могу вписаться туда, куда Магнус не может, но кроме этого, какая от меня польза?

Накор начал что-то говорить, но Калеб поднял руку. Его карие глаза приняли серьезное выражение, а в голосе прозвучали нотки гнева.

— Как ты думаешь, если бы в той повозке был Ког Ястринс или Каспар из Оласко, они бы не получили ни царапины после того, как разогнали тех бандитов?

Накор молчал.

— Я неплохой фехтовальщик, Накор. Лучше среднего, но не выдающийся. Я хороший охотник — возможно, даже отличный, — но насколько это полезно в борьбе с нашими врагами? Я неплох в разведке. Как и многие другие мужчины. Я хочу сказать, что ничего особенного я не умею делать, ничего, что позволило бы мне выложиться на полную катушку.

Накор покачал головой и положил руку на плечо Калеба:

— Мой юный друг, как же ты ошибаешься. Настанет день, когда ты поймешь свой истинный потенциал, Калеб, и наконец осознаешь, насколько ты особенный. А до тех пор, если хочешь жалеть себя, не стесняйся. У меня просто нет времени стоять и слушать.

С этими словами он повернулся и ушел.

Калеб постоял минуту, погруженный во внутренний конфликт. Потом он начал хихикать, и это переросло в полноценный смех. Разговор с Накором всегда поднимал его мрачное настроение. Калеб решил вернуться к себе, чтобы отдохнуть и подумать, что ему делать с Тадом и Зейном.

* * *

Зейн лежал на берегу, кашляя и изо всех сил стараясь не выглядеть смешным. Тад помог ему сесть и сказал:

— Если ты собираешься переходить вброд через голову, то должен хотя бы научиться грести.

Зейн сплюнул воду и еще немного покашлял, затем сказал:

— Я отвлекся.

— С ним все в порядке? — спросила одна из сестер, стоявшая за спиной Тада.

Их собралось шестеро, как и других учеников, и все они смотрели на происходящее со смесью озабоченности и веселья.

— Он будет жить, — сказал Тад, поднимая друга на ноги.

Сестры зашептались и захихикали, а потом снова скрылись в воде.

— Что вы пытались сделать? — спросил Тад.

Зейн заговорил, следя глазами за удаляющимися спинами сестер:

— Одна из них… Задрина, кажется, вытащила меня и поцеловала.

— Я не могу их различить, — пожаловался Тад. — И они все тебя поцелуют, если ты им позволишь. Но это был поцелуй! Она действительно меня поцеловала?

— А потом я открыл глаза и обнаружил, что нахожусь под водой, — кивнул Зейн.

— И тогда началось утопление.

— И тогда началось утопление, — согласился Зейн.

— Мне придется научить тебя плавать.

— Скоро, — сказал Зейн, наблюдая за девочками, которые плескались с другими мальчиками. — Но не сегодня. Я достаточно нахлебался воды, так что, возможно, мне больше никогда не захочется пить.

— Что ж, пойдем обратно. — Тад посмотрел в сторону виллы. — Калеб и Накор разговаривали как раз перед тем, как мы пошли купаться. Интересно, они уже решили, что с нами делать?

— Ну, — сказал Зейн. — Что бы они ни решили, надеюсь, они подождут до завтра, потому что я должен встретиться с Задриной после вечерней трапезы в саду у бассейна.

Хлопнув приемного брата по плечу, он добавил:

— Только не утони.

— Не утону.

— Ты знаешь, — сказал Зейн, когда они шли по тропинке обратно к вилле, — что они родом из мира, который состоит в основном из воды? Вот почему они находятся в ней большую часть дня.

— Мне все еще трудно представить себе другой мир, — согласился Тад.

— Миры, — поправил его Зейн. — Мне тоже, но здесь все воспринимают это как нечто само собой разумеющееся, так что я начинаю привыкать к этой мысли. — Он огляделся по сторонам. — Когда мы были мальчишками, мне было легко думать о Кеше и Королевстве, потому что люди из обоих народов постоянно проезжали через город, но другие народы мне было трудно представить. Думаю, здесь все так же, только еще масштабнее. — Он взглянул на Тада. — Если это вообще имеет смысл, правда?

Тад кивнул, давая понять, что понял. Они еще не дошли до главного здания, когда из дверного проема показался стройный мужчина в трико и рубашке со складками и сказал:

— А! Вот вы где. Вы те самые мальчики из Звездной Пристани?

Не дожидаясь ответа, он жестом пригласил их следовать за собой. Он двигался как танцор или акробат, плавно и экономно, а на ногах у него были высокие сапоги странной конструкции, перекрещенные сверху и завязанные над лодыжкой, но с мягкой подошвой из похоже дважды армированной кожи. Волосы у него были светло-русые и ниспадали до плеч.

Они пошли в сторону деревни, противоположной маленькому озеру, и он оглянулся через плечо, посмотрел на них на мгновение бледно-голубыми глазами, а потом сказал:

— Не отставайте.

Мальчики поднялись по тропинке на хребет, и когда они достигли вершины, они с трудом могли отдышаться. Мужчина, который их вел, не стал останавливаться и просто сказал:

— Сейчас нет времени отдыхать, ребята.

Тад и Зейн, как один, сделали глубокий вдох и последовали за ним, направляясь вниз по крутой тропе, ведущей к берегу моря. Слева от них виднелось черное сооружение, возвышающееся на мысе.

— Что это? — поинтересовался Зейн.

— Замок Черного колдуна, — ответил мужчина.

— Кто такой Черный колдун? — спросил Тад.

Мужчина оглянулся через плечо и усмехнулся. Его лицо выглядело молодым, возможно, он был всего на несколько лет старше, но его светлые волосы были пронизаны сединой.

— Паг — Черный колдун, когда он