Воины Новороссии. Подвиги народных героев - Михаил Иванович Федоров

— А потом его повезли в Атабаево и там похоронили… — вспомнил я.

— Я туда не ездил…

— Итак, 2021 год, вы выпускник Казанского училища… И на Кольский полуостров…

— Да. Ну, было сначала непривычно как бы. Из центральной части России переехал на Север. Пощупал… Удивлен был и погоде, и природе. Все маленькое, карликовое. По-своему красивая.

— И вот там уже служит Данильченко. А он сам из каких краев?

— Он из Омска…

— На Оби. Как и комбат… А вы с Волги…

Данильченко в танке

Парни с могучих русских рек.

— Рамиль, кем служить стали?

— Командиром взвода первой танковой роты…

— А Николай Данильченко?

— Он был командиром первого взвода первой танковой роты. А я командир второго взвода первой танковой роты.

— Получается, вы не просто однополчане, а два соседа…

— Мы в одной канцелярии находились, всю документацию вместе заполняли. Друг другу помогали, когда за роту все это делали. И когда технику обслуживали. И когда перевод на зимний период. Вместе переводили. Постоянно все вместе.

— Комбат у вас Николай…

— Николай Андреевич Уроженко…

— Ну и как комбат? У него голос суровый, — вспомнил его очень мужественный, со стальными нотками, голос.

Рамиль:

— Комбат и внешне суровый. Огроменный. Реально, такой жесткий, а оказалось…

Оболочка.

Рамиль:

— У него и подход к людям хороший. Человечный. Со всеми находит общий язык. Классный комбат.

— И вот служба, первые испытания.

— Я только приехал в часть, это было 30 августа. Сразу прошел представляться комбату. Он меня назначил на первую роту. Я захожу в канцелярию, сидят пацаны. Коля сидит (Данильченко), Андрей — командир третьего взвода. Зампотех сидит. Все так дружно, по-человечески принимают: здорово, здорово, как дела? Не было дедовщины, как бывает. Типа, салага пришел… Приняли, у нас коллектив в первой роте молодой был. И все. С первых дней мы общались, все вместе… Получилось, в первый же день выезд по тревоге. У нас были учения «Запад-2021». Выезд на полигон. С первых дней и сразу в полевые условия, грубо говоря, в бой. Поставили палатки. Развернулись. Стояли в районе сосредоточения. Технику выставили. Колька, он больше по технической части шарил. А у нас в Казани мы «командники». Мы больше в плане командования. И у меня случилась такая штука, что из трех танков, во взводе три танка, у меня два танка сломались. И я не знаю что делать. Подошел к зампотеху, к Кольке подхожу: «Коля, братан, надо помочь». — «Все, без проблем. Сейчас пойдем разберемся». Ну, и так. Пошли на технику, залезли, все посмотрели. Он все подсказал: тут, тут может не работать. Мы проверили, подкрутили. Ну все, нормально. По технике я всегда обращался либо к Кольке, либо к зампотеху нашей роты. Мы учения нормально отработали, отыграли, вернулись в пункт постоянной дислокации, начали обслуживать технику, ну, переводить технику на зимний период обучения. Всегда вместе. С Колькой находили вместе «керхеры», чтобы танки помыть. И не было такого, чтобы один взвод отдельно работает. А всегда было дружно. Первый взвод помогает второму. Второй первому. Потом общими силами помогаем третьему. Всегда жили вместе. Дружный коллектив. Между пацанами — командирами взводов тоже разногласий не было. Нужно заступить в наряд, а он не может в этот день: ему надо отлучиться. Ну, Колька был женатый, а я холостой и всегда его выручал. То ему надо день рождения сыну справить, отпрашивался. Или с детьми выходные провести, а на выходные наряд выпадает, — я подменял. И так у нас все получалось.

— Одной семьей жили…

— Да, одной большой, дружной семьей…

— А как с контрактниками? Вы-то молодые офицеры, а подчиненные-то «ветеранистые»…

Рамиль:

— Вы знаете, я не заметил чего-то. Когда пришел и построил свой взвод, то не заметил: да, мы давно служим, а тут молодой лейтенант пришел. Нет, такого не было… Мужики с пониманием отнеслись. Ну, понятно, не знаешь, мне не было стремно подойти и спросить у моего опытного механика, как и что делать. Я им сразу сказал, что могу многого не знать, мне не будет «стремно» у вас спросить. И поэтому мы запросто подходили, интересовались, и все нормально реагировали. Командир, он и есть командир.

— У вас во взводе три танка. Вы взводный и командир танка?

— Да.

— Вы, наверно, Хмелева Павла знали? И Диму Кузнецова? (О них написано в книге «Герои СВО. Символы российского мужества».)

— Вот как раз Димон Кузнецов заместитель командира моей роты по вооружению. Зампотех, грубо говоря. Вот Димон был, Коля, я и Андрей.

— А что про Кузнецова помнишь?

— Димон Кузнецов, я только приехал, он сразу меня принял. У меня не было возможности квартиру снимать, и мне надо было первое время где-то жить. И он сразу меня к себе забирает под свое, так скажем, теплое крыло.

— А жена? — вспомнил я, что Кузнецов был женат на Люде.

— А жена по работе куда-то на неделю уехала… То есть он меня встретил, разместил, показал, что и как. Накормил, спать уложил. Вообще приняли меня на высшем уровне. Не было: во ты такой молодой. А у него тоже был такой подход: «Если ты чего-то не знаешь, подойди и спроси. Я тебя всему научу». И вот все, чему меня научили, благодаря ему и Кольке. Танк запускать другим способом. «Прикуривать» через «прикурки». Как в баллон воздух накачивать. Как его эвакуировать, как троса набрасывать… И так далее и тому подобное. Всему этому они меня учили.

— Видимо, здесь и роль комбата…

— Да. Нас в училище учили на Т-72, а я сюда приехал, у нас здесь были восьмидесятки. И я уже систему, как включать, не особо знаю. Она похожа, но не такая. Пришлось заново все это учить. Димон и Николай помогали.

— Я писал книгу про Романа Филипова. Его летать учили на одних самолетах, а пришел в часть — пришлось переучиваться…

— Всякое бывало, но времени-то до февраля 2022 года (начало спецоперации)… мы успели послужить всего четыре месяца… Вот на учениях мой «танчик» застрял в окопе, и у него разрядились аккумуляторные батареи. Я не знаю, что делать. К кому обратиться? По рации вызываю сначала Коляна: «Братан, надо помочь». Он говорит: «Все, не вопрос. Подъеду на своем танке». Он подъезжает, и потом мы вышли на связь с зампотехом Димоном. И Димон уже подъехал. Но мы к этому времени с Колей уже троса накинули и решетки опустили и попытались вытащить танк. А грунт после дождя сыроватый. И тяжело выдернуть его.